Навигаторы. Кадет

Усова Яна

— Расскажите нам, Одалинн, расскажите всё, что считаете нужным. — мягко попросил нье' Тарку, — если я чего-то не пойму, буду задавать вопросы. Договорились?

Она неуверенно кивнула и начала рассказ. Я был шокирован. Так вот откуда у неё внутренние травмы. И теперь было ясно, почему у неё такая поношенная одежда. Когда она рассказала, что убежала, потому что не хотела служить у нье' Фожа, нье' Тарку насторожился:

— Почему вы не хотели идти на службу к нье' Фожу?

Одалинн сжалась в своем кресле. Эта хрупкая девочка, казалось, стала

ещё меньше.

— Многие девушки, работавшие у него, исчезали. Он говорил, что они сбегали с постояльцами, но это не так!

Она резко замолчала.

— Одалинн, ты знаешь, куда пропали те девушки? — осторожно спросил ректор.

— Только одна — Наринса, — почти шёпотом ответила она.

Ректор встал, обошёл свой стол и присел на корточки перед Одалинн.

— Нам необходимо знать, что произошло с Наринсой, расскажешь нам? — мягко спросил он.

И тут Одалинн прорвало. Она рассказала, что видела похищение и что вечером вся деревня осуждала Наринсу, которая сбежала с поклонником и украла деньги нье' Фоджа, что она, Одалинн, боялась, что с ней поступят также.

Краем глаза я заметил движение: женщина в капюшоне встала со своего места, постояла и снова села в кресло, отвернувшись к окну.

Ректор вернулся за стол:

— Одалинн, у меня есть к тебе одна просьба. Неприятная. Покажи нам свою спину.

Одалинн вздрогнула. Нехотя встала, повернулась к ректору спиной и задрала свою рубашку.

«Ух ты, а ректор то нормальный мужик», — подумал я, услышав его еле слышное «дранкз волумский».

Женщина, сидевшая в кресле, бросилась к Одалинн, и, когда она резко поднялась, её капюшон спал.

— Ну всё, Лу, хватит, — бросила она ректору, — отстань от ребёнка, у неё сейчас будет истерика.

Она помогла Одалинн опустить рубашку и усадила ту в кресло. Великая Матерь, это была принцесса Навигаторов! Я и вскочивший со своего места Фликнесс поклонились.

— Принцесса!

Она отмахнулась. Поднесла руку к коммуникатору:

— Сшитанс, всё слышал? Проверь. Первые результаты доложишь утром.

Одалинн смотрела на Кайсу Дэгни нье' Тарку-Ринд с изумлением. Затем попыталась вскочить и поклониться.

— Простите, госпожа, я… — начала она, но принцесса не дала ей закончить.

— Это я должна просить у тебя прощения, Одалинн. Мы так рьяно взялись за восстановление планеты, маяков, что практически не обращали внимания на эту сторону жизни, — она вздохнула. — Я читаю отчёты проверяющих и не понаслышке знаю, какие они формалисты. Всё время я откладывала инспекционные проверки выполнения протоколов, касающихся не только опекунства, но и других социальных сфер. Но теперь придётся заняться ими вплотную.

Вот это да, принцесса навигаторов просит прощения у крестьянской девушки!

А Кайса повернулась к нам с куратором:

— Прошу не распространяться о произошедшем. В нашем обществе ещё много проблем, и мы их решаем. К сожалению, период изоляции планеты ещё долго будет давать знать о себе.

— Господин Вардис, знаю, вы не

хотите быть медиком и служить на маяке, — обратилась принцесса ко мне. Я лишь удивлённо моргнул в ответ. Мало кто знал, что я не желаю этого. Похоже, перед тем, как допустить нас в школу навигаторов, о каждом собрали подробное досье. А принцесса продолжила: — Я не могу совсем избавить вас от службы на маяке, но за проявленные внимание и доблесть я дарую вам право отказаться от трёх предложений смотрителей. — Посмотрев на Фликнесса, она попросила: — Проследите пожалуйста, чтобы это внесли в личное дело господина Вардиса. Подтверждение мой секретарь пришлёт в университет Элеи.

Мы, поклонившись, покинули кабинет ректора школы навигаторов.

— Вот это поездка… — Фликнесс задумчиво посмотрел на меня, а потом хлопнул по плечу и направился к себе в комнату.

* * *

На следующий день во время завтрака я глазами искал Одалинн: хотелось убедиться, что у этой необычной девочки всё хорошо. Но на общем завтраке она отсутствовала. Ближе к обеду кадеты улетели в свою школу, а мы, демонтировав оборудование, отправились на экскурсию в императорский дворец.

Дворец поражал своей монументальностью, и, хотя ему не хватало изящества дворцов Элеи, он был великолепен: резные лестницы, зеркала, высокие окна, позолота парадных залов и малой приёмной императора. Один из залов удивил меня росписью стен и потолка. На тёмном потолке — россыпь незнакомых мне созвездий, похоже, их можно было увидеть с Франгаг ночами. Звёзды слегка сверкали. Это что, драгоценные камни?! А стены… Стены представляли собой целые картины из жизни великих вигов, императорской семьи, маяков. Больше всего меня поразила сцена танца принцессы и её мужа.

На принцессе белоснежное платье с россыпью синих сверкающих камней на лифе, подоле и рукавах. Камни образовывали причудливые узоры. На её груди — кулон с таким же ярко-синим камнем. Кайса слегка подняла голову и смотрит, чуть улыбаясь, на мужа. А тот нежно обнимает её за талию и смотрит ей в глаза. Кажется, эти двое существуют только друг для друга, остальных для них в этот момент нет.

Художник, создавший эту картину, явно был талантлив, ему удалось не только передать схожесть черт, но и дать возможность практически ощутить чувства этих двоих друг к другу.

— А это эпизод из новейшей истории в жизни Франгаг, — наш гид как раз остановился рядом с картиной, поразившей меня, — на ней изображён первый супружеский танец нашей любимой принцессы и её мужа. А теперь пройдёмте в следующий зал…

Я задумался. Если можно любить так, как они, то, наверное, стоит ждать свою деву… И никаких договорных браков!

Глава 5

Линн

Когда Арэниэль и ещё один элефин вышли, принцесса повернулась к мужу и долго смотрела ему в глаза, ничего не говоря. Потом кивнула и посмотрела на меня.