Наставник
Шрифт:
– Дим открыл обычно скрипящие ворота грузового контейнера. Яркий свет больно резанул по глазам его узника, который, прикрывая лицо руками, сел на грязный матрас.
– Что, организм, поговорить пришёл?
– хрипло усмехнулся Хазар, обнажив золотые коронки на зубах. Сейчас, когда синяки как следы от их знакомства налились кровью, каждое движение причиняло работорговцу боль.
– Поговорим, - согласился Дим.
– Когда ты отдашь заточку, которую ты сделал из пластикового подноса для еды.
– Следил за мной, шкура?
– зло хмыкнул он, однако вынул из
– Камеры поставил?
– Нет, просто увидел это, - Дим указал пальцем на синий поднос у которого не хватало ручки, а затем на ржавое дно контейнера с синими полосами, о которые он точил кусок пластика.
– Ты меня не убил, значит тебе что-то надо, - Ответил Хазар, выбросив кусок заточенного пластика к объедкам.
– Информация. Прежде всего информация, - ответил Дим, отодвинув поднос в сторону. Да, его кожа была укреплена и такая вещь как острый пластик не могли её пробить. Но рисковать Дим не видел смысла.
– Как я понимаю, вас в ультимативном порядке завербовала Воздушная Британская Империя, а также снабдила транспортом и экзоскелетами для твоей команды.
Начал он с очевидных предположений. В ответ пленник нехорошо улыбнулся и сплюнул на ржавый пол контейнера.
– Вас? И слова такие: "в ультимативном порядке", "завербовали"! Ты, организм, наверное хотел сказать меня? Тогда да, меня взяли за горло, как шныря, и поставили раком: мол верни детей и тогда отпустим брата.
– Твоя команда, как она на это отреагировала?
– в ответ Дим услышал хриплый смех Хазара.
– Какая команда? Ты не видел что ли? Всё, нет у меня больше никого, таких ребят, черти, завалили. Прямо из своего летающего корыта. Лазером, мать его, как бык поссал и всё, сгорели мои коробочки. Приставили этих отбитых Юнкеров и Корнета. Чтобы помогли если что, но само собой чтобы я не свалил.
– Значит те, кто были с тобой - это наемники из Южного Полиса?
– с самого начала Дима смутил внешний вид остальных рейдеров, но теперь всё встало на свои места.
– Нет, мля, это шныри, которые на нижних уровнях Красной Москвой барыжат! Естественно это наёмники! Не понятия, ни мозгов, ни сострадания. Тупо роботы из мяса и боевых имплантов, - наверное, Хазар пытался разжалобить Дима. Зря. Зря ты тогда их не убил. Мог ответить. Мог?
– Не мог. Не имел ресурсов и не видел прямой выгоды, - честно признался Дим.
– Ты убьёшь меня?
– прямо спросил Хазар. Сейчас на его лице читалась решимость.
– В этом тоже нет выгоды, - спокойно ответил Дим.
– Зато она есть в нашем сотрудничестве.
Рейдер в удивлении поднял рассеченную бровь. Видимо это принесло боль, потому как сразу после этого он скривился. Дим решил что пора переходить к прямой цели его визита.
– Мы захватили летающую крепость. Кроме двух офицеров Воздушной Британской Империи и двух заключённых, весь экипаж погиб. Насколько я понимаю, среди них был и твой брат. Завтра утром, вместе с грузовым авиаботом, ты полетишь в Невский Синдикат, а оттуда с пересадкой в Красную Коммуну. Цель всё та же - дети, но теперь я дам тебе имена и адреса. Список и
– Что? Вот так просто?
– Хазар вновь вздернул рассеченную бровь и в этот раз из засохшей раны потекла кровь. Но он не обратил на это никакого внимания.
– А если я сбегу?
– Тогда за тебя ответит твой брат.
– Не может быть всё так просто, - рейдер с сомнением смотрел в глаза Дима.
– Должен быть ещё какой-то подвох или пункт, прописанный мелким шрифтом.
– Ты прав, на самом деле есть и еще кое-что, - ответил Дим, доставая из разгрузки самодельный децимационный ошейник и что-то, отдаленно напоминающее пистолет.
– ты умеешь колоть татуировки?
***
– Не сдерживайся, Марк. Плачь!
– Кир подтрунивал над другом.
Он уже не раз просил рейдера в оранжевом ошейники дать ему попробовать сделать черточку на теле друга, но Хазар оставался непреклонным. Дим сидел рядом и был лишь молчаливым слушателем. В кармане у него лежал пульт от децимационного ошейника, большой палец был на главной кнопке. Так. На всякий случай.
– Отвали, балабол, - огрызнулся на него Марк.
– Тебе это только предстоит.
– Да я это к тому, дружище, - продолжал балагурить Кир.
– Что Эва даже не пикнула. А её лиса раза в полтора больше чем твой ворон.
– У женщин гораздо ниже болевой порог, - встрял в их перепалку Хазар.
– Не у всех конечно, но многих. Некоторые даже делают татуировки на самой нежной коже.
– Это где?
– нестройно спросили Кир, Ян и Эва.
– Сиськи и ...хм низ живота, - чуть помедлив ответил Хазар, бросив боязливый взгляд на Дима.
Он никак не отреагировал, а вот Эва залилась краской. Парни же многозначительно переглянулись. Причём все, даже Леон, который пытался изобразить мебель, хмыкнул себе под нос.
Ян решил вставить ремарку, наблюдая за работой тату мастера.
– Мне и Леону татуировки делала Старая Нэн - Старейшина Измайловского Яра. У неё не было никакой татуировочной машинки, только пучки игл и краска.
– Покажешь, парень?
– неожиданно проявил интерес Хазар.
Здоровяк без лишних слов потянул с тело широкую льняную рубаху - один из экспортных товаров Третьего Рима. Хазару потребовался всего один взгляд, чтобы оценить работу старейшины деревни язычников.
– Грубая, топорная работа. Хочешь переделать?
– спросил он, вернувшись к работе над вороном Марка.
– Нет!
– слишком громко, почти хором ответили Леон и Ян.
После этого всем стало ясно, что это не просто какое-то украшения тела, а нечто большее. Мастер татуировок настаивать не стал. Хазар просто пожал плечами и продолжил работу.
– Но у меня будет просьба, - немного поколебавшись сказал Леон. Его палец уткнулся в левую грудь, там где находится сердце.
– Вот здесь. Хочу имя "Алёна". Можно?
По небольшой комнате пронесся шепоток.
– Да здоровяк у нас влюбился!
– попытался пошутить над своим первым номером Кир, но свял. Балагуру хватило одного тяжелого взгляда Леона.