Наследнички 2

Ключевской Алекс

– Именно поэтому я не против того, чтобы Ушаковы продолжали быть предметом мечтаний женщин по всему миру. Во всяком случае там, где журнал продаётся. Иначе он вообще не продавался бы, – добавила она ядовито. – Так, я могу на Андрея рассчитывать?

– Можешь, но не сейчас. Когда я говорил, что он занят, я не шутил. И вообще, мы тут выяснили, что наши дети уже вполне совершеннолетние, так что звони ему в таких случаях. Первичное добро на использование его фотографий от главы клана ты получила. – Отец усмехнулся, глядя на мою насупленную физиономию. Я не люблю привлекать внимание, и он это прекрасно знает. –

Люсь, если это вот прямо срочно, Ромку возьмите, он сейчас всё равно баклуши бьёт. Я ему основы вчера показал, чтобы он перестал комнату заливать. Так что он вполне сможет выкроить время для журнала.

– Нет, Костя, ты не понял. Щукину нужен именно Андрей. Ромка тоже, но попозже.

– Да какая ему разница-то? Их, кроме нас, никто не различает. – Отец покачал головой.

– Добавь в этот не слишком длинный список ещё и Щукина. Он заявил, что ему нужен именно тот с весёленькими кляксами. Потому что этот парень сильно отличается от второго. Заметь, Щукин так и не понял, кто из них кто. Ему плевать. Но в кляксах тогда был Андрей. Всё на этом.

– Вот тебе Андрей, решайте этот вопрос. – И отец просто протянул мне свой телефон.

– Да, – сказал я осторожно в трубку.

– Я так понимаю, в чём суть проблемы, тебе понятно. – Ответила Люсинда. – Когда ты сегодня сможешь подъехать?

– Если только вечером. Часов в шесть, я надеюсь, сумею освободиться. – Я прикинул время, отведённое мне на все мои проекты. Если так дальше пойдёт, то придётся секретаря заводить, просто чтобы не запутаться в расписании.

– Секунду. – Люсинда отстранила телефон и судя по звукам, вышла из кабинета. – Андрей сможет сегодня вечером часов в шесть подойти. Вас это устроит? Да, Андрюша, тут говорят, что устроит. Мы тебя ждём. – Она отключилась, и я вернул телефон отцу.

– Если с этим вопросом разобрались, то пошли. Я, пожалуй, составлю вам с Матвеем компанию. Мне совершенно не нравится это дело. К тому же судя по ощущениям, началось оно задолго до того, как мы к месту силы съездили.

– Почему ты так думаешь? – спросил я, чувствуя, как его паранойя передаётся мне.

– Потому что такие операции готовятся долго. Это не спонтанное решение. На продумывание деталей и подготовку нужно время. Пара месяцев не меньше. Просто поверь моему опыту, – он легко поднялся и направился к двери кабинета. Я невольно посмотрел ему вслед. Отец сейчас был на пике физической и магической формы. Не удивительно, что на его фоне мы с Ромкой терялись. А когда они собирались вчетвером: Вольф, Ушаков, Устинов и Орлов, у остальных просто не было шансов. Зато нас больше, и мы сильнее в импровизации, успокоил я себя, направляясь за ним.

В здании Имперской Службы Безопасности я бывал и не раз. Но каждый раз ощущение того, что даже стены на тебя давят, не оставляло ни на секунду. Всё-таки Валерий Смирнов, тесть Ильи, тоже своего рода гений, как и Щукин. Без малейшей магии он построил здание, в котором прямо с порога было охота начинать каяться во всех грехах настоящих и мнимых.

Матвея мы нашли в комнате, рядом с допросной. Через окно в стене, которое в допросной выглядело как зеркало, он смотрел на типа, съёжившегося на стуле. Его руки были скованны, и он затравленно оглядывался по сторонам.

– Я так и думал, что ты не сможешь заставить себя не присутствовать на первичном

допросе, – сказал Матвей, даже не посмотрев на нас. – Сдаётся мне, что это пустышка. – Он покачал головой.

– Его уже допрашивали? – отрывисто спросил отец, подходя к нему поближе.

– Нет, я отдал распоряжение, что первичное дознание сам проведу.

– Ты это умеешь, – отец усмехнулся.

– Поверь с тех пор, как я тебя впервые допрашивал, у меня прибавилось опыта, – спокойно ответил Подоров и хищно улыбнулся. Я же только головой крутил, глядя, то на одного, то на другого. Какие иногда подробности вот так походя начинают открываться. – Ну что же, нечего тянуть, пошли. Тем более, я уверен, что ничего особенного мы не услышим.

Он прошёл к столу и сел напротив типа. Отец отошёл к дальней стене, оставаясь в тени. Прошёл он у типа за спиной, и тот его не заметил. Но, урод так уставился на Матвея, что и меня не заметил. Он вообще, кроме Подорова никого, похоже, не видел.

– Не нужно на меня смотреть с таким ужасом Иннокентий Григорьевич, – спокойно произнёс Матвей, подвигая ему стакан с кофе. – Слухи о том, что я совершаю нечто ужасное с подозреваемыми, в большинстве своём не соответствуют действительности.

Меня позабавило, что он не на сто процентов открестился от «чего-то ужасного». Этот нюанс, кажется, понял и Иннокентий Григорьевич, потому что отшатнулся. Наверное, подумал, что ради него сделают исключение.

– Что вам от меня нужно? – проскрипел он, и, схватив стакан, сделал глоток, чтобы смягчить сухое горло. При этом мысли о том, что Матвей может ему что-то подсыпать в кофе, у него не возникло. Ну не может страшный и ужасный Подоров опуститься до такой пошлости, как отравление.

– Поговорить. Вы не поверите, Иннокентий Григорьевич, но на допросах обычно говорят. И в ваших же интересах рассказать правду. Что вы делали на вокзале? – когда он задал последний вопрос жёстким и холодным тоном, резко, словно кнутом щёлкнул, то я сам чуть не ляпнул, что потенциальную тёщу встречал.

– Меня наняли просто девку встретить. Просто встретить и отвести к машине. Там неподалёку стояла машина. Сказали, что девка к тётке той пойдёт, которую застрелили, и что её Ольга зовут. Я даже не знал, как она выглядит. Клянусь. А когда вон тот парень вышел, я растерялся… Это правда, я клянусь! – при этом он почему-то смотрел на меня. Значит, меня он заметил, а вот отца всё же нет.

– Эта девка – невеста наследника престола, а этот парень-Великий князь Андрей, – спокойно произнёс Матвей. – Иннокентий Григорьевич, вы хотя бы сейчас представляете, в какую глубокую яму вас втолкнули ваши, так называемые, наниматели?

– Что? – он одним глотком допил кофе. – Великий князь, вот он? – И Кеша уставился на меня с не меньшим ужасом, чем до этого смотрел на Матвея. Я криво улыбнулся и наклонил голову, неприятно познакомиться, Иннокентий.

– Во всём этом есть один позитивный момент, – иронично усмехаясь, из тени вышел отец. – Если в итоге ты останешься жив, то можешь всем с гордостью рассказывать, что от самого Великого князя ухитрился по мордасам получить.

Кеша очень внимательно его осмотрел, потом перевёл взгляд на меня, потом снова на отца. Похоже, в его голове щёлкнуло узнавание. Закатив глаза, он начал сползать со стула на пол.