Наставник
Шрифт:
Скай была бледна как мертвец, когда я забрала ее и проводила в кабинет, где Арчер должен был назначить ей наказание.
— Мне так страшно, — прошептала мне Скай.
Я гладила ее по волосам и успокаивала.
— С тобой все будет в порядке, Скай. Я знаю, что ты сделала это не нарочно. Ты не плохой человек; ты просто сделала что-то необдуманное, но, к сожалению, наши действия имеют последствия, которые нам не всегда нравятся.
— Я знаю, но я уже сделала Уильяму открытку с пожеланием выздоровления и испекла ему торт,
Все, что я могла сделать, это обнять ее, прежде чем мягко втолкнуть в кабинет и закрыть за нами дверь. Арчер поднял взгляд со своего места за столом и указал на два стула перед ним. Одиннадцатилетняя Скай была миниатюрной девочкой, но она выглядела еще меньше, когда села на стул, ссутулив плечи и опустив голову. Ее длинные волосы закрывали большую часть лица, но не веснушчатый нос. Вид ее очевидного страдания пробудил во мне все защитные инстинкты, когда я села рядом с ней, молча предлагая ей свою поддержку и надеясь, что она знает, что это было вне моего контроля.
После бурного заседания совета школы прошлым вечером было проведено голосование, и мужчины победили. Скай будет наказана двадцатью пятью ударами.
— Ты понимаешь, почему ты здесь? — спросил Арчер отрывисто, что только заставило девочку сгорбиться еще больше.
— Да, — прошептала она, избегая его пронзительных голубых глаз, которые были прикованы к ней.
— То, что ты сделала, было настолько возмутительным и неправильным, что у нас нет другого выбора, кроме как наказать тебя за это. — Глаза Арчера потемнели, и по тому, как раздувались его ноздри, я могла сказать, что он был чертовски зол. — Я только что от Уильяма, и могу сказать тебе, что он не очень хорошо проводит время.
Звуки рыданий вырвались из Скай, и я автоматически начала успокаивающе гладить ее по спине.
— Я знаю, что физическое наказание детей не является законным на Родине, но сейчас мы находимся в Северных Землях, и именно так мы поступаем. В этой стране это распространенный способ дисциплинировать детей, и я почти уверен, что ты почувствуешь себя лучше, когда будешь так же страдать, как Уильям.
Я в шоке посмотрела на Арчера. Как он мог думать, что ее боль облегчит боль Уильяма? Я вообще не видела никакой связи. Это, должно быть, самое отсталое мышление, которое он когда-либо высказывал, а за мое короткое время здесь он высказал много глупостей.
— Надеюсь, это научит тебя никогда больше не делать ничего подобного, — продолжил Арчер.
Рыдания Скай усилились, и ее маленькие плечи вздрагивали от неглубоких глотков воздуха.
Я бросила на него умоляющий взгляд, желая покачать ее в своих объятиях и сказать ей, что ей не нужно бояться, но Арчер проигнорировал меня, встал и обошел стол, жестом предлагая ей встать.
— Обычно такого рода наказание проводится в присутствии других детей, но Кайя возражала против этого, поэтому вместо
Все еще плача, Скай не сказала ни слова.
— Обычно мы никогда не шлепаем ребенка по заднице после десяти лет, но поскольку вы новичок в этом, это может быть более легким наказанием для тебя. Я могу сказать тебе по опыту, что любому человеку может быть непросто продолжать протягивать ладони, когда это причиняет боль.
— Может быть, тебе стоит выбрать этот вариант? — тихо сказала я. — Думаю, что я бы так и сделала.
Скай кивнула один раз и направилась к столу, где Арчер велел ей наклониться вперед.
Испуганные звуки, которые она издавала, заставили меня сильно прикусить губу, как будто моя собственная боль могла каким-то образом унять часть боли, которая вот-вот обрушится на нее.
— Ты хочешь это сделать? — Арчер спросил меня, и хотя я знала, что Скай, вероятно, выиграет от того, что я сделаю это вместо него, я просто не могла.
— Нет, — я покачала головой. — Я бы никогда не смогла ударить ребенка.
Выражение лица Арчера было жестким, когда он занял свою позицию и взмахнул рукой.
Шлеп! Звук его твердой ладони, столкнувшейся с ее штанами, был громким, а за ним последовал еще более громкий крик Скай.
Я с трудом сглотнула, чувствуя, как по телу разливается жар, а головокружение грозит довести меня до обморока.
Шлеп! Вой ребенка продолжался, и когда она повернула лицо и встретилась со мной взглядом, слезы лились водопадом, и она так сильно умоляла меня о помощи, что я не могла просто стоять и смотреть, как он издевается над ней.
— Остановись! — закричала я, но Арчер продолжал.
Шлеп. Шлеп. Шлеп.
Изо всех сил я потянула его за руку назад и закричала, чтобы он остановился.
— Отойди, — приказал он.
Встав между ним и Скай, я умоляла его.
— Не надо больше, пожалуйста, не надо.
Арчер оттолкнул меня с раздраженным видом.
— Мы сказали двадцать пять, а я ударил ее всего семь раз.
— Этого достаточно, разве ты не видишь?
— Твоя истерика только усугубляет ситуацию; просто позволь ей покончить с этим. — Арчер оттолкнул меня с дороги и снова поднял руку. Скай крепко зажмурилась и закричала во всю глотку.
В состоянии паники я перекрикивала ее громкие крики.
— Я сделаю это!
Голова Арчера повернулась ко мне.
— Что? Я думал, ты сказала, что не можешь ударить ребенка?
Все мое тело дрожало, а в горле было сухо, как в пустыне, но мне удалось собрать достаточно слов, чтобы объясниться.
— Я имела в виду, я приму ее наказание за нее.
Брови Арчера опустились, а губы поджались:
— Ты что, с ума сошла?
— Нет, — прошептала я дрожащим голосом. — Если тебе нужно кого-то ударить, ты можешь ударить меня.