Наследники предтеч. Выживание

Непейвода Софья Николаевна

Немного вытянутый вперёд лицевой отдел головы вкупе с гривой, сложением и манерой двигаться создавал полное впечатление нечеловека. Да что там, даже орангутанги и шимпанзе больше похожи на людей, чем мы. Единственное, что хоть как-то утешает, так это то, что у меня челюсти вперёд не вытянуты, в чём я убедилась, ощупав лицо, хвоста нет, и на голове всё-таки не грива, а волосы. Но остальное: стать, походка, руки и ноги… Да, мы не люди. Совсем не люди. Но, тем не менее, по моим ощущениям, для мужчины внешний вид пришельца являлся вполне естественным и даже весьма симпатичным. Странно другое. Оказалось, что самец моего вида в сексуальном плане кажется мне

менее привлекательным, чем тролли, хотя, как я сегодня убедилась, и они стали почти безразличны. Может, мой вид размножается циклически, и теперь сезон размножения подошёл к концу?

Заметив приближение мужчины, один из троллей поднялся с земли и пошёл навстречу. Вот они замерли, глядя друг на друга, что невольно напомнило аналогичную сцену с Детом. Но здесь всё окончилось иначе, чем я ожидала. Тролль что-то радостно буркнул, и мужчины дружески обнялись, после чего вместе вернулись к костру.

— Привет, — обратился пришелец к Тёмной. Его низкий голос по тону напомнил мне звуки, издаваемые паукообразными обезьянами. Наверное, если он захочет, то сможет издать наводящий ужас рык ничуть не хуже их. — И тебе привет, — добродушно кивнул он мне, оскалив клыки в дружелюбной улыбке. Моё сознание как будто раздвоилась: «я-прошлая» находила его выражение лица очень страшным и агрессивным, «я-нынешняя» не видела ничего, кроме миролюбивого приветствия, но уже через мгновение ощущения «я-нынешней» победили.

— Здравствуй.

— Оборотень. Пантера, — не мудрствуя лукаво, представила нас друг другу Тёмная.

— Рад познакомиться, — мельком оглядев меня и, судя по всему, тоже не найдя ничего особо привлекательного, мужчина кивнул своим мыслям. — Ну как, удалось достать? — обратился он к Тёмной.

— Да. А тебе?

Оборотень с готовностью кивнул и протянул девушке небольшой мешочек, взамен которого получил почти такой же. Заметив, что я с интересом наблюдаю за сделкой, Тёмная пояснила:

— Он мне соль принёс из старых запасов молчаливых, некоторые её с собой взяли. А я ему — струнную пилу.

Насколько я поняла, молчаливыми она назвала троллей. Странно, насколько мне известно, тролли до вещей очень жадные и просто так ничего не отдадут.

— А на что у трол… молчаливых выменяли, если не секрет?

— Ни на что, — Тёмная пожала плечами, и, явно не желая продолжать этот разговор, перевела тему, спросив пришельца. — Есть будешь?

— Угу, — подтвердил он, поудобнее устраиваясь на мхе и приступая к угощению. — У меня плохие новости.

Темнокожая выжидательно посмотрела на мужчину, но тот только помотал головой, жестами показывая, что сначала ужин. Оборотень ел медленно, тщательно прожёвывая каждый кусочек. Ожидая окончания приёма пищи, я легла на спину, заложив руки за голову и посмотрела вверх, на спокойную листву, прислушиваясь к животным звукам и дождевой капели. Странно, но я совсем не испытывала дискомфорта от нынешних соседей, исключая, пожалуй, Тёмную, хотя общаемся мы совсем недолго. Мне гораздо больше времени понадобилось чтобы привыкнуть к обществу нормальных людей, чем к компании троллей и монстра, являющегося моим сородичем. Хотя, по правде говоря, я всё равно до сих пор немного опасаюсь переродившихся больных, но это чувство скорее навязано разумом, чем подсознательными ощущениями. Тем более, что последние события пошатнули мою уверенность в однозначной агрессивности троллей. Даже по отношению к людям. Дет, Тёмная, да и некоторые другие не высказывали никакого страха перед больными, хотя неоднократно встречались с ними. Не

всё так просто. Должна быть причина, по которой воюют наши виды.

