Шрифт:
Пролог
Земля. Город N. Дмитрий.
Потрачено.
Именно эту надпись следовало поместить над моим бездыханным телом.
26 лет, 120 килограммов и инфаркт во время игрового турнира. Жил, как задрот, и умер, как задрот.
Я висел над собственным трупом, глупо пялясь в искаженную смертью рожу и думал, как бездарно потратил свою жизнь.
Внезапно рядом со мной возник… Да что там, дьявол. Красная кожа, золотые радужки глаз, острые когти. Не вязался
– Какая нелепая смерть, – заявил он. – И ведь в самом расцвете лет. Скажи-ка мне, Дмитрий, а не желаешь ли ты вернуться к жизни? Скажем, в утро сегодняшнего дня, чтобы избежать вот такого конца? – дьявол ткнул в труп своей тростью.
– И что ты хочешь взамен? – спросил я, все еще разглядывая собственное тело.
Сюрреализм происходящего давил на мозги. Я даже не был уверен, что все это действительно происходит, а не является бредом умирающего мозга.
– Ты поможешь моему наследнику победить, – заявил тот. – А потом сможешь вернуться и дожить свою жизнь так, как тебе заблагорассудится.
– В чем победить?
– Ваш мир далеко не единственный. Существуют так называемые Колыбели – миры, где зарождаются новые души. Там нет единого лидера до тех пор, пока не пройдет Игра. Победивший Герой дает своему Богу власть над Колыбелью, значит, и над зарождающимися в нем душами. Правила просты – по одному Герою от каждого Бога. Победителем станет тот, кто переживет остальных.
– Королевская битва, – хмыкнул я в ответ.
– В общем, да, – погладив тонкую бородку, согласился дьявол. – Но без ограничения по времени и зонам. Все Герои так или иначе будут пересекаться между собой, это просто неизбежно. И в каждом столкновении кто-то из них будет погибать. И так до тех пор, пока не останется кто-то один. Хотя, конечно, бывали случаи, когда вся судьба Колыбели решалась всего в одной битве, где участвовали сразу все Герои.
– А что со мной будет, если я проиграю?
Дьявол спокойно повернулся ко мне и с совершенно каменным лицом, будто речь идет о незначительном факте, произнес:
– Ты погибнешь окончательно, и даже я не смогу вернуть тебя к жизни. Но ты ведь не собираешься сдаваться, верно?
Я посмотрел в его улыбающееся лицо и задумался. Пока непонятно, где здесь подвох, все выглядит достаточно честно – игра в обмен на воскрешение. Но ведь и играть не обязательно, есть же какая-то стандартная процедура после смерти.
– А что будет со мной, если я откажусь играть? Вот просто умер и… Дальше-то по плану что?
Дьявол торжествующе улыбнулся. В его руке появился планшет. Десять дюймов, сверхтонкий корпус. Я бы не удивился, если бы на нем красовалось надкусанное яблоко.
– Ну а чего ты ожидал, Дмитрий? – заметив мой взгляд, спросил дьявол. – Что я вытащу ветхую книгу судеб из кармана? Нет, современные проблемы требуют современных решений. Это мы, дьяволы, придумали, как заставить человека развиваться, неужели ты думаешь, не станем пользоваться плодами вашего труда? В конце концов это же просто
Вступать в теологический диспут я не собирался. Тем более что он пока так и не ответил на мой вопрос.
– Значит, смотрим, – жестом листая страницы на планшете, дьявол хмыкнул. – Вот твой послужной список: праздность, уныние, зависть, злость, гордыня. Ага, вот смотри, наше замечательное приложение уже все подсчитало, Дмитрий. Тебя ждет заключение в одиночной камере сроком в несколько тысячелетий.
Будь у меня тело, я бы, наверное, сейчас почувствовал, как волосы встают дыбом.
– А потом?
– А потом развоплощение, – убирая планшет, развел руками собеседник. – Ты же не думал, что все будет просто? Я мог бы тебе соврать, что ты не умрешь окончательно, переродишься в какого-нибудь червяка, а потом в бабочку, и так до тех пор, пока не станешь вновь человеком. Но я – архидьявол Асмодей, и мне не требуется столь низко лгать, чтобы получить то, что я хочу.
– То есть если я смогу победить в вашей игре, то вернусь сюда, проживу свою жизнь до конца, и все равно вердикт не изменится? – уточнил я.
Дьявол усмехнулся.
– А чего хочешь ты, Дмитрий? Вечной жизни? Ну, так не бывает. Рано или поздно, твое тело перестанет служить вместилищем души, и приговор придет в исполнение. Ты родился на Земле, твоя душа принадлежит этой Колыбели, и все ее правила действуют на тебя ровно так же, как и на всех остальных.
– Но в чем тогда смысл?
– Смысл? – переспросил дьявол.
– Да, смысл. Какой толк мне рисковать собой в твоей игре, если в итоге я все равно несколько тысяч лет проведу в одиночке?! Сколько мне осталось пожить, если бы я сейчас не умер? Двадцать лет? Сорок?
Асмодей пожал плечами.
– Судя по изношенности твоего тела и не успевшему развиться раку правого легкого, да, лет сорок.
– Я ведь даже не курю, – выдохнул я.
Мысли начинали путаться. На меня навалилась какая-то обреченность. Ощущение бесполезности любых трепыханий сдавливало и плющило.
– При чем тут курение вообще? Если бы люди жили так, как задумано, и не развивались, оставаясь первобытными дикарями, ничуть не умнее той скотины, которую убиваете для пропитания, вы бы все поголовно умирали от рака. Считай это вложенным таймером, искусственно созданным ограничителем, не дающим вашему виду развиваться в полной мере. Иначе вы бы уже на головах друг у друга сидели.
– Зачем?
– Как бы тебе объяснить? Ты можешь себе представить, чтобы муравей понимал, зачем человек натягивает на себя одежду, ходит на работу и живет так, как живет? Правильно, не можешь. И точно так же замысел создания человека ты, как тот муравей, никогда не поймешь. Просто прими как факт, как гравитацию – это просто есть.
– Но ведь ты уже давно живешь, верно? – спросил я у него, стараясь не терять нить разговора.
– И буду жить вечно, – совершенно спокойно сообщил тот. – Я же существо божественной природы, а не жалкий комок одушевленной глины. Еще вопросы?