Наследство из преисподней
Шрифт:
Она потрогала шею и болезненно поморщилась.
– Ну-ка, что там у тебя. Дай посмотрю.
Она безропотно подчинилась, и я увидел небольшой синяк с левой стороны шеи, почти за ухом. Понятно.
Бил профессионал, ребром ладони. Такой удар может вырубить человека надолго, если не навсегда. Все зависит от его силы и точки приложения.
– Он что, ударил сразу? – спросил я с сомнением.
– Ага. Я потеряла сознание… мне так кажется. Я была как в тумане.
– Ну, а что было потом?
– Потом? Я почти ничего
Она подняла на меня взгляд и, наверное, что-то прочитала в моих глазах.
– Нет, нет, он ничего такого мне не сделал! – по-своему истолковала мой немой вопрос Илона. – Честно.
– Откуда ты знаешь? Ведь ты была без памяти.
– Ты не женщина, тебе этого не понять, – отрезала Илона. – Откуда знаешь, откуда знаешь…
– Все, все, вопрос с повестки дня снимается. В холодильнике есть лед?
– Кажется, есть.
Я быстро соорудил ей холодный компресс на шею. Она была трогательно податлива и терпелива.
Неужели мне удалось проникнуть через ее холостяцкую кожуру? "А если это любовь?" – вспомнил я название какого-то очень старого фильма.
Чур меня! Не нужно путать любовную интрижку с настоящим чувством. И уж тем более я не мог представить рядом с собой Илону.
Я не сомневался, что если она узнает об измене мужа, то хладнокровно зарежет его, как цыпленка. При этом мне вспомнился инцидент в ресторане, когда она без малейшего колебания огрела буяна по голове бутылкой. Могла ведь и убить.
Интересно, чего это она такая тихая сейчас? Ну прямо лапушка. Может, и правду говорят, что женщине время от времени нужна трепка? Тогда она ненадолго превращается в кроткое и слабое создание, – как это и задумал Творец – которое хочется лелеять и любить.
Пока я все это думал, мои глаза осмотрели номер. Похоже, его обыскивали. Притом, особо не церемонясь.
Везде валялись разбросанные вещи, чемодан был открыт, явив миру целую коллекцию нижнего женского белья, а тумбочка лежала на боку.
– Посмотри, не пропало ли у тебя что-нибудь, – предложил я Илоне.
– У меня нет ничего особо ценного. Подай, пожалуйста, мою сумочку. В ней деньги и паспорт.
Документы оказались на месте, чего нельзя было сказать о деньгах. Они испарились. Илона с потерянным видом вертела сумочку в руках, а я делал вид, что ищу содержимое ее кошелька – заглядывал во все укромные уголки и даже под кровать.
– Что мне теперь делать? – жалобно простонала Илона.
– Надо выпить, – сказал я решительно.
Это было самое разумное предложение в данной ситуации.
Мы выпили. Илона даже не стала закусывать, хотя у нас был лимон, порезанный на дольки. Она была такая несчастная, что мое сердце дрогнуло, и во мне проснулся джентльмен. Давно не видались… черт бы тебя побрал, подумал я о нем мельком, но сказал то, что он нашептывал мне на ухо:
– Насчет денег не волнуйся. Все твои расходы я
– Да? – оживилась она.
"Нет!!! – испуганно завопил где-то внутри меня рубаха-парень Стив Войцеховский. – Ты что, с ума сошел!?
Женщине пустить мужика по миру – раз плюнуть".
Но Илоне ответил джентльмен и душка, писатель Стив Лукин:
– Конечно. Держись, лапуля, я с тобой.
Моя последняя фраза была немного напыщенной, и в тоже время жутко попахивала нафталином. Вот идиот, подумал я беспомощно. Снова, дружочек, ты вляпался со своей дурацкой простотой, которая хуже воровства.
– Помоги мне встать, – попросила меня Илона.
Я помог. И даже проводил ее к двери туалетной комнаты. Дальше меня не пустили. Спустя какое-то время Илона появилась умытая и немного посвежевшая. Но на ногах она держалась слабо.
– Я полежу… – сказала она. – Извини, мне не совсем хорошо…
– Может, врача вызвать?
– Еще чего! К завтрашнему утру я оклемаюсь.
– Тебе принести поесть?
– Не надо. Я хочу спать. Ты иди…
– А если тебе вдруг станет плохо?
– Не станет. Я уверена. Это нервы. До меня только сейчас дошло, что могло со мной случиться, если бы не ты… – Она вздрогнула. – Стив, я тебе так благодарна…
Губы Илоны раскрылись, как два алых бутона, и я не сдержался – нагнулся и поцеловал ее. А затем, чтобы не усугублять ситуацию, вымелся из номера, будто за мной гнались.
Поужинав в буфете, – в ресторан идти перехотелось – я возвратился в свой номер и позвонил Галюне, наконец, вспомнив слова ее подчиненной.
– Привет! – сказал я в трубку. – Чем занимаешься?
– Стив! – возопила на другом конце провода Галюня. – Где тебя носит!?
– А в чем дело?
– Я тебя обыскалась.
– Зачем? Чтобы пожелать мне приятных сновидений?
– Перестань шутить! Сегодня снова приходил человек из "конторы". Признайся, что ты натворил?
– Пока ничего. Но все возможно. А гэбисты должны быть начеку. Это у них называется профилактика. И кстати, хватит об этом распространяться по телефону. А то мы тут с тобой болтаем, а дяденька в сером костюмчике где-нибудь сидит и пишет наш разговор на магнитофонную ленту. Так сказать, для истории.
Тебе понятно?
– П-понятно…
Бедная Галюня! На фиг ей такой "подарочек" в лице Стива Войцеховского – старого друга и одноклассника, а ныне постояльца гостиницы? Надо как-то ограничить с нею контакты, иначе и ее могут начать теребить.
– В общем, Галюня, спи спокойно. Завтра встретимся и поговорим.
Все, отбой. Только теперь я почувствовал, что смертельно устал. Запасы адреналина исчерпались, и я ощутил себя старой развалиной. Вдруг разболелась раненная нога, затем начало стучать в виски и зашумело в голове, а потом на плечи будто упал груз весом с полтонны.