Вспомнив слова Сергея, я повернула голову и внимательно изучила имущество Оборотня. Нож, топор, фляга, в сумке, несомненно, тоже что-то найдется, но, за исключением кольца-определителя, ни одного признака высоких технологий. Значит, можно предположить, что здесь и моим сородичам сложную технику не давали. Странно.

— В цитадели пополнение. Как минимум, ещё столько же, но, насколько я смог разглядеть, даже больше, — закончив ужин, хмуро посвятил нас мужчина.

— Только наши дела стали налаживаться! — вскочив, с досадой воскликнула Тёмная. — Опасны?

— Более чем. Если они решат вместе устраивать массовую зачистку, то при таком количестве могут представлять реальную угрозу, — кивнул он.

— Они не будут устраивать зачистку, — помотала головой я.

— Почему? — обернулись ко мне собеседники.

— Скорее всего, приплывшие уже через пару дней отправятся дальше. Может, даже кого-нибудь из цитадели с собой сманят, из тех, кто не хочет воевать.

— Как же, отправятся! У нас же тут «горы сокровищ», к тому же мы «выродки рода человеческого» и вообще «нелюди», — со злой насмешкой в голосе фыркнул Оборотень.

— Вовсе нет! — раздражённо возразила я. — Я с ними приплыла и знаю, что всё не так! Ну, по крайней мере, не всё так! Они потому и сплавляются, что не хотят воевать с троллями, то есть молчаливыми, — пояснила я, кивнув на внимательно прислушивающуюся к нашему разговору компанию троллей. — И остановились здесь в первую очередь затем, чтобы забрать тех, кто устал от войны и хочет просто мирно жить! Да, с троллями у них нелады, но даже с ними они не хотят сражаться! А их лидер вообще сказал мне, если встречу кого-то тоже не желающего продолжать это безумие, предложить присоединиться! Так что наши уплывут, а эти уроды, на весь лес провонявшие, пусть хоть умирают!

Они молча выслушали мою пламенную речь, после чего задумчиво переглянулись.

— Значит, ты приплыла с ними? — тихо спросил Оборотень.

— Ну да, — теперь, выплеснув свои эмоции, я засомневалась, а правильно ли сделала. Может, не стоило говорить так категорично? — И они точно собираются уплыть, примерно, послезавтра.

— Да, дела… — гривастый встал и задумчиво прошёлся туда-сюда. — Если хотя бы половина того, что ты сказала, правда, то пришельцы действительно не представляют угрозы, — проходя мимо того места, где я сидела, мужчина внезапно совершил резкий бросок и, крепко схватив меня за руки, заломил их за спину. Я задёргалась, но быстро поняла, что из лап этой махины так просто не вырваться. На мгновение возник соблазн воспользоваться либо флигравом, либо зажигалкой, встроенной в кольцо, чтобы шокировать и за это время сбежать, но я тут же одёрнула себя. Тем более, что, несмотря на крепкую хватку, Оборотень не причинял мне особой боли.

— Давай верёвку, — обратился он к негритянке. — А ты не бойся. Если то, что ты рассказала, правда, мы отпустим тебя, как только пришельцы уплывут. Но если нет, очень не хотелось бы, чтобы кто-нибудь рассказал им о нас.

— А я бы и не рассказала, очень надо! — недовольно проворчала я, укоряя себя за потерю осторожности. Ну, что мне стоило промолчать?!

— Не думаю, что ты хочешь нам зла, — кивнула Тёмная. — Но тебя могли обмануть. Сколько ты с ними?

— Две недели, — я дёрнулась, когда Оборотень забрал мой нож и крепко сжала руку в кулак, когда попытался снять кольцо.