Наследник
Шрифт:
— Сколько воинов в дружине Отакара Кронос? — кажется, я уже окончательно потерял терпение.
Но, в принципе, это мой последний вопрос, необходимо спешить. Начну сейчас разные нюансы выспрашивать и, может быть, этих минут не хватит, чтобы спасти Сиарис. Если я еще не опоздал.
— Не знаю, господин, я простой солдат! — крикнул пленник.
— Я тоже не знаю, — наконец заговорил и второй пленник. — Мы люди баронета Чеслава. В нашем отряде два десятка бойцов, а сколько всего у Его милости Отакара, мы не знаем.
Я кивнул
— Вперед, ко дворцу! — я тронул пятками бока Тумана и начал отстегивать свое кавалерийское копье от походного крепления.
Моя без малого сотня быстро «влилась» в распахнутые городские ворота и с грозным гулом (грохот подкованных копыт о мостовую, бряцанье оружия и доспехов, воинственные крики воинов и конское ржание) устремилась к центру города.
Периодически на глаза попадались небольшие группы вооруженных людей, занимающихся грабежом, но я решил не отвлекаться на это. Все потом! Главное сейчас — спасти Сиарис с мужем, а, если получится, затем разбираться с купцами. Списочек этих подонков, полученный при допросе пойманного в Бабайках «засланца», у меня с собой.
Я запомнил где расположен дворец местного владетеля еще в тот раз, когда посещал этот город после битвы под Кроносом. Когда нас «расколошматил» граф Бранимир тер Вранск, а от окончательного уничтожения спас неожиданно появившийся на поле король. Поэтому я уверенно довел свой отряд до дворца.
Добравшись до придворцовой площади, я остановил отряд. Мне надо осмотреться. Трехэтажный дворец окружен невысокой декоративной оградой, кованые ворота распахнуты.
Двери на входе во дворец выломаны, многие окна разбиты. Во дворце слышится шум битвы. Между зданием дворца и оградой разбит небольшой и некогда красивый парк.
Сейчас там все истоптано, многие кусты и некоторые деревья переломаны. В парке перед дворцом вижу десятка три солдат. Без сомнения, это люди Отакара. Если здесь остались дружинники Бедрича и Сиарис, то сейчас они бьются во дворце. Проклятье! Не для того я когда-то эту девочку спасал, чтобы сейчас какая-то мразь ей угрожала.
— Командиры взводов! — я обернулся к своим бойцам и привстал в стременах. — Убиваем всех в парке. Затем кирасиры и первый взвод улан идут со мной в здание дворца. Убиваем всех, пока не доберемся до воинов барона Бедрича. Второй взвод улан остается перед входом во дворец. Прикроете нас с тыла и возьмете на контроль сохранность наших лошадей. Все. За мной!
Впереди всех ворваться в парк не получилось. Кирасиры «обтекли» меня с обеих боков и первыми атаковали кроносцев Отакара. Канальи! Хотелось, конечно, напасть неожиданно, ударить в спину, но…
Через ворота конной лавой не атакуешь. А парк, хоть и не лес, но тоже особо не разгонишься. Нас увидели и начали готовиться к бою еще тогда, когда мы начали через ворота
Завязалась отчаянная рубка, почти сразу распавшаяся на отдельные поединки. Я завертел головой, выискивая для себя возможность пустить кроносцам кровь. Вот! Просвет между сражающихся, который можно пройти по парковой дорожке.
Я-то на любой поверхности готов сражаться, но верхом это лучше на ровной площадке делать. Как-то не хочется кубарем лететь из-за того, что конь споткнулся. Или между посадок лавировать.
Опустил копье и послал Тумана вперед. Короткий разгон и я уже захожу во фланг нескольким бойцам Отакара. Копейщик, которого я выбрал своей целью, успел увидеть мою атаку, но нормально отреагировать не успел.
Он попробовал выставить копье и прикрыться щитом, но без толку. Длина моего кавалерийского копья оказалась достаточной, чтобы не только нивелировать, но и сделать ничтожной угрозу его пехотной «тыкалки».
А разгон здоровенного вестерийского жеребца, прикрытого защитой?! А высокое седло и специальный ток*, обеспечивающий жесткий таранный удар по противнику?!
* — Упор для пятки копья из кожи, на кожаных же ремнях. Конструкция используется как для облегчения транспортировки кавалерийского копья на марше, так и для усиления таранного удара копьем.
Моё копье, не заметив защиты противника, пробило его, как прокалывает жука игла энтомолога. Острие копья прошило щит, нагрудные пластины доспеха и вышло из спины, отбросив копейщика так, что его ноги оторвались от земли.
Ремни тока хлестко щелкнули, лопаясь от кратковременного, но непосильного напряжения, и я сразу выпустил из руки древко копья, чтобы не получить вывих.
Следующим движением выхватил из ножен «Мясника» и с резким выдохом опустил его на голову очередного кроносца. Клинок полуторника разрубил и шлем, и голову. Прямо до нижней челюсти. Я снова завертел головой, выискивая противника, но никого не нашел.
Бой в парке уже затихал, оряховцы планомерно добивали последних бойцов Отакара. В нескольких шагах от меня с довольным видом оттирал свой «бастард» от крови Элкмар Нейде. Не знаю, полез бы я в бой на его месте, но он полез. А сейчас надо спешить во дворец, на выручку Сиарис.
— Матей, Айдар! Вы со своими людьми за мной! — привстав на стременах заорал я. — Прозор! Заслон на входные двери дворца и собирайте лошадей!
Дождался подтверждения полученных приказов от своих взводных, спрыгнул с коня и побежал ко входу во дворец. Меня снова окружили кирасиры, а уланы во главе с Айданом пошли вторым эшелоном.
Первый этаж поразил тишиной, только эхо наших шагов отражалось от стен обширного фойе. Буквально минуту назад отчаянно рубились в парке, в беспорядочной толпе соратников и врагов, а тут никого. Вообще никого не видно, кроме наваленных везде трупов, только слышен шум боя где-то наверху.