Наследники
Шрифт:
К своему облегчению, Гарри заметил, что лицо Джес чуть порозовело. Кожа ее руки под его ладонью была чуть теплой, но все-таки не такой ледяной, как была ранее.
Гарри посмотрел в окно — на улице начало темнеть, скоро вернется дядя Вернон, а это значит, что ему не поздоровится за разгром, учиненный в гостиной. Гарри поднялся на ноги и, подняв Джес на руки, шепнул пару заклятий. Кровь исчезла с ковра и стола, вещи, валяющиеся на полу, прыгнули на свои законные места. Тетя Петунья ойкнула и упала в кресло. Гарри же пошел в свою комнату, а коробка, оставленная Лили полетела за ним по воздуху.
Глава 3. Война началась
Зелье
Гарри в очередной раз потушил волшебный огонек под котлом, взял одну из пустых бутылочек, стоящих на полу рядом с ним, и налил в нее зелье для снов без сновидений. Закрывая бутылку крышкой, он в сотый раз спросил себя, почему Джес оказалась в доме Дурслей, да еще и со стелой в боку. Еще чуть выше и она была бы мертва…
Гарри посмотрел на Джес. Она лежала на его кровати такая бледная, вся в крови в изодранной мантии — эта картина так не подходила к бежевым обоям и тихой обстановке этого дома… Гарри поставил зелье на столик и, обмакнув кусок какой-то белой ткани в теплую воду начал промывать царапины на ее лице. У нее был глубокий порез на щеке и не большой синяк окало виска. Ее волосы были разбросаны по подушке, ладони собраны в кулаки, веки сжаты, будто она не хотела на что-то смотреть. Гарри отложил тряпку — он был в депрессии. Сначала его замуровывают здесь, потом ничего не рассказывают, а потом в его доме появляется Джессика…
Гарри посмотрел на часы — пора было менять ей повязку. Он встал и уже взял банку с заживляющим зельем, как вдруг Джес медленно открыла глаза.
— О нет, — вдруг сказала она очень усталым и убитым голосом. Гарри поставил банку обратно, не отрываясь от ее лица — она снова закрыла глаза, глубоко вздохнув. По ее щекам заструились слезы. Гарри в замешательстве подошел к ней и сел на краешек кровати, взяв ее ладонь в свои руки.
— Джесси? — позвал он.
Ее глаза снова открылись.
— О, — вздохнула она, — Гарри.
— Что случилось? — Гарри придвинулся ближе, не отпуская ее руки. Он чувствовал, что произошло что-то ужасное.
— Все кончено, — тихо ответила Джес, отводя взгляд. Сердце Гарри упало.
— Ч-что? — запинаясь спросил он, — Кто-то умер? Вола-де-Морт восстал? Дамблдор мертв?
— Он даже не пришел помочь нам! — горько воскликнула Джессика, ударив свободным кулаком по кровати, — он не помог, хотя так был нам нужен!
— Джесси, что случилось? — повторил Гарри, — я ничего не понимаю…
— Мы… — Джессика глубоко вздохнула, — я была в центре. Глейм передал мне о том, что в живом мире, что-то все обеспокоились, и тут прибежал папа, сказал, что пришло известие, что Азкабан — пуст… — Джессика прервалась и посмотрела в глаза Гарри, — мы ничего не успели предпринять!.. они пришли так быстро! И не только они… дементоры напали на министерство… пожиратели смерти напали на мракоборский центр… я не знаю, как они избежали давления дементоров, но они были
Она судорожно вздохнула, и Гарри сильнее сжал ее руку.
— Они нападали, а нас было слишком мало — многие пожиратели были в разведке на местах, где мог быть Темный Лорд… мы отбивались, здание было взято. Уцелевшие вырвались на улицу. Это было ужасно. Мы были в цепи из деметоров, пожирателей смерти… кругом были погибшие мракоборцы и работники министерства… я бежала куда-то с Оливером… споткнулась обо что-то… это была моя мама, Гарри! — Джессика задохнулась воздухом, выкрикивая эти слава, слезы сильнее заструились по ее щекам, — она лежала там, среди мертвых людей и сжимала палочку… они убили ее… а… а потом, когда ода здания рухнули, пришел приказ отступать… я помню что рядом бежали мои ребята… а потом мы попали в тупик — на соседней лице было подкрепление пожирателей… мы побежали назад — там тоже самое… их были миллионы — тысячи… на моих глазах умерли десятки знакомых мне людей, людей с которыми я разговаривала… я не могла транссгрессировать — там были мои люди, я не могла их бросить… а потом я увидела… я увидела, что Хлоя упала — ей подстрелили ногу, к ней бросился Оливер… и потом вспышка зеленого света — Оливер и Хлоя упали — я думал они мертвы, но они зашевелились их кто-то оттолкнул… я побежала к ним… там лежал мой папа… рядом с ним были мистер Джордан и еще секретарша Фаджа… я испугалась… потом боль где-то в животе… я транстгрессировала сюда — я бросила их — я бросила Оливера, Хлою, Райнан и других… я бросила их… может они уже мертвы…
Джессика замолчала. Ее тело трясло от рыданий и боли. Гарри чувствовал, как внутри все разрывается… столько людей погибло…
Он притянул ее к себе и обнял. Она тряслась от рыданий в его руках, а он не знал, что делать. Это было похоже на медленную пытку. Ей было плохо, она плакала, а он ничего не мог с этим сделать. Гарри положил голову на ее макушку и посильнее прижал к себе.
— Не надо плакать, — зашептал он, — ты поступила правильно, ты могла погибнуть… а другие… другие они спасутся… они смогут спастись… не надо плакать, все будет хорошо…
— Хорошо уже никогда не будет, — прошептала она ему в плечо, — они умерли… я теперь одна… совсем одна…
— Ну что ты, ты не одна… не одна. У тебя есть я. И Рон, и Гермиона… мы всегда будем с тобой.
Джес не ответила. Гарри приподнял голову.
— Джессика?
Снова без ответа. Гарри чуть отпрянул от нее, чтобы посмотреть ей в лицо и улыбнулся — она крепко спала.
Гарри аккуратно положил ее обратно на кровать, бережно укрыв одеялом. Он с минуту смотрел на ее бледное лицо, а потом уселся на пол, облокотившись спиной на кровать, и уснул, чувствуя как Джессика, обернувшаяся во сне на бок, мерно дышит ему в затылок.
Глава 4. До сентября с Джес
Гарри проснулся из-за возни рядом с собой. Он открыл глаза и, потирая их ладонями, оглянулся на кровать. Там сидела Джессика, безуспешно пытаясь забинтовать свою рану, вздрагивая от боли, каждый раз, когда неудачно касалась больных мест. Гарри усмехнулся и остановил ее руки.
— Стоп, стоп, — воскликнул он, — ты же знаешь, что у тебя это не получится, — Гарри взял концы бинтов из ее рук, — давай я.
Джессика согласилась, но Гарри показалось, что это было связано с тем, что ей на все наплевать. Пока он перевязывал ее рану, она сидела, смотря в одну точку, а когда он закончил, даже не изменилась в лице.