Научить любить
Шрифт:
– Ты забыла, что я могу быть невидимым для всех и для тебя в том числе, – напомнил он.
– Тогда зачем тебе нужно мое разрешение? Мог бы просто прийти и все, – рассердилась я.
– Я хочу, чтобы ты знала о моем присутствии. Хочу наблюдать тебя в состоянии, когда ты знаешь, что за тобой наблюдают.
– Делай, что хочешь. Я все равно не могу запретить тебе, – сказала я с легким раздражением в голосе.
– Это ты правильно подметила, – спокойно парировал он. – Ну, мне пора. Увидимся уже после праздника. Пока.
И он ушел, не сказав больше
Вскоре пришла мама. Она была необычно весела и какая-то помолодевшая. Решив, что у нее все в порядке, я отправилась спать. Платье заблаговременно убрала в шкаф, аккуратно развесив на плечики.
Глава 8
На следующий день мама поинтересовалась, в чем я планирую идти на День рождения Людмилы Борисовны. Я показала ей платье.
– Откуда такая красота? – спросила она.
Я выдала ей заранее приготовленную версию ответа. Как-то очень легко она поверила моей хитрости. Видать, голова ее была занята совсем другими мыслями. Но это даже хорошо. Не надо отвечать на дополнительные вопросы.
– Как ты думаешь, мам, что можно подарить Людмиле Борисовне? – озабоченно спросила я.
– Ну что можно подарить человеку, у которого все есть? Что-нибудь памятное, какой-нибудь сувенир, – ответила она.
– Я ничего не могу придумать. Всю голову уже сломала. Для меня выбирать подарок – это всегда такая проблема.
– Я тебя прекрасно понимаю. Особенно, если денег не очень много, – сочувственно произнесла мама.
– Может быть, сходим сегодня вечером вместе в магазин и что-нибудь подберем? – предложила я ей.
– Давай тогда не сразу, как ты закончишь работу, а немного позднее. У меня есть кое-какие дела, – согласилась она.
– Во сколько? Часов в восемь? А магазины еще будут работать?
– По-моему, в нашем торговом центре магазины работают до десяти. Успеем. Давай встретимся в восемь возле центра.
– Договорились, – и я побежала на работу.
Время уже поджимало. Конечно, я не опоздаю, но и раньше всех уже прийти не получится. Что-то не нравилось мне в мамином поведении. Какая-то она была рассеянная. Что происходит? Вроде, выглядит не плохо, но, видно, что ее что-то тревожит и постоянно отвлекает. О чем она все время думает? Нужно будет сегодня вечером ее попытать.
Сегодня было особенно солнечно. Если не замечать талого снега под ногами, превратившегося в грязную кашицу, то можно во всю наслаждаться весной.
Я примчалась на работу и получила от дяди Гриши очередную шоколадку.
– Вы меня совсем избаловали. Скоро стану толстая претолстая, если каждый день буду есть столько сладкого, – засмеялась я. Настроение у меня было отличное.
– Тебе это не скоро грозит. Такие, как ты, только с возрастом слегка округляются, становясь при этом пикантными, а не толстыми. Кроме того, от шоколада, по-моему, вообще не поправляются. Так что, можешь есть его смело, – успокоил меня он.
– Спасибо, дядь Гриш. Добрый вы очень.
– Добрым меня еще никто не называл. Строгим – да,
– Значит, я первая, – я чмокнула его, пряча улыбку, и побежала на рабочее место.
Машка уже пыхтела над своими посылками, высунув язык. Смешная она – рослая такая, а в душе сущий ребенок. Сегодня она работала последний день перед отпуском, завтра уезжала в Новосибирск. Видно было, что слегка волнуется – не тараторила, как обычно.
В обед мы поели торт, который Машка принесла за свой отпуск, и выпили чаю. Пожелали ей хорошего отдыха и удачного знакомства с родителями Олега. Я бы, наверное, тоже волновалась на ее месте.
Как-то некстати я вспомнила Тараса. Где он сейчас? Что делает? Но спрашивать у Машки об этом не стала. За время разлуки я научилась прятать мысли о нем где-то глубоко внутри себя, чтобы никто не догадался, как сильно я его жду. Я пыталась вспомнить его лицо, но у меня ничего не получалось. Помнила только широкую улыбку и искрящиеся смехом глаза.
Интересно, а он меня вспоминает? Наверное, нет уже. Кто я – провинциальная серая мышка из малюсенького сибирского городка, где почти все друг друга знают. А он столичный парень, очень продвинутый. Конечно, мы с ним не пара. От этой мысли мне стало очень грустно. Она меня не покидала весь остаток рабочего дня.
Перед уходом домой, я пожелала Машке удачной поездки и хорошего отдыха и еще раз пообещала следить за ее сестрой.
Вернувшись домой, я поужинала и села читать книгу. Но, как назло, не усваивала то, что прочитывала. Тогда, я решила бросить это дело и стала тупо дожидаться времени, когда можно будет отправиться на встречу с мамой.
Ровно в восемь мы с мамой почти одновременно подошли к торговому центру, и началась наша пытка. Целый час мы бродили по сувенирному магазину. Выбрать ничего не получалось. То, что нравилось, стоило очень много, а то, что было дешевое и качества было соответствующего. Вконец измучавшись, мы решили подарить комплект двуспального постельного белья. Эта вещь в хозяйстве лишней не бывает. Всегда пригодится.
Вечером, дома я спросила у мамы:
– Мам, у тебя точно ничего не случилось? Ты стала совсем другая – какая-то рассеянная и временами очень задумчивая.
– Скоро, доченька, ты все узнаешь, – уклончиво ответила она. – Не переживай. Я думаю, что эта новость тебя обрадует. Все хорошо. Просто я не хочу опережать события.
– Ну, ладно. Если ты так хочешь… – мое удивление маминой загадочности только возросло.
Я не стала долго ломать над этим голову. Главное, что все хорошо.
Вот и пятница. Людмилу Борисовну сегодня пораньше отпустили домой, чтобы она успела подготовиться к празднику. Мы со Светланой Викторовной остались вдвоем на всех участках. Благо, работы было не так уж много. Сегодня весь день валил мокрый снег, погода стояла пасмурная, и посетителей было не очень много. Так что, мы вполне справлялись.