Шрифт:
Наследник
Эта повесть о том, как в России может сбыться американская мечта и простой слесарь в одночасье может стать миллионером. О том, что могут денььги. О том, как благодаря деньгам обманщик может прослыть меценатом, а честный человек объявлен мошенником О том как белое становится чёрным, а подлинная подпись превращается в поддельную. И ещё много, много интересного...
АВТОР.
Ч асть
Однажды в семье Николая Фомича и Зои Федотовны произошло событие, которое самым решительным образом изменило их жизнь.
Зою Федотовну положили в больницу. Немного поправившись она принялась ходить по больничным коридорам и вдруг однажды услышала, как медицинская сестра несколько раз назвала её фамилию.
Зоя Федотовна решила, что вызывают её, но зайдя в медицинский кабинет увидела, что у врача сидит другой пациент. Самое примечательное, что его фамилия была как у неё...- Ровдель.
Когда старушка выяснила этот факт, то не утерпела и зашла в палату к своему однофамильцу.
Фамилия Ровдель встречалась довольно таки редко и Зоя Федотовна даже подозревала у своего мужа еврейские корни А иначе, откуда же взяться в сибирской деревне такой необычной фамилии. Кроме того, её муж был не чета деревенским мужикам- Ивановым, Петровым и Самсоновым, которые ничего в жизни не умели кроме как работать, пить и бить.
А её муж был не такой- умный, трезвый, к тому же партейный.
– Нет! Раз умный, да член партии, тогда точно, из евреев.-Рассуждая таким образом старушка захватив с собой гостинец, побрела в соседнюю палату.
Её однофамилец оказался крепким молодым человеком с весьма заурядной, можно даже сказать простой внешностью, не отягощённой посторонними мыслями. О его профессии можно было даже не спрашивать, сразу было видно, что она была связана с интеллектуальным трудом.
В ходе дальнейшего разговора так и оказалось. Молодой человек, звали его Олег, действительно происходил из сельской местности.
Его родное село называлось Шартоково и было знаменито тем, что до установления Советской власти было сплошь неграмотным.
Когда Зоя Федотовна вошла в палату, Олег обедал. Не обращая внимания на вошедшую старушку он сел на кровать. Поставил перед собой тарелку с макаронами.
В левую руку взял хлеб, а в правую ложку и стал есть макароны ложкой, захлебываясь от жадности и откусывая огромные куски хлеба.
Зоя Федотовна, присела на краешек кровати, жалостливо вздохнула:
– И-ииих, милый. Видать наголодался ты сердешный! Может быть котлеток хочешь? Паровых.
– У меня есть. Домработница принесла. А я их не ем.
Молодой человек, промычал что-то себе под нос и махнул рукой. Дескать «неси, старая».
Пока молодой трапезничал, любознательная Зоя Федотовна всё выспрашивала, кто он, откуда и и не было ли у него в роду евреев.
Оказалось, что родители её нового знакомого и он сам живут в посёлке Лунёво Новосимбирской области.
В Лунёво при советской власти было два лечебно- технических профилактория для алкашей, в народе называемых ЛТП.
После излечения многие из них оставались жить в этом же посёлке, заводили семьи, потом снова начинали пить и попадали опять в ЛТП. И так до бесконечности, пока не умирали. В общем, самый что ни на есть круговорот в природе, о котором писали и говорили советские и западные учёные.
Поев, Олег, подобрел. Рассказал, что работает слесарем-ремонтником ОАО “Новосибирский электродный завод”. В деревне у него есть две машины- газ-69, в народе называемый «Бобик» и ещё легковая машина «москвич».
Что он первый парень на деревне и то что, почти полгода жил в Москве.
А бабушка всё спрашивала и спрашивала, пока не поняла, что перед ней сидит внук брата её мужа, Константина, которого в 1937 году расстреляли вместе с отцом.
Вернувшись из больницы, она рассказала мужу о находке.
Николай Фомич был как всегда суров.
– Какого ещё родственника?
– Хмурил он свои густые брови- Вечно ты в дом то кошку бездомную, то собачку безродную тащишь! Мало нам твоей родни дармоедов, вечно клянчат. То им денег не хватает! То квартира нужна! То дачу просят! А сами работать не хотят. Твой племянничек Борька Еремов вон всё пьянствует, а наш Серёжа вкалывает как проклятый! Бам строит! Деньги зарабатывает. Нет! Я всё сказал.
– Коля, но жалко же Олега, такой он хороший и несчастный.
Через несколько дней Олег сам пришёл в гости к новым или старым родственникам. Он чувствовал себя неловко среди роскоши квартиры пенсионера союзного значения. На его валенках таял прилипший снег. На паркете образовались неровные лужи.
– - Ну а учился ты где? Какой институт закончил?
Строго вопрошал Николай Фомич.
– - Да я, так....- Робел новоявленный родственник...- школу в деревне. Потом в армии служил.
Николай Фомич обрадовался
– - В армии говоришь, служил. Это хорошо, понимаешь... Школа жизни. Я вот помню был старшиной на фронте, как скомандую:
– -Ложись!
– - Отставить!
– -Ложись!
– Отставить! И так всю ночь командую. Учил молодёжь воевать. Понимаешь...
Николай Фомич загрустил погрузившись в воспоминания. На фронте он не был, не доехал. С 1943 года до самой победы кантовался в запасном полку. Сначала старшиной, потом курсы офицерские закончил. Вспомнил он старшего сержанта Зинаиду Фролову, служившую на складе, где он получал портянки и гимнастёрки на личный состав.