Наследник
Шрифт:
— Более чем. — Я равнодушно почесался. — А с какого бока тут я?
— Ну, как же! — Брови взлетели высоко над очками. — Удовлетворительная работа в этом мире позволит получить продвижение по служебной лестнице…
Я скептически хмыкнул.
— А что вы можете мне предложить? Насколько мне известно, скукота у вас смертная… бессмертная. Вот то ли дело в исламе. Десять тысяч гурий, вино — хоть залейся…
— Ой, я вас умоляю! Молодой человек, вы видели этих гурий? Думаете, зря их женщины носят паранджу? А вино? Разве
— Откуда же у вас такие знания о вине и гуриях? — Не сдержавшись, хмыкнул я.
Ангел смутился, но сбить его с толку оказалось не так уж легко.
— Приходилось, гхм, бывать… Исключительно по долгу службы! — Заметив мою ехидную усмешку, слишком торопливо отрезал он. — Молодой человек, оставьте ваши неуместные шуточки! Я вас умоляю!
— Ну, ну, не надо воспринимать все так близко к сердцу. — Больше не таясь, громко расхохотался я. — А то еще подумаю, что вы оправдываетесь.
Ангел надул розовые, без малейшего намека на щетину, щеки, словно воздушные шарики. С трудом, подавляя душивший меня смех, я примирительно бросил:
— Да ладно вам, мне по-барабану, все ваши дела. — Я демонстративно посмотрел на часы. — Может, скажете быстренько, что хотите и оставите меня в покое? Мне на работу скоро бежать…
— На работу вам через полтора месяца… Но так и быть. Тут у нас возникает дилеммка, молодой человек. — В глубине у меня звякнул предупредительный звоночек. Слишком уж мстительно было сказано. — Вас теперь не оставят в покое.
— Не понял?!
— Объясню поподробнее. — Поудобнее устраиваясь в кресле, сложил руки на пухленьком животе ангел. — К сожалению реалии нашей жизни таковы, что вы либо с нами, либо… с конкурентами. Я так понимаю, они к вам пока не приходили?
— Какие, к черту конк… — Я осекся под хитро блеснувшим взглядом. Вот именно — к черту. Кого ж еще ангел может назвать конкурентом? — Ну, знаете, это уже слишком! Меня не касаются ваши внутренние разборки. Я — сам по себе! И точка!
— Вы так думаете? Молодой человек, похоже, вы не понимаете. — Величавая шевелюра укоризненно качнулась. — По некоторому недосмотру, вы стали обладателем силы, хозяева которой были… были. Их уже нет. А это значит, что они не могут предъявить на вас свои права. И так как вы крещены в христианской вере…
— Фиг вам! — Прервал я ангельского зануду. — Крещен был против воли. А до этого был октябренком, потом пионером и гордо заявлял что атеист!
— Вы были тогда ребенком и повторяли чужие слова. Но даже если так, — не давая мне вставить слова, непреклонно продолжил он. — Территориально, Россия проходит по НАШЕМУ ведомству. Будь вы где-нибудь в Китае или Индии, вами занимался бы буддийский отдел. На ближнем востоке — мусульманский. Но вы — в России.
Я не знал что сказать. Принимая мое молчание за колебание, ангел доверительно продолжил:
— К слову сказать, Россия по
Мое терпение лопнуло.
— Слушайте, вы что, мне угрожаете? Может быть, еще, как дон Корлеоне сделаете «предложение, от которого я не смогу отказаться»? А не пойти ли вам… к этой матери?!
— Не советую вести беседу в таком тоне, молодой человек! — Впервые за все это время на лице ангела появилось нечто напоминающее гнев. — Либо вы с нами, либо постарайтесь вспомнить судьбы Наших противников!
В комнате повисло зловещее молчание. Мне как никогда захотелось врезать по этой наглой морде. Свербевшая мозги мысль, наконец, обрела конкретные очертания. Как я там вчера выключил свет? С трудом, сдерживая зудящие кулаки, я представил, как воздух рядом со мной закрутился в тугой клубок. Мысленно прочертив прямую линию, я метнул этот клубок прямо в зловеще поблескивающие очки ангела. Плотно зажмурив глаза, я приготовился услышать звонкий шлепок, но вместо этого до моего слуха донеслось противное хихиканье.
— Слабовато, молодой человек, слабовато. Не хватает опыта и хороших учителей. Наше ведомство может помочь вам и тем и другим. Подумайте над моим предложением. До скорой встречи. И вот еще… Не советую дожидаться когда мы и впрямь сделаем «предложение, от которого вы не сможете отказаться»!
Раздался негромкий щелчок. Открыв глаза, я увидел лишь пустое, немного драное кресло. Да уж, огорченно подумал я. Такими фокусами их не возьмешь. Если возьмутся за меня всерьез…
— Грязнуля! — Что было сил, воззвал я к единственному помощнику в этих новых для меня делах. — Грязнуля!
Величаво вступив в комнату, с таким видом будто делает мне величайшее одолжение, Грязнуля уселся на пол. Круглые зеленые глаза презрительно смерили меня с ног до головы.
— Хватит дуться. Мне нужен твой совет.
Вредный кошак, словно не слыша, задрал заднюю лапу и сосредоточенно принялся вылизываться.
— Вкусно? — Язвительно осведомился я.
— По сравнению с разговором с этим белоснежным, просто восхитительно. — Кот оторвался от своего занятия. — Можешь не говорить, что у тебя за проблема.
— Подслушивал?
Кот, показывая, как его оскорбили подобным предположением, гордо вскинул нос к потолку. Ответа я так и не дождался.
— Значит приходилось сталкиваться?
— Умрр. — Утвердительно муркнул Грязнуля. — Ты думаешь, что для твоего деда делали исключение?
Так, это уже интересно. Значит, эти наезжали и на деда. А если я правильно понимаю реакцию этого мохнатого, то дед смог увильнуть.
— Хорошо. — Обреченно вздохнул я, зная, что теперь эта тварь высосет из меня все соки. — Что я должен делать?