Натиск
Шрифт:
Чего раньше на Руси никогда не ели, так это как всякого рода салаты. Ну не было принято смешивать ингредиенты, да и традиции соусов почти что и не существовало. И было приятно наблюдать, как мои гости за обе щёки уплетают предложенные к столу салаты. Понятно, что если вкусно что-то человеку из будущего, то это не обязательно, но чаще всего, будет вкусно и человеку из прошлого. Жаль, что картошки всё ещё нету. Что-то я очень сильно соскучился по советской интерпретации салата Оливье. Этот салат, с добавлением вместо картошки пареной репы, терял некую свою притягательность, сакральность для человека,
А вот с майонезом Маша всё-таки перестаралась. Казалось, что он был везде. Даже запечённое мясо и то было вымазано в майонез. Может только в сладких пирогах не было этого соуса, А так везде. И как лебедушка моя не полнеет? Может потому, что кроме прочего, всегда тренируется. И, кстати, мне об этом не призналась, хотя сколько там мы могли пообщаться, пока на одном коне ехали до усадьбы!
— Ты когда уже перестанешь удивлять? –0 даже с каким-то укором спросил меня государь. — Почему на Царском столе таких яств нету? И вот это…
Мстислав показал на вилку с четырьмя зубьями.
— Так ты государь пришли ко мне стряпух своих. В раз научим, как и чем потчевать первого мужа на земле русской, — усмехнулся я, хватая с пылу-жару смаженку.
Предыдущий поднос с этим кушанием был разобран почти моментально, после того, как воевода Димитр, попробовал смаженку, сразу положил себе на тарелку три таких небольших русских пиццы. И это они ещё не знают о томатном соусе! Правда, кроме меня о нём также никто не догадывается.
Как же вас ждал того момента, когда на Русь вернётся Новоросская экспедиция. Картошка, кукуруза, томаты — всё это в моём понимании сильно облегчит жизнь русским людям. Может томаты, и в меньшей степени, но картошка и кукуруза, фасоль как ценнейшие культуры не только для непосредственного потребления, но и для разведения скота и свиноводства, нам очень нужны. Картофель должен хорошо расти, точно не хуже, чем репа. Кукурузу на силос будем выращивать, да и муку курузную употреблять можно. Разнообразие и изобилие в еде — это больше людей на Руси. А у нас столько еще неосвоенных земель…
— Давай поговорим о делах, — сказал царь, когда у всей дюжины приглашённых к моему столу мужчин были набиты рты.
Государь не отличался излишним чревоугодием. Он выглядит поджаром, тренированным воином, и знал меру в еде. Пил только, на мой взгляд, изрядно. Однако именно сейчас государь поднял лишь только два стеклянных кубка с вином.
— От сестрицы моей, Византийской Императрицы, Евдокиюшке, пришло послание. Кажет она, что сельджуки умышляют ударить по волжским пределам державы нашей, булгарским землям. Нужно готовиться. И булгары взбунтуются и сельджуки зело злые в бою, — сказал царь и все вокруг, как и прислуга, даже моя любимая женушка, стоявшая у двери, откуда всё приносили и приносили еду, все срочно вышли и закрыли за собой дверь.
Я возрадовался. Нет, не потому что ушла Маша, и теперь всё большое помещение стало каким-то блеклым, неярким. Я радовался тому, что Евдокия, императрица рамеев, всё же прислала нужные для меня вести царю. Я просил ее об этом ранее.
В контексте политической ситуации внутри Русского государства, я посчитал ненужным, даже опасным, быть инициатором войны с сельджуками. Итак слишком много от меня идёт инициативы.
Сельджукский султанат всё-таки находился на почтительном расстоянии от русских земель. Ещё нужно было пройти Кавказ, чтобы начать общение, или войну с этим агрессивным народом. Хотя, наверное более агрессивных чем русские, на данном этапе и народа нету.
Еще не выветрилось понимание Руси, как пусть и большого пространства, но все равно своего, некоего мирка. Ни на кого мы не нападали, со всеми жили, ковыряясь в своей песочнице. И тут такие просторы, территории. Могут в любой момент сказать: «Остановись, воевода, Владислав Богоярович, хватит уже». Если же Евдокия Византийская, которой очень гордился Мстислав Изяславович, присылает информацию, то к этим сведения совершенно иной подход, отношение.
Я просил Евдокию, чтобы она отослала, будто бы от себя лично, послание русскому царю. Якобы, Византийская разведка узнала, о том что сельджуки готовят поход на Русь. Я почти был уверен, что так оно и есть. Косвенно приготовление сельджуков именно к удару в район устья Волги подтверждали и сведения, полученные мной от генуэзцев. У этих торгашей была своя агентурная сеть при сельджукском султане.
Это война Руси была очень нужна. Мы не можем тратить баснословные деньги и содержать огромную армию на границах с аланами, сельджуками, грузинами. Это будет каждый год приводить к таким серьёзным тратам, учитывая что ещё нужно будет строить огромное количество крепостиц и создавать мощную засеченную черту, что станет сущим разорением для молодого Русского Царства.
С другой же стороны, если получится нанести сельджукам серьёзный удар, причём с двух сторон, когда и византийское войско также начнёт действовать с Запада, то это султанат можно и вовсе ликвидировать. Это будет означает, христианство станет вновь доминирующей религией, что армянам, грузинам, аланам, всем им, придётся в той или иной степени заявлять о своём своем вассалитете или Византии или Руси.
Если получится, а оно должно получиться, разбить турок, до серьёзнейшие силы можно было бы направить на освоение Урала и на дальнейшую экспансию на Восток. Если держать сельджуков сильными, то мы неминуемо получим войну. И этот конфликт может оказаться для нас неудобным, возможно начнется в такой момент, когда мы будем к нему не готовы. Сельджуки не дураки, были бы идиотами, уже бы прямо сейчас начали военные действия. А так они ещё выжидают удобного момента. Хотя какие-то действия, я бы сказал, разведка боем, уже имеет место быть на турко-византийской границе.
Выстраивалась бы отличная конфигурация, когда Византия и с севера и с юга, так как Египет я уже считаю покоренным, наседала бы на крестоносные государства. При ослаблении Венеции, при том, что не без нашей помощи, крестоносцы терпят поражение за поражением от вендов… Иерусалим сам упадет в руки Византии. А я сделаю все, чтобы правление в этом городе было совместным русско-византийским.
— Когда в поход? — спросил воевода Димитр, демонстрируя ярое желание начать войну.
— По весне готовимся. Все едино не успеем всех собрать до конца лета, — ответил за государя Ростислав Смоленский.