Наследники

Романович Роман

Или целых два противника, если присмотреться?

Выглядели они одновременно и похоже друг на друга, и сильно отличаясь.

Оба болезненные. Оба худые. От обоих веяло чем-то опасным.

Дальше начинались отличия.

Тот, что слева от нас, выглядел сильно побитым жизнью. Но это впечатление обманчиво. Побитость, она ведь возможна до определенного предела. После которого начинается что-то ненормальное.

Если представить разбойника, который не раз выходил на дорогу, чтобы пограбить, не гнушался резать всех подряд и сам не раз

получал раны — это и будет предел побитости. Грязный загар человека, который много времени под солнцем проводит. Круги под глазами от тяжелых жизненных условий. С десяток шрамов... Это я всё ещё про разбойника.

Этот же тип... Да почти всё его тело шрамы покрывали. Разве что лицо чистым оставалось. Как будто голову приделали от другого тела.

Сейчас я куда лучше понимаю, как устроен организм человека. Те знания, что получил от Яспера, наложились на развитое восприятие и мастерство движения. По походке, жестам, мимике я наловчился и диагнозы ставить. Да и просто по лицу сразу многое о человеке понятно.

У этого типа на лице была «маска легкого безумия», которая в любой момент могла перерасти «в безумие большое». Когда встречаешь такого человека, сразу понимаешь, у него руки по локоть в крови. Лучше держаться подальше.

Нестабильная психика, склонность к насилию — такие выводы я сделал. Назвав его про себя Мясником.

Второй был другим. Выглядел интеллигентно. Взгляд умный. Чем-то он студента напоминал. Одежда простая, походная, на боку сумка. Волосы черные, взъерошенные, короткие. А у первого седые, до плеч, свисают как попало.

При этом мужчина выглядел слишком бледным, будто редко бывает на солнце. Недостаток витаминов, хорошего питания и физической активности — такой бы я диагноз поставил, если бы речь шла о горожанине.

— Эй, Хич, — сказал Мясник. — Это те самые ублюдки? Скрываются что надо. Почти и не видно, — осмотрел он нас с интересом.

Приблизительно как свинью, которую собираются разделать. При этом закинув руки за голову и чуть распрямившись. Отчего его куртка разошлась, показывая голый живот, покрытый шрамами.

— Мне послышалось, или этот придурок нас ублюдками назвал? — тихо спросила Кая.

Так, что эта парочка нас услышала. Прочувствовав всю ту гамму чувств, которую вложила Кая — презрение, недоумение и сомнение в их умственных способностях.

— Я не с ним, — словно извинился второй. — А ты отвали, падаль!

— Какие мы нежные! — рассмеялся Мясник. — У нас общее дело, так почему бы не поработать вместе, хороший мальчик?

Реальный конфликт между ними или обман, игра на публику?

Тот, кого назвали хорошим мальчиком, что прозвучало в устах мясника как жуткое оскорбление, сделал пару шагов в сторону, всем видом показывая, что этого придурка знать не хочет.

— Куда это ты собрался? — Мясник подбежал и обнял за плечи «хорошего мальчика».

Отчего тот отчётливо напрягся и, до того как последовал ответ, Мясник успел отпрыгнуть.

— Какие все нежные! —

выдал этот псих. — Но где мои манеры?! Я привык представляться, перед тем как убиваю! Меня зовут Красный Барон. Вы двое можете называть меня Господин Красный Барон! А ты, сисястая цыпа, если не в состоянии запомнить, можешь сократить до... хозяин!

— Кхм... — прокашлялся Хич. — Меня послали вас убить, но я готов отойти в сторону и не мешать, пока вы разбираетесь с этим... этим... — было видно, что он хочет подобрать подходящее слово, но ничего приличного ему на ум не пришло. — С этим, — закончил он мысль.

— Вот как! Вот как! — запрыгал придурок. — Друга своего кидаешь!

— Мы не друзья, — устало проговорил Хич.

Пока они там спорили, Кая закипала. Я слишком хорошо знал свою подругу, чтобы пропустить, насколько её взбесили. Не так, чтобы она контроль потеряла. Но так, чтобы воспылала желанием прикончить идиота.

Сам я смотрел на происходящее с безразличием. Какой смысл злиться на мертвеца?

Лучше о другом подумаю. Эти двое явно знакомы. В смысле, не пять минут назад познакомились, встретившись по этому заданию, а до этого пересекались. Значит, не такая уж малая вероятность, что перед нами разыгрывают сцену. Один показушно отходит в сторону, а потом наносит внезапный удар в спину.

На первый взгляд, схема, рассчитанная на дурака, но... В бою против Мясника нам придётся постоянно держать второго во внимании. Уверен, удар будет нанесен в тот момент, когда отвлечемся.

Если же никакого обмана нет, то, получается, этот Хич очень уверен в себе. Мог он не знать, что мы уже разобрались с некоторыми охотниками? Мог. Но как тогда нашёл? Скорее я поставлю на то, что он в курсе наших возможностей и они его не пугают. Самоуверенный болван, или за нами, наконец, послали настоящую элиту?

Знать бы ещё, где Сарко. Он мог как смиренно дожидаться, так и свалить по своим делам. Ну, или быть убитым этими двумя, во что я не верю.

Пока парочка спорила, мне хватило времени обдумать ситуацию и разогнать процессы внутри себя. Словно почувствовав, что мы готовы, Мясник перестал доставать Хича и направился к нам.

— А если серьезно, детишки, — бросил он нам. — То тебе, здоровяк, просили передать привет.

— От кого же?

— От кровавого лорда Чидху, — с пафосом произнес... язык не повернулся его бароном назвать. Поэтому будет придурком.

— Это кто? — не понял я.

— Э-э, — протянул придурок. — Я что-то не понял, — он снова закинул руки за голову и откинулся назад, взглянув на меня удивленно. — Ты что, не запомнил великого лорда?

— Не знаю никаких великих лордов. Что это за хрен?

— Да ты, да ты! — опешил Мясник. — Никакого уважения! Ну же, вспоминай! Кровавый лорд! Ты прибил наших ребяток возле ветряных башен! Отказался от силы лорда!

— Ах, вот оно что... — припомнил я тот случай.

— Вспомнил? — обрадовался мясник-придурок. — Так трепещи же!