Навь. Книга 2
Шрифт:
— Приветствую, Аглая. А графиня Корсакова здесь?
— Да, госпожа графиня. Ждет вас у модистки, просила вас, чтобы вы ее нашли.
— Веди!
Поспешив вслед за девушкой, она завернула в глубину салона.
— А, вот ты где? — подруга поймала ее за руку.
— Привет, Мария!
— И тебе того же. Ну что, пойдем?
— Он что, здесь? — опешила графиня.
— Какая ты все-таки домохозяйка! — расхохоталась Корсакова. — Конечно же нет. Нам на выход.
Она потащила графиню к черному ходу.
— Я
— Да брось, ну улизнешь ты от него на час, ну а если задержишься — ничего страшного, позвонишь.
— Муж рассердится.
— Муж — объелся груш, — весело сказала подруга. — Переживет, никуда не денется. — Пошли!
Графиня дала себя увлечь, и подруга вывела ее через черный ход.
— Вон, это за тобой! — она пригнувшись показала пальцем на неприметный седан неподалеку.
— Что-то мне это не нравится…
— Ну ты же видишь, они в рясах. Им нельзя, — хохотнула подруга. — Бедненькие!
Они подошли к машине. Ее уже ждали. Молодой мужчина в монашеском одеянии открыл перед ней дверь, помог сесть на заднее сиденье и сам сел рядом.
— Пока, Василиса, — послала ей воздушный поцелуй Мария.
— Пока, — озабоченно сказала графиня. — Надолго мы?
— Нет, госпожа графиня, туда и обратно.
— А «туда» это куда?
— А зачем вам это знать? — графиня почувствовала укол в шею и потеряла сознание.
— Графиня пропала, — первым делом заявил мне Иван. — Велено отвести вас домой.
— Знаю. Не домой. Ты вооружен?
— А как же, — он отвел полу пиджака, показав мне наплечную кобуру с «СР».
— Ну и отлично. Едем освобождать графиню, — я полез в бардачок за «Вальтером», с которым я почти не расставался, но в школу не брал.
— Надо же сообщить… — он потянулся к микрофону рации.
— Не надо, — я перехватил его руку. — Лишний шум. Сейчас наедут поцы, спецназ и еще хренова туча людей на машинах и с мигалками. Как ты думаешь, это ей поможет? Или наоборот толкнет похитителей на что-нибудь не то?
— Но у меня…
— …прямой приказ, — зло передразнил его я. — Знаю. Подъедем поближе и доложим. А освобождать будем сами.
— Вдвоем? — он насмешливо взглянул на меня. Типа, пацан, ты во что ввязываешься?
— Вдвоем.
Иван ничего не сказал, лишь усмехнулся и прибавил скорость, включив проблесковые маячки под капотом.
— До прибытия минут пять.
— Хорошо, — я достал смартфон и набрал Старшего.
— Слушаю, Саша. Ты сейчас не вовремя.
— Я в курсе. Слушай внимательно.
Я изложил Старшему, что со мной произошло и где держат графиню.
— Ни во что ни ввязывайся, езжай домой. Я сейчас вызываю спецназ.
— Не получится. Я сам.
— Никакой самодеятельности…
Я нажал на отбой.
— Поговорили? — покосился
— Угу… — я отключил звук и вибрацию на телефоне.
— И?
— Сейчас тебе будет звонить.
Раздалось квакание смартфона Ивана.
— Слушаю, Ваше высокопревосходительство! Да, я понял, да! Есть! — Иван прикоснулся к гарнитуре.
— Велено тебя доставить домой.
— Ты сможешь меня удержать? — хмыкнул я.
— Да, пожалуй, нет.
— Твоя обязанность меня охранять? Вот и охраняй. Кстати, вот уже и подъезжаем. — Я взял свою заплечную сумку.
— Слушай, я понимаю твой энтузиазм, но меня могут выгнать со службы. И выгонят.
— Это вряд ли. Ну если хочешь, я тебя вырублю, а ты потом на меня рапорт напишешь?
— Ты? Меня? — скептически хмыкнул Иван. — Не смеши.
— Пошли, — я распахнул дверцу машины. — Только пиджак с кобурой сними и пистолет спрячь. Будем изображать младшего и старшего брата. Ну за руку ты меня вести уже не можешь, так что изображай энтузиазм и заинтересованность.
Доходный дом — обычный двор-колодец, которому было уже полутораста лет. Те самые в нашем мире пресловутые питерские коммуналки с длиннющими коридорами, по которым на велике кататься можно. Мило болтая и изображая братьев, старший из которых забрал младшего из школы, мы вошли в парадное, воняющее кошачьей ссачиной, и стали подниматься по длинной лестнице. Да, я уже и забыл, какие тут огромные коридоры и пролеты. Особенно в детстве меня поразил лифт — разве их делали полтора века назад? Старомодный, с решетчатыми дверями — но он был. А так — все точно такое же, как в детстве, выщербленная мелкая плитка на полу, неряшливо окрашенные масляной охрой двери, ручки старомодных механических дверных звонков…
— Третий этаж, — шепнул я ему, глянув на номера квартир.
Мы поднялись до нужной площадки и нашли квартиру с неряшливо закрашеной по бокам эмалированной табличкой с номером. Осмотрев дверь, я понял, что со спецназом я лоханулся. Такую древнюю массивную конструкцию, открывающуюся наружу, выносить только накладным зарядом. И замок тоже был старый, тихо не вскроешь.
Я прижал ухо к двери и сосредоточился. Вроде тихо, да разве такой слой дерева и краски что-нибудь можно услышать? Можно. Раздался женский визг.
— Стреляй в замок и запускай меня, ты следом! Быстрее, там что-то началось!
Иван кивнул, и выстрелил из пистолета рядом с замком, потом рванул дверь на себя. Я проскочил внутрь.
Дверь в ближнюю комнату была открыта. Ба, а вот и искомое — упакованная графиня и двое бандитских рож в сутанах — из бывших зеков, принявших постриг, что ли? Один слева в углу, второй поднял графиню и заслонился ей, как щитом.
— Вы кто, бродяги? — спросил тот, кто поигрывал ножичком у горла графини.