Шрифт:
«Нельзя привязываться к людям всем сердцем,
это непостоянное и сомнительное счастье.
Ещё хуже – отдать своё сердце
одному-единственному человеку,
ибо что останется, если он уйдёт?
А он всегда уходит»
Эрих Мария Ремарк
Пролог
Кажется,
– Мне предоставили место в общежитие, – сообщила я. – В двух шагах от университета. Это гораздо удобнее, чем жить на съёмной квартире.
– Да, но ты никогда не жила одна, – заметила мама. – В общежитии у тебя помощников не будет. Придётся всё делать самой – и готовить, и стирать, и убирать.
– Но ты же сама когда-то через это прошла, – напомнила я. Мама не раз говорила о том, что прожила в общежитии всю свою молодость, и только, когда удалось «встать на ноги», найти хорошую работу, она обзавелась, наконец, собственным жильём.
Моя мама Вероника Сергеевна Золотарёва была человеком непростым. Слушала внимательно, но затем неизменно высказывала свою точку зрения, которая редко совпадала с моей. Она была строга, но – только ко мне. Со старшими сыновьями отношения складывались иначе. Их она принимала такими, какие они есть. Часто хвалила и ставила мне в пример. Хотя мне тоже было чем похвастаться. В школе – отличница, активистка и девочка примерного поведения. Каждый год я наблюдала свою фотографию на доске почёта. Меня любили учителя и обходили стороной одноклассники. За все одиннадцать лет обучения я так и не сумела ни с кем из них подружиться по-настоящему. Единственными моими друзьями, самыми верными и надёжными, были книги.
А ещё я любила отца… Но ровно три месяца назад он покинул нас…
Когда мама сказала, что подала на развод, я поначалу решила, что это шутка. Да, они конфликтовали и в последнее время всё чаще. Но разве это могло стать поводом для разрыва? Мне казалось, они любили друг друга. Во всяком случае, отец… Мама на проявление эмоций была более сдержанна. И, когда наступил этот момент, она, к моему удивлению, не проронила ни слезинки. Хладнокровная и несгибаемая, она ни разу не позволила себе согнуться. А отец совсем поник и сидел в зале суда с низко опущенной головой, стараясь не глядеть ни на кого. Я тоже была там и переживала каждый момент болезненно. Мать вела себя очень уверенно. Она всегда знала, что ей делать, и умела следовать своим желаниям. Отец же был другим.
Удивительно, как они вообще оказались вместе!.. Такие разные по натуре, однако, сумели прожить в законном браке более двадцати лет. Родили троих детей. Двое старших уже давно жили отдельно, создали собственные семьи. Андрею исполнилось двадцать семь, и он уже воспитывал двоих детей. Сергею было двадцать три, и вместе с женой они ожидали первенца. Ну, а я в свои семнадцать лет только-только закончила школу и, сдав выпускные экзамены, подала документы в университет. Две недели назад я узнала о том, что поступила.
– Почему именно факультет иностранных языков? – недоумевали мои родные и все те, кто хорошо меня знал. – Ты же так любила литературу. Тебе прямая дорога на факультет филологии.
– Не хочу, – отвечала я. – Слишком просто. Книги – это моё хобби, которое всегда со мной. Я не хочу, чтобы кто-либо учил меня, как их правильно читать.
В семье
Потом уехал старший брат. Далее настал черед среднего. Я знала, что однажды так произойдёт, и мысленно готовила себя к этому. Но, оставшись с мамой один на один, я поняла, что лишилась своих лучших помощников и защитников, которые спасали меня от её нападок. А они были слишком частыми. Я не понимала, что сделала ей плохого. Но чувствовала одно: она не любит меня. Любил отец…
Виктор Степанович Золотарёв, бывший учитель истории, ныне – литературный обозреватель, ведущий свою собственную колонку в газете. Человек многих талантов, но имеющий слишком низкий уровень притязаний. Он никогда не рвался к успеху, а работа была для него одним из способов самореализации, но не зарабатывания денег. В этом отношении мама намного опередила его. Она начинала с товароведа, затем дослужилась до администратора, а после открыла собственное дело. Финансист по образованию и аналитик от природы, она могла видеть наперёд и её прогнозы, как правило, подтверждались. Поэтому очень скоро она заняла свою нишу в сфере бизнеса, и дело её с каждым годом только процветало. Но это не могло не сказаться на взаимоотношениях внутри семьи.
Она часто понукала отца, критиковала его «формулу жизни», а позже совсем перестала воспринимать как человека, как своего супруга. Разрыв наметился ещё несколько лет назад, но что-то сдерживало их. И только недавно я поняла, что, вернее, кто был истинной причиной.
– Я не могла развестись, пока ты училась в школе, – объяснила мать. – Это легло бы тенью на твою репутацию. У тебя и так было много завистников. А если бы узнали о том, что родители разошлись, сразу появилось бы множество гипотез. Отец изменил, мать гулящая, ну, и тому подобное, что в таких случаях приходит людям в голову. Мне не хотелось, чтобы на тебя показывали пальцем.
Казалось бы, что здесь такого? У нас в школе половина учащихся, если не больше, из неполных семей. Но мама права, Золотарёвы всегда на слуху. А город, в котором мы живём, совсем небольшой. Все друг друга знают. Не для этого мать годами выстраивала нашу репутацию, чтобы разрушить её в одночасье.
На выпускной пришли все члены моей семьи. Старший брат привёз и жену и детей. И отец с матерью держались вместе, будто ничего между ними не произошло. Только он был бледен и худ. Сказались проведённые в одиночестве бессонные ночи. Я знаю это наверняка. Он всё принимает слишком близко к сердцу. И я в самом красивом небесно-голубом платье, струящемся, словно каскад, танцевала в этот вечер со своим отцом, еле сдерживая слёзы. Он всё понимал и старался молчать, чтобы не расстроить меня ещё больше.
Когда мне на шею вешали «золотую медаль», вокруг раздались громкие аплодисменты. И мои родные и близкие люди, сидевшие в первых рядах, улыбались и радовались вместе со мной.
Было много напутственных слов, которые я почти не слушала. Я знала, что звучат они правильно, но не могла именно сейчас, в эту минуту принять их так, как следовало бы. Мысли мои блуждали вдали от всеобщего веселья и суеты. Украдкой я поглядывала в сторону – туда, где были приглашённые гости. Я знала каждого из них в лицо. Но волновал меня лишь один человек. Мой неожиданный друг, с которым я познакомилась этим летом. Тот, кто успел завладеть моими мыслями и фантазиями. Артем Баринов. Выпускник нашей школы двухлетней давности, а ныне – студент технического университета.