Наследник Магнитной горы
Шрифт:
Пролог
Повествующий о возвращении Черного кузнеца и о его необыкновенной внутренней сути
Маленькая женщина, стоявшая на высокой ледяной галерее, гордо выпрямилась. Густые длинные волосы цвета темного сапфира, разметавшиеся по плечам, и белоснежное одеяние делали ее похожей на одну из бело-голубых сосулек, бахромой обрамлявших галерею. Женщина вскинула руку – между хищно скрюченных пальцев, разбухая
– Пусть умрет он страшной смертью! – пронзительно выкрикнула жрица Голубого огня. – Умрет, как все, кого погубил своим черным искусством! Гори ты Синим пламенем! – и она метнула Огонь.
Пышущий неистовым жаром ярко-голубой шар со свистом пронесся над головами. Толпящиеся вокруг эшафота люди издали единый слитный вздох, в котором звучали ужас и восхищение. Костер занялся весь, разом – бушующее Синее пламя взметнулось столбом, озаряя причудливыми сполохами прячущийся во мраке свод пещеры и отражаясь в ледяных колоннах. К неумолчному реву Огня добавился громкий, резкий треск – сгорали пропитанные смолой ветки. Цепи, сковавшие обреченного, просвечивали оранжево-алыми полосами сквозь прозрачную голубизну костра. Полы балахона взмывали в волнах Пламени. Лишь фигура смертника оставалась совершенно неподвижной и безучастной. Словно происходящее вовсе не касалось обреченного, словно он непричастен костру и казни.
– Пока стоит Храм Голубого огня – тварям Нижнего мира не творить зла под Девятью небесами! – торжествующе указывая на обвисшую фигуру смертника, выкрикнула жрица. – Ему конец! Навсегда!
– Скра-ап-скр!
Подавшиеся прочь от нестерпимого жара люди недоуменно заозирались, пытаясь понять, откуда исходит громкий скрежещущий звук.
– Скр-скрап! – новый скрежет перекрыл гудение Пламени и треск лопающихся от жара ветвей. Сотни глаз уставились сквозь прозрачную Огненную завесу. А потом все звуки потонули в пронзительном женском визге.
Фигура у пылающего столба шевельнулась.
С металлическим скрипом повернулась охваченная Голубым огнем голова. Из-под горящего капюшона медленно поднялось лицо – настолько жуткое, что стоящие на ледяной галерее люди замерли в оцепенении. Оно было похоже на обнаженный череп, выкованный из отливающего мраком металла. Из безгубого рта багровой медью щерились клыки. Черные провалы глаз уставились на галерею, безошибочно найдя среди застывших от ужаса людей тоненькую женщину в облаке голубых волос. В бездонной глубине глазниц вспыхнули алые огни!
Цепи лопнули, и жуткая тварь сошла с костра. Подхватывая ревущих от ужаса детей, люди шарахались в стороны. Стальной скелет продолжал идти. Балахон пылал, не сгорая, заворачивая фигуру в живую мантию Голубого огня. При каждом шаге из сочленений суставов со свистом вырывались клубы белого пара.
– Черный кузнец! Он вернулся мстить! Он идет сюда!
Стальной скелет шагнул к лестнице. Хрупкий лед ступеней затрещал, раскалываясь под железной поступью. Завернутый в негасимое Голубое пламя и белый пар, металлический монстр вырос у входа на галерею.
Вооруженный мечом мужчина кинулся навстречу. Булат со звоном ударил о металлическую
Голубоволосая опомнилась. Шар Огня снова вырос между ее ладонями. Синее пламя расплескалось о металлическую грудь. Даже не из глотки, а откуда-то из утробы монстра вырвался вопль. Нечеловечески высокий и пронзительный. Словно подражая жесту жрицы, стальные пальцы хищно скрючились – и между заостренными когтями заплясала искрящаяся дуга.
Люди на галерее заорали и начали прыгать вниз прямо через перила. Лишь жрица замерла в растерянной неподвижности. Рассыпая бело-золотые искры, пальцы скелета потянулись к ее лицу…
Невысокий мальчишка, гибкий, как хлыст, прыгнул к жрице. Схватил ее за талию и, спиной сшибая сосульки перил, перевалился через ограду. В брызгах льда два тела свалились с галереи на пол пещеры. Над головой, у края галереи – точно в том месте, где только что стояла жрица, – взвилась искристая дуга. Галерея начала оплывать подтеками тающего льда…
– Хакмар! – отчаянно закричал немолодой бородатый мужчина.
С трудом повернув голову, жрица поглядела на спасшего ее мальчишку.
– Наследник Хакмар, – пробормотала она, откатываясь в сторону и поднимаясь на колени.
Мальчишка пошевелился и сел, потирая отбитые при ударе плечи.
Над головами полыхнуло снова, раздался грохот. Возвышающаяся над пещерой изящная ледяная галерея задрожала… и острыми гранеными осколками разлетелась вдребезги. Железный монстр всей тяжестью грянулся оземь. Сноп золотисто-белых искр вырвался из его глазницы. Внутри пылающего алым глаза что-то лопнуло, и он погас. Металлическая тварь замерла, распластавшись на ледяном полу.
Жрица шумно выдохнула, со свистом пропуская воздух сквозь стиснутые зубы:
– Готов!
– Скррра-ап!
Тоненькая струя пара вырвалась из сочленения стальной ноги. Ступня дернулась. Железный череп медленно приподнялся, покачиваясь на скрипящем стержне шеи. Уцелевший алый глаз неумолимо вперился в голубоволосую. Монстр зашевелился. Подтягивая под себя конечности, будто паук, вставал тот, кого называли черным кузнецом.
Жрица стремительно перекатилась и над полом пустила волну Голубого огня. Пламя синим платком обернуло поднимающегося монстра – и погасло, проплавив яму в полу. Лязгая и грохоча, железный скелет шагнул вперед. Клочья все еще горящего балахона рваной мантией болтались на металлических плечах, одна нога вихлялась, подламываясь под тяжестью всей туши, искристая дуга на когтях погасла. Но единственный глаз буравил жрицу алым лучом. Раздался знакомый пронзительно-высокий, выворачивающий внутренности вопль, и, вытянув обе руки, монстр попер на жрицу.
На ладони женщины вновь вспыхнул Огненный шар…
Ее с силой ухватили за плечо.
– Пока вас не расплющат, не поймете, что это на него не действует? – с издевательской вежливостью поинтересовался Хакмар. – Бежим!
– Как вы разговариваете со жрицей, наследник! – невольно огрызнулась она, припуская следом за мальчишкой.
То и дело рискуя поскользнуться, они понеслись между ледяными скалами и каскадами. За спиной затопотало. Жрица глянула через плечо – монстр двигался следом.