Настоящая жена
Шрифт:
— Что каждый может быть лучше, чем он есть на самом деле, — продолжал Хантер.
— Только если вы не считаете, что уже достигли совершенства.
Ее намек вызвал на его губах ленивую усмешку.
— О, что вы! Я далек от совершенства. По крайней мере, я не из тех, кто, просыпаясь утром, первым делом бежит к зеркалу и целует свое отражение, пребывая в уверенности, что в целом свете нет никого красивее, умнее, ну и так далее.
Это только укрепило ее подозрение, что во время занятия Хантер не спал. Он просто
— Я не отношусь к таким людям, — спокойно сказала Лили. — Но иногда мне действительно приходится подбадривать себя и говорить, какая я замечательная.
— Пока не встретишь мужчину своей мечты и он не будет делать это за тебя, — слегка насмешливо закончил Хантер.
— Ты меня не знаешь, — также перейдя на «ты», возразила Лили. — То, что я сейчас скажу, предназначено только для твоих ушей — другие просто перестали бы мне верить, а я этого допустить не могу. Дело в том, что я... Я не верю в любовь!
— Вот как? — Его брови изогнулись полумесяцем.
— Вот так, — кивнула Лили. — Я верю в притяжение. Я верю в страсть. Я даже верю в то, что можно уважать другого человека, как самого себя, но я не верю в любовь, тем более в сказку типа «Жили долго и счастливо и умерли в один день».
— Аманда была бы разочарована, — заметил он.
— Поэтому она и не услышит этих слов. — Лили хотела уйти, но Хантер удержал ее за плечо.
— А как быть людям с физическим дефектом? Скажем, кому-то сказали, что он никогда больше... не сможет ходить. Ты будешь убеждать и этого человека, что ему следует поверить в себя и тогда он встанет и пойдет? — Теперь в его голосе не было и тени насмешки.
— Я не волшебница, Хантер, — Лили покачала головой, чувствуя, что в первый раз Хантер говорит серьезно и ее ответ для него почему-то очень важен. — Если человек, которому поставили такой диагноз, полностью сконцентрируется на том, чтобы доказать врачам их ошибку, он упустит массу интересного. Может, лучше направить эту энергию на что-нибудь другое?
— Иными словами, смириться?
— Я бы предпочла назвать это «принять как должное».
— Подозреваю, по такому принципу живешь ты сама, — едко заметил Хантер.
На этот раз Лили спокойно приняла выпад, чувствуя, что его гнев направлен не на нее.
— О ком мы только что говорили, Хантер?
Он покачал головой.
— Это был гипотетический вопрос. Вот, возьми. — Он снял с себя пиджак и протянул ей.
— Зачем?
— На улице ливень, — посмеиваясь, сказал он.
— Нет, спасибо, — с улыбкой отказалась Лили.
Использовать дорогой пиджак в качестве зонта? Ее охватило странное разочарование. Вот сейчас они разойдутся в ночи, и она больше никогда его не увидит. Лили была твердо уверена, что, каковы бы ни были цели его появления сегодня, больше Хантер сюда не придет.
— Возьми, — повторил он.
Лили беспомощно посмотрела на него. Ее
Усилившийся ливень привел ее в чувство. Слегка качнув головой, словно прогоняя сон, Лили попыталась убедить себя, что она просто устала, раз у нее начали возникать такие ассоциации.
— Лили? — раздался бархатный голос Хантера.
Его грудь находилась на уровне ее глаз, его учащенное дыхание сливалось с ее дыханием. Притяжение, такое же осязаемое, как капли дождя, обволокло ее словно густым туманом, проникая сквозь одежду, в кожу, в мозг. Кажется, протяни руку — и она коснется его, вдохнет его запах, почувствует его возбуждение.
У нее вдруг закружилась голова, а сердце заколотилось с бешеной силой.
— Нет! — почти выкрикнула она, забыв о вежливости.
— Что ж, твой выбор, — пожал он плечами.
Глядя, как он исчезает в темноте, Лили дрожащей рукой пригладила волосы, убеждая себя, что это было абсолютно правильное решение. Она подождала, пока перед глазами мир не перестал кружиться, и почти с удивлением оглянулась. Все — здания, улицы, машины — осталось на своих местах. А она-то думала, что произошло землетрясение.
Лили постаралась переосмыслить, что с ней только что произошло. Святой боже, ведь Хантер просто-напросто предложил ей свой пиджак! Тогда почему она чувствует себя так, словно он только что коснулся ее губ и, что уж совсем непостижимо, заглянул ей в душу, унося с собой ее частичку?
Лили смело шагнула под ливень. Холодные капли дождя мгновенно вымочили ее до нитки. Ее французский узел на голове не выдержал подобного натиска стихии и развалился. Промокшая, дрожащая, она скользнула на сиденье машины, мечтая о покое и горячей ванне, чтобы забыть все события своей неудачной недели, которые, впрочем, не шли ни в какое сравнение с тем, что случилось с ней несколько минут назад.
Однако о горячей ванне пришлось быстро забыть, потому что день, который начался так неудачно — с неутешительного звонка брокера, — грозил закончиться полной катастрофой.
Лили повернула ключ зажигания. Двигатель заработал, сначала тихо, но затем шум усилился и вскоре перерос в дребезжание, от которого завибрировали стекла. Попробовав еще раз, девушка была вынуждена признать свое поражение.
Она не была механиком. Честно говоря, даже не знала, сможет ли открыть капот без посторонней помощи, не говоря уж о том, чтобы выяснить, насколько все серьезно. Однако, еще раз послушав натужный рев двигателя, Лили поняла, что последней поездкой ее автомобиля сегодня станет путешествие на эвакуаторе.