Наследнички
Шрифт:
— Кира, что с тобой? — Юля протянула руку к своей любимице, но кошка не обращала на неё внимания, продолжая шипеть на Верна.
— Демоновы создания, — процедил послушник. — Проклятый Зелон создал их слишком идеальными. Скотина. Хватит на меня шипеть, я не собираюсь им причинять вреда. Но ты же чувствуешь это, иначе давно бы бросилась на меня, да?
— Что происходит? — Ушаков шагнул к двери, нахмурившись и сжимая кулаки.
— Ничего. Небольшое недопонимание. — Верн моргнул и скупо улыбнулся. — А вы замечали, что кошки гораздо агрессивнее котов?
— А нам не принесут еды? — прищурился Степан, снова вставая таким образом, чтобы закрыть собой и Юлю, и её кошку.
— Нет. Дочери Зелона нельзя сегодня есть, пока все каналы даров не займут нужного положения и не заполнятся энергией. У неё почти всё сформировано, так что, завтра утром вы уберётесь отсюда вместе со своей кошкой, — и Верн схватил Лорен за руку и потащил прочь от домика.
— Стёпа, что происходит? — Юля подошла к нему и дотронулась до обнажённого плеча. — Почему у меня появилось ощущение, что то нападение было не главным, из произошедшего в том проклятом клубе? — Она не стала спрашивать, почему послушник назвал её дочерью Зелона. Об этом лучше узнать у отца.
— Создаётся впечатление, что кто-то хочет подпортить репутацию, а то и вовсе очернить правящий клан и ближайший круг императора, — Ушаков захлопнул, наконец, дверь, и запер её на ключ, после этого вытащил телефон. — Юля, ты выйдешь за меня? — спросил он серьёзно.
— Стёпа, я не… — она помассировала виски. — Похоже, у нас нет выбора. Тебя ведь не связывают никакие договорённости?
— Нет, — Степан покачал головой, долго глядя на неё. — Юль, если ты не хочешь…
— Ушаков, какой же ты кретин, — она покачала головой.
— Мне нужно позвонить отцу. Объяснить ситуацию и рассказать о наших догадках. Ну, и похвастаться, что я, наконец-то, сумел тебя добиться. — Он широко улыбнулся.
— Ага, расскажи. Только вот, сдаётся мне, что, если бы я тебя сама сегодня не затащила в постель, Лорен нечем было бы нам угрожать. — Проворчала Юля, садясь на кровать рядом с Кирой. — Я знаю, что ты меня и Стёпку защищаешь, ещё бы могла сказать, что с этим местом не так, — она принялась гладить заурчавшую кошку, прислушиваясь к тому, что Степан говорит по телефону Егору.
На поезд мы садились поздно вечером. Самое смешное заключалось в том, что в отце никто не узнал императора Константина.
Возможно, дело было в том, что мы были без охраны, а может быть, любимые джинсы главы клана Орловых сбивали людей с толку, но факт оставался фактом, никто даже не заподозрил, что император — вот так запросто может разгуливать по перрону.
— Вы родственники? — спросила, улыбаясь, миловидная проводница, даже толком не посмотрев на наши билеты.
— Ну, как вам сказать, — отец повернулся к нам, разглядывая практически одинаковые морды, всё-таки мы
— О да, наверное, — девушка слегка покраснела, поглядывая на него с одобрением. — Я плохо знаю традиции кланов.
— Немагическая копия Кодекса доступна всем желающим, — из-за спины отца высунулся Ромка. — И специально для того, чтобы никто не задавал вопросы, по типу «а нас-то, за что?»
— Да-да, приказ императора Константина из-за нескольких прецедентов, — девушка мельком взглянула на него, не отводя взгляда от отца. — Всё времени не хватает прочитать.
— Милая, Оксана, — отец прочитал имя на бейджике, на груди девушки. — Время. Вот честно, я бы стоял так с вами вечно, но мы не успеем сесть на поезд, и он умчится без нас, увозя вас, кстати.
— Ох, да, конечно, проходите, — и она автоматически оторвала корешки от билетов, так и не взглянув на наши имена. — Наверное, это непросто быть старшим сыном клана, и следить за младшими, особенно когда не такая уж и большая разница в возрасте.
Вот тут мы с Ромкой весьма синхронно закашлялись. Да так, что у меня слёзы на глаза навернулись. Хорошо, что я ничего не пил и не ел в это время. Ничего себе, учись, Андрей, как надо девушек одним взглядом обольщать. Это называется — опыт.
— Оксана, такого комплимента мне уже да-а-а-вно никто не говорил, — отец совершенно искренне улыбнулся, приложив руку к сердцу. А потом посмотрел на нас. — Успокоились? Пошли в купе, живо.
Поезд тронулся. Отец решил, что одну ночь можно и потерпеть, поэтому Рыжов приобрёл билеты в одном купе для нас троих.
— Как нас отпустили без охраны? — спросил Ромка, бросая сумку на пол и ногой запихивая её под сиденье.
— Лучше не спрашивай, — отец покачал головой и протёр лицо. — Мне пришлось выдержать бой с Егором и Матвеем, когда я озвучил своё решение.
— А вообще, обидно, — я поставил локти на столик. — То, что ты выглядишь хорошо, это давно всеми признанный факт. Но, насколько же мы с Ромкой выглядим плохо, если нас приняли чуть ли не за ровесников?
— Не обращай внимания. — Отец закрыл глаза и откинулся на сиденье.
— Знаешь, на это трудно не обращать внимания, — Ромка растянулся на диване у меня за спиной. — Особенно когда молодые девушки начинают заигрывать с тобой, а мы так справа сбоку. Чёрт, эта куколка даже не сообразила, что мы с Андрюхой близнецы, — он заржал и уткнулся в подушку.
— И это, несмотря на то что Щукин уверен, что мы красивее тебя, — я смотрел на отца в упор, но тот только посмеивался над нами.
— Кстати, о Щукине. Мне позвонила Люсинда и попросила сдать вас в аренду. — Небрежно заметил он.