Навигатор
Шрифт:
Остин выждал момент, когда лодка оказалась между двух волн, а потом стала быстро подниматься вверх, и в самой высокой точке подъема изо всех сил оттолкнулся от мягкого скользкого днища и подпрыгнул, судорожно цепляясь пальцами за нижнюю перекладину лестницы. Это был самый настоящий акробатический номер, и он ему удался.
Завала тем временем поспешил отойти от борта судна, чтобы лодку не опрокинуло отходящей волной. Остин висел на лестнице, напрягая все силы, чтобы подтянуться на следующую перекладину, но они были скользкими от морской воды и подъем давался ему с большим трудом. Когда следующая перекладина была почти в руках, на него обрушилась мощная волна и чуть было не смыла в море. Только
Под его тяжестью веревочная лестница немного стабилизировалась, но он все еще раскачивался на ней, больно ударяясь всем телом о металлический корпус судна. Колени и локти ныли от боли, как будто их ошпарили кипятком, но у него не было другого выхода, кроме как сосредоточиться на главной цели, не обращая внимания на боль и физическое истощение. Подняв вверх голову, он попытался определить, сколько ему еще нужно карабкаться, чтобы добраться до свисавшего с палубы трапа. Это расстояние немного ободрило его. Он находился на полпути к трапу и должен был добраться до него в считанные минуты. Еще немного, и он сможет дотянуться до первой ступеньки металлического трапа, после чего задача значительно облегчится.
Остин одолел еще несколько ступенек и снова посмотрел на трап, но на этот раз его ожидал неприятный сюрприз. С палубы на него смотрел смуглолицый человек с копной непослушных курчавых волос, просунув голову между металлическими перилами и осклабив в злорадной ухмылке неровные белые зубы.
Не успел Остин оценить обстановку, как лицо незнакомца исчезло, а вместо него чья-то рука с длинным ножом стала энергично перерезать веревку лестницы.
— Эй! — закричал ему Остин, пожалев, что не нашел более подходящих слов.
Рука с ножом на секунду остановилась, а потом с новой силой принялась за веревку. Остин изо всех сил старался поскорее добраться до металлического трапа и почти дотянулся до него, когда левый край веревки рухнул вниз, а вместе с ним и Остин, больно ударившись о борт судна. Удар был настолько сильным, что у него в глазах потемнело. С большим трудом он удержал равновесие и снова посмотрел вверх. Черт возьми, этот мерзавец энергично резал вторую веревку. Собрав последние силы, Остин подтянулся на руках и уцепился за металлическую ступеньку трапа как раз в тот момент, когда вторая веревка была перерезана и лестница упала в бушующее море. Металлический трап отклонился под его тяжестью, и он еще раз ударился головой о металлический корпус судна. В глазах промелькнула вся звездная Галактика, и он приложил максимум усилий, чтобы не потерять сознание от боли. Возможно, его спасла мысль о том, что в этот момент рука с длинным ножом может покончить с ним раз и навсегда, а заодно погубить и сотни ни в чем не повинных рабочих буровой платформы. Плотно прижавшись к мокрому борту судна, Остин немного подождал, а потом стал карабкаться наверх, понимая, что оставаться в таком положении равносильно самоубийству. Правда, наверху его тоже ждет смерть от ножа, но есть хотя бы какой-то шанс выжить. Добравшись до края борта, он последним усилием воли подтянулся на руках и перевалился через перила на палубу судна, ожидая смертельного удара ножом. Но его не последовало.
Через несколько мгновений Остин удивленно огляделся вокруг и с радостью осознал, что поблизости никого нет. Немного отдышавшись, он посмотрел вниз и помахал рукой Завале, который следовал параллельным курсом. Тот ответил ему таким же взмахом руки.
В наушниках снова послышался треск, а потом хриплый голос капитана:
— Ты в порядке, Курт?
Остин чувствовал себя как только что вынутый из духовки гамбургер, но все же нашел силы подбодрить капитана:
—
— Ты сейчас на расстоянии пяти миль от буровой платформы. Добавь к этому часы, необходимые для остановки судна или смены курса, так как какое-то время оно будет двигаться по инерции.
Остин бросился на кормовую часть судна, но его вдруг остановил душераздирающий крик, доносившийся из-за контейнеров. Не было никаких сомнений, что кричала женщина, а по силе крика можно было судить о постигшем ее ужасе.
Глава 12
Карина пришла в сознание за несколько минут до того, как Остин взобрался на палубу контейнеровоза, однако возвращение к реальности сопровождалось весьма неприятными ощущениями. Голова раскалывалась от боли, перед глазами плыли темные круги, а из глубины тела к горлу подбирался горький комок, грозивший острым приступом тошноты.
Острая боль и тяжесть во всем теле спасли ее от очередного обморока, и через некоторое время она с большим трудом сообразила, что все еще находится в контейнере, стиснутая со всех сторон хранившимися там предметами. Ее руки были связаны за спиной липкой лентой, однако ноги, к счастью, остались свободными, поскольку в спешке пираты не удосужились связать их.
Собрав все силы, сочетавшие необыкновенно твердую волю с физической выносливостью хрупкого тела, которое она в течение многих часов укрепляла в спортивном зале ЮНЕСКО, Карина с трудом перевернулась на живот, затем с таким же невероятным трудом подтянула ноги и встала на колени. В таком положении она постояла некоторое время, пока не прошло головокружение, а потом попятилась назад к упаковочному ящику, нашла острый угол и стала энергично тереть об него сковывавшую запястье липкую ленту.
Острые заносы вонзались в руки, но она не обращала внимания на боль и через несколько минут жестокого самоистязания наконец-то освободила одну руку. Немного передохнув, она попыталась проделать то же самое с другой рукой, но в этот момент в отверстии, которое похитители вырезали в контейнере, появилась чья-то фигура.
Карина сразу узнала этого человека. Правда, она не могла вспомнить его имя, но не раз видела, как этот филиппинец работал на палубе вместе с другими матросами.
— Как я рада вас видеть, — сказала она, облегченно вздохнув.
— Я тоже рад видеть вас, синьорита, — ответил мужчина с волчьим блеском в глазах.
Женское чутье Карины мгновенно подсказало, что в его тоне было что-то зловещее. Она посмотрела за плечо моряка.
— Захватчики судна уже ушли?
— Нет, — язвительно ответил он, — мы все еще на судне.
Карина попыталась обойти его, но филиппинец решительно преградил ей путь.
— Что вам нужно? — удивленно спросила она и сразу же пожалела о том, что эти слова сорвались с пересохших губ.
А губы филиппинца скривились, как кусочки поджаренной на сковородке печени.
— Я пришел, чтобы убить тебя, но сперва мы немного развлечемся.
Он схватил Карину за плечи и попытался прижать к себе. Она была на несколько дюймов выше, зато он — намного сильнее. Повалив ее на пол, Хуан лег сверху. Карина отчаянно сопротивлялась и всеми силами пыталась сбросить его с себя, но он вынул длинный нож и быстро срезал липкую ленту, опоясывавшую ее талию.
Она продолжала лупить его кулаками по лицу, расцарапав небритые щеки, но это лишь раззадоривало его, а у нее самой вызывало чувство досады. Филиппинец спрятал нож в ножны, чтобы освободить руки, а Карина закричала во весь голос, продолжая пинать его ногами. Она знала, что на судне нет никого, кто мог бы прийти к ней на помощь, но надеялась, что громкий крик отвлечет внимание насильника.