Наследство старого вора

Седов Б. К.

–  Эй, шеф, - обратился Дамбер к русскому копу, у которого на плечах было четыре звездочки, - это тот самый парень, который подставил нас!

Четырехзвездочный русский коп покосился на Дамбера и коротко бросил ему несколько непонятных слов. Однако смысл их был вполне понятен из интонации, и до Дамбера дошло, что ему предлагают заткнуться, а то будет хуже.

–  Он не понимает, - сказал Грин.

–  Конечно, не понимает, - Дамбер повернулся к интеллигентному бродяге, - простите, сэр, не могли бы вы перевести этому

засранцу то, что я только что сказал?

Бродяга кивнул и, откашлявшись, поставленным лекторским голосом произнес длинную фразу. Начальник выслушал его с брезгливым лицом, потом внимательно посмотрел на американцев и о чем-то спросил. Опустившийся лингвист ответил, кивая головой, и тогда начальник, повернувшись к длинноволосому наркодилеру, недобро прищурился и заговорил.

В его хриплом голосе Дамбер с Грином услышали давно знакомые и родные полицейские интонации. Говорил он долго, кивая на несчастных американцев, и внимательно слушавший его бродяга произнес вполголоса:

–  Про международный скандал говорит. Мол, в свете развивающихся отношений между Россией и США его действия будут расценены как грубая провокация, и помешают… В общем, серьезно помешают. Ага… Обещает ему международный трибунал и двадцать лет тюрьмы.

Дамбер взглянул на парня и увидел, что тот, побледнев, прижал руки к груди и заговорил быстро и сбивчиво.

–  Сломался, - констатировал Грин.

–  Ага, - кивнул Дамбер, - сейчас расколется. Начальник, привстав, подался в сторону длинноволосого и угрожающе произнес несколько слов. Длинноволосый кивнул и повесил голову на грудь. Потом он с ненавистью взглянул на Грина и, кивнув еще раз, неохотно сказал короткое слово.

Русский коп удовлетворенно откинулся на спинку стула и сказал что-то одному из подчиненных. Тот взял со стола связку ключей и, гремя железом, отпер обезьянник.

–  Выходите, - сказал он американцам, и они поняли его без всякого переводчика.

Бродяга привстал и, жалобно глядя на начальника, спросил о чем-то. Начальник засмеялся и кивнул. Потом встал и, равнодушно глядя на Грина и Дамбера, произнес несколько фраз служебным тоном.

Ободренный переводчик, выслушав его, бойко произнес:

–  Офицер приносит свои извинения за произошедшее недоразумение. Он ссылается на обострившуюся нарко… наркологическую обстановку в России и надеется, что инцидент можно считать исчерпанным.

–  Конечно, можно!
– радостно согласился Дамбер.

Грин, которому все еще мерещились сибирские снега и березовые ботинки, с готовностью закивал.

–  И меня с вами отпускает, - добавил бродяга, - вам, говорит, переводчик нужен, так что можете забирать.

Выйдя из вонючей кутузки, Грин и Дамбер переглянулись и, посмотрев на стоявшего в позе ожидания бродягу, Дамбер пошарил по карманам, а затем сказал Грину:

–  Дай ему денег, а то у меня нету.

Грин тоже проверил свои карманы, обнаружил

несколько купюр, выбрал из них тысячную и, протянув ее бродяге, спасшему их, спросил:

–  Этого хватит?

Бродяга с достоинством принял деньги и сказал:

–  Вполне. Благодарю вас. Так вам нужен переводчик?

Дамбер критически осмотрел его и, отрицательно покачав головой, ответил:

–  Только для того, чтобы сказать адрес гостиницы таксисту.

Он поднял руку, и тут же рядом с ними резко затормозил автомобиль без всяких опознавательных знаков.

–  Это такси?
– удивился Грин.

–  В России все автомобили - такси, - ответил бродяга, - какая у вас гостиница?

–  «Астория», - ответил Дамбер.

Бродяга нагнулся к открывшейся двери машины и заговорил с водителем. Тот посмотрел на американцев, сказал что-то и кивнул.

–  Можете садиться, - бродяга выпрямился, - дайте ему пятьсот рублей.

–  Благодарю вас, - сказал Дамбер и залез на заднее сиденье.

Грин устроился рядом с ним, и водитель, подмигнув ему в зеркало, сказал:

–  Америка - Россия! Френдшип!

–  Ага, френдшип, - ответил Грин и понизил голос, - ну так что будем делать?

–  Как что? Переходим к плану «Б».

–  Понятно, - кивнул Грин, - но сначала - душ.

–  Обязательно, - с жаром ответил Дамбер и понюхал свою футболку, - от меня воняет, как от этого переводчика.

* * *

Квартира, в которую Гвоздь привез Лину, находилась на углу Бассейной и Варшавской. Остановив машину около подъезда, Гвоздь заглушил двигатель и нетерпеливо посмотрел на Лину.

–  Ну что, Валюха, приехали, - радостно сказал он, - пошли.

Лина кивнула и, чувствуя, что тонкий лед под ее ногами становится совсем тонким и прозрачным, вышла из машины. Входя в подъезд, она слышала за спиной возбужденное сопение Гвоздя и ломала голову над тем, как будет выходить из положения.

Кое- что она уже придумала, но если ее план не удастся, то Гвоздь наверняка получит то, что Лина пообещала ему. Пусть силой, но получит. И, к сожалению, будет прав, потому что Лина продемонстрировала ему свое согласие самым недвусмысленным способом.

Остановившись на площадке первого этажа, Гвоздь достал ключи и стал отпирать дверь, приговаривая:

–  Мы люди простые, мы на первом этаже живем… Зато лифт не нужен. Я однажды застрял в лифте, так пришлось два часа просидеть. Ну я потом лифтеру-то жопу разорвал. За то, что он так долго булками шевелил…

В прихожей было темно, и после яркого солнечного света Лина почти ничего не видела. За ее спиной Гвоздь лязгал ключом, запирая дверь. Это было неприятной новостью. Оказывается здесь, как и в той квартире, где Лина сидела в плену у бандитов, дверь не захлопывалась, а запиралась изнутри на ключ. Стало быть - ее просто так не откроешь.