Насмешивший Бога
Шрифт:
— Ох! — удивленно выдохнул Дамир.
— Если заметил что-то подобное, развернулся на все сто восемьдесят, и ушёл, ясно? — Саша деловито стаскивала с него рубашку.
— Ясно, — улыбнулся он, нарочно не помогая ей.
— Если уж тебе так приспичило на мне жениться, теперь терпи, потому что я своего мужа делить ни с кем не собираюсь, — она легко теснила его в сторону кровати. — Я этих ваших пафосных штучек не приму.
Дамир решил, что пора брать инициативу в свои руки, развернулся, и когда они упали на кровать, он оказался сверху.
—
Ночи стали холоднее, поэтому, немного остыв, Саша достала одеяло, укрыла их обоих, улеглась под боком у Дамира и пристроила ладонь на его грудь. Он посмотрел на неё блестящими глазами. Саша вдруг заговорила:
— Знаешь, очень вправляют мозги такие ситуации, как вчера. Всё лишнее отступает, сразу становится ясно, что важно, а что второстепенно. Бежала и думала только две мысли: только бы ты был у меня, и какое счастье, что ты меня разыскал.
Дамир взял её руку и поцеловал в ладонь. Он был очень-очень счастлив.
— Что мы встретились снова? — улыбнулся он.
— Да-да, я верила в случайность нашей встречи ровно до того момента, как ты меня познакомил с твоим Самойловым, — улыбнулась Саша.
Дамир от удивления приподнялся на локте. Саша, стрельнув в него насмешливым взглядом, продолжала:
— Он был у нас в салоне весной, проверял вентиляцию. Странное совпадение, правда? И ведь в Сочи меня умудрился заманить, хитрый Дамир Азатович!
Дамир захохотал и упал в подушки.
— А он мне говорил на свадьбе, что ты его узнала, — немного успокоившись, сказал Дамир. — Но ты так затаилась, что я решил, ему показалось.
— А как ты меня нашёл?
— О, это очень долгая и невесёлая история, — погрустнел Дамир.
— А мы никуда не торопимся, — невозмутимо отозвалась Саша. — Кстати, давно хотела спросить, а где твоя легендарная аптечная сеть? Почему о ней ничего не слышно?
— Я её продал ещё в 2011 году, после того, как приехал и не нашёл тебя. Она мне слишком дорого досталась. Продал и накупил акций. Подумал, зачем аптечная сеть, когда существуют фармацевтические производства, — усмехнулся Дамир.
— Ты приезжал через год? — удивилась Саша.
— Да. Я с зимы тебе пытался дозвониться, потом летнюю сессию сдал и приехал, — он сглотнул.
Пожалуй, это было одно из самых тяжёлых воспоминаний для него.
Саша провела ладонью по его волосам, поцеловала в щёку. Ему сразу стало легче.
— Потом я поступил в фармацевтическую академию заочно, приезжал на сессию четыре раза. Искал тебя по всем больницам и поликлиникам. Был в твоём селе.
Саша удивленно посмотрела на него. Снова поцеловала. Сказать, что она была потрясена, — это ничего не сказать.
— Усилия детективов ничего не дали. А когда появился Самойлов, струсил я. Вот этого не прощу себе: Самойлов бы нашёл тебя, а я потерял три года.
— Почему струсил?
— Думал, не может быть, что ты до сих пор не замужем. Не представлял,
Саша подняла голову, подперла подбородок рукой и уставилась на Дамира во все глаза.
…- В общем, я напился, и снова начал искать тебя после долгого перерыва. И тут мысль о том, что ты замужем, помогла мне. Я напал на твой след в какой-то группе мамочек. Там была ссылка на твою группу Вконтакте по детскому массажу…Мне стало всё равно: хоть десять мужей, — отниму, свяжу, увезу, спрячу!
— Погоди-ка, — задумчиво проговорила Саша. — Я ведь тоже смотрела "Миллионер из трущоб"… А ты мне в группу ночью не присылал сообщение?
— Присылал.
— Как там…Иван Иванов?!
— Пётр Петров, — улыбнулся Дамир.
— И ведь ничего не ёкнуло у меня, — грустно сказала Саша.
— А я сразу понял, что это ты. Ну и всё, сразу связался с Самойловым.
Саша взяла его за уши, притянула его лицо к себе, поцеловала.
— Какой ты молодец! Ты всегда был самый умный.
Дамир обнял её, притянул поближе к себе.
— Горе от ума, — усмехнулся он. — Был бы умный, раньше бы нашёл.
— Когда нашёл, тогда и нашёл. Главное, мы ещё молодые оба. Успеем наверстать, — Саша поцеловала его руку.
— Думаешь?
— Уверена.
— Наши дети будут окружены любовью. Из них никогда не вырастет моральных уродов, каким был я на момент нашей встречи.
— Дамир, ты что несёшь! Никогда ты таким не был!
— Был-был. Причём, свалился тебе в руки не только весь разбитый, но и на пике своего юношеского дебилизма, — усмехнулся он, гладя руку Саши.
— Спасибо Лоле за всё, что она вложила сюда, — он указал на свой висок. — Этого у неё не отнять. И спасибо за её странную материнскую любовь, толкнувшую её на то, чтобы выкинуть меня из дома на период восстановления. По сути, это она нас с тобой свела.
— "Свела", как красиво звучит, — улыбнулась Саша.
— И ты за месяц не только меня на ноги поставила, но и вложила вот сюда, — он указал на свою грудь. — Вместо грязного камня человеческое сердце.
— Оно всегда там было, не лги!
Он покачал головой:
— Помнишь, ты мне читала в больнице книгу, там был какой-то мужик, который вырывал у других сердце и вставлял на его место камень?
— Рыцарь Като мужик этот, — Саша удивилась тому, как он хорошо всё помнит.
— Вот-вот. Я был с таким камнем. Кстати, мне и сказок до тебя никто не читал. И вообще ничего не читали. А с тобой я впервые узнал, что оказывается, меня можно любить, даже такого, каким я был, со всех сторон разбитого и с камнем. Как это ни самонадеянно прозвучит, но я знал, я чувствовал, что ты не просто выполняешь свою работу. Чувствовал, что ты любишь меня, и я для тебя — самый главный. Вот так, внезапно.