Навеки
Шрифт:
Теперь его аура полностью превратилась в пламя: красное, оранжевое, с высверками зеленого на язычках. От мужчины исходило тепло. Спускаясь по широким ступеням, я чувствовала привычную ледяную корку на коже, и тепло было тем, в чем я нуждалась. «Адам, Адам, Адам», – думала я.
Линк остановился:
– Вот здесь, – сказал он, положив руку на дверь позади меня и опуская голову все ближе и ближе к моей.
Чары были разрушены, когда я заметила мужское лицо за левым плечом Линка. Я моргнула, и оно исчезло.
Линк склонился вплотную ко мне, и я поднырнула
– Ты видел? – спросила я, оглядываясь по сторонам, но никого не обнаруживая.
– Что? – спросил Линк высоким голосом.
Его аура остывала, будто огонь затухал: языки пламени исчезли, осталось только теплое свечение. Но вряд ли понадобится много усилий, чтобы снова зажечь этого мужчину.
– Мне показалось привидение. Правда, замечательно? Никогда раньше не видела призраков. То есть, я многих видела у себя в голове и даже разговаривала с ними, но никогда прежде не встречалась с привидением в материальном мире. Нужно много силы, чтобы появиться в реальности. Однажды я была в новом доме, где на стены использовали доски из старой лачуги. Прямо-таки чувствовались трепыхания по всей стене. Казалось, картинку разрезали на полоски, а потом опять склеили. Ты справишься с замком?
Аура Линка вернулась к красновато-коричневому цвету.
– Знаешь, ты очень странная.
– Потому что хочу, чтобы ты открыл замок?
– Нет, потому что большинство людей боятся привидений.
– Большинство людей боятся меня, – хмыкнула я. – Так ты сумеешь…
Линк перебил:
– Интересуешься, научился ли я взламывать замки, заводить машину без ключа, и состоял ли в банде, пока рос в Гарлеме? К твоему сведению, мои родители преподавали в колледже, и я...
«Вот он настоящий расизм», – подумала я и, вздохнув, вытянула небольшой мешочек, который носила на груди.
– Я просто проявила вежливость. Кузен Верджил научил меня открывать замки.
– Верджил? – спросил Линк. – Приблизительно такого роста? Со злым выражением лица? И со шрамом на виске?
– Ага, это он.
Я наклонилась и заработала маленькой отмычкой, которую Верджил смастерил для меня еще в детстве.
Мне всегда нравилось оставаться с Верджилом, потому что он никогда не воспринимал происходящее вокруг меня как что-то ненормальное. Он был чуть ли не единственным, кому я почти рассказала о своих способностях, но и без признания, думаю, Верджил понял больше, чем остальные, потому что умел меня слушать.
Я скорее почувствовала, чем увидела, как Линк дрожит:
– Не хотел бы я встретить призрака темной ночью, – прошептал он. – Да и при свете дня тоже. Вообще...
Линк замолчал, когда я распахнула библиотечную дверь, и мы заглянули внутрь. Может здесь когда-то и водились привидения, но я их не ощутила.
Я огляделась, давая себе время воспринять обстановку. Ореховые полки с книгами закрывали две стены от пола до потолка, у третьей расположился камин, а на дальней стене – два больших окна, скрытые тяжелыми бархатными портьерами винного цвета. Изучая комнату, я искала камеры и микрофоны. Электрооборудования
Оглядывая помещение, я не могла не обратить внимания на убранство.
– Чересчур темно, – сказала я. – Будь это моя библиотека, я бы оформила все в зеленых и желтых тонах. Разве желтые портьеры не лучше? Как думаешь?
– Думаю, что убиты два человека, и что это чертовски серьезно. А еще я думаю, что будь мы нормальными людьми, убрались бы подальше отсюда к чертям собачьим.
– Следи за тем, что говоришь, пожалуйста.
Я действительно терпеть не могла нецензурную лексику. Такие слова предназначены для выражения шока, а какой в них смысл, если лепить ругательства в каждую фразу?
Глянув на Линка, я увидела, что он вытаскивает книги с полок, рассматривает и ставит обратно.
– Не думаю, что сейчас самое подходящее время выбирать себе чтиво. Нужно...
– Прямо в яблочко! – просиял Линк, с триумфом глядя на меня.
Он держал стопку книг, склеенных вместе, страницы были вырезаны, образовывая коробку. А за этой обманкой находилось нечто, похожее на кинопроектор.
– Может, ты и в электрооборудовании разберешься?
– И моя дочь, и племянница обладают телекинетическими способностями, а я нет. Если бы одна из девочек была здесь, она смогла бы…
Линк посмотрел на меня жутко недовольно:
– У тебя же есть с собой маленькая отвертка «Филлипс»?
– Ага, – я протянула инструмент, на котором с одного конца значилось «Филлипс», а противоположный конец был плоским. В середине находилось отверстие, в которое поместилась бы сантиметровая шестигранная гайка.
– Верджил? – спросил Линк, принимая подношение.
Я кивнула и стала наблюдать за умельцем. Судя по тому, как ловко он управлялся с шурупами, Линк способен раскрутить или собрать что угодно.
– Класс! Я их найду, а ты — обезвредишь, – решила я.
– Партнеры, – прогудел он, засунув голову в книжный шкаф.
– Как Холмс и Ватсон.
– Скорее, как Люси и Рики, – поправил Линк, и я рассмеялась.
А затем снова сконцентрировалась, пытаясь отыскать другие устройства – трудное дело, так как все было обесточено. Похоже, кто-то специально вывернул предохранитель, чтобы в случае непогоды или проблем с электричеством техника не перегорела. Наверняка, она очень не дешевая.
За очередной шеренгой псевдо-книг, нашлось еще оборудование, которое Линк тоже вывел из строя. Он опознал высококачественные записывающие устройства и кинопроектор, показывающий объемные голограммы.
– Обычная киношная аппаратура. Без обид, но понятно, почему сюда не пускают мужчин — любой из нас сразу бы определил, что это такое, – ухмыльнулся Линк.
– Ну конечно, ведь мужчины намного умнее, – парировала я. – Именно поэтому у тебя сын от женщины, которую ты в глаза не видел. Скажи-ка, мистер Гений, неужели ты не подумал о возможном ребенке, когда уединялся со стаканчиком?