Наследие

Бэк Мэри

— Давай, потерпи еще немного… — повторял он снова и снова. — О, я кого-то слышу! Вон там! Идем!

Лиза немного воодушевилась, снова силой открыв глаза, и они поспешили вперед, догоняя уже чьи-то знакомые голоса. Из-за усталости почти невозможно было что-либо различить, но… Глаза не обманывали. Именно этой встречи Дино ждал долгое время. Он встал как вкопанный, не замечая даже всех остальных, и Лиза, внезапно вытаращив глаза, застыла на месте…

— Я что, уже умерла? — недоверчиво прищурившись, буркнула она, — Или это галлюцинации?..

— Лиза!!! — Ник тут же сорвался с места и, подбежав

к ним, подхватил уже порядком ослабевшую Лизу на руки, но тут же благодарно взглянул на Дино: — Ты не бросил ее…

— Я же не изверг, — вяло, словно в тумане, отозвался Дино, — Мы уже давно не враги…

Он все смотрел вперед — и Эффи, увидев его взгляд, понимающе улыбалась и переглядывалась с сестрой. Она знала, что он сейчас чувствует — ему кажется, что все это не на самом деле…

— Ты… — выпалил он, и Ванька поспешно кивнул ему:

— Настоящий. Только призрак…

— Чтоб меня по голове… Горячим чайником… — бормотал Дино, шагая вперед, — Дружище, я чуть не умер без тебя, ты в курсе?!

Дино подскочил и обнял друга так отчаянно и крепко, что даже кости его чуть не захрустели, хоть он и был призраком. Ванька, улыбаясь, похлопал его по спине, но Дино унять было не так-то просто — теперь из него готов был вырваться тот самый поток нескончаемых слов, который он сдерживал в себе слишком долго.

— Ну, как ты мог, а? Эффи с ума сходила, Лорен с ума сходила, я — вообще не трезвел! Весь Орден скорбел по тебе, ты даже не представляешь! Хотел доказать, что ты ее любишь, умерев за нее? Да она и так всегда это знала! Вы два дурака, я ведь всегда говорил вам, а вы не слушали!.. Знаешь, сколько всего произошло за это время?.. Все были на ушах! Миру крышка, все сходят с ума, а мы в ловушке темных друидов…

— Тихо, успокойся, Дино, — Ванька умиленно улыбнулся, умиротворенно выставив вперед ладонь. — Давно я уже не говорил с тобой, я и забыл, что если ты начнешь, тебя уже ничто не остановит… Я знаю обо всем, Дино, я все это видел! Я переживал вместе с вами, и даже помогал, когда мог… И сейчас вы все смогли найти друг друга лишь потому, что в этот мир пробились призраки, включая меня — и мы ослабили магию предков.

— Ну, ничего себе… — только и сказал Дино растерянно, и, прежде чем он добавил что-то еще, Ванька продолжил:

— С вами еще не хватает моей сестры… Ну, ничего. Они уже совсем близко. Я их слышу, — он снова улыбнулся.

— Сестры? — непонимающе переспросила Эффи, и вгляделась туда, куда с надеждой и нетерпением смотрел Ванька.

И в то же мгновение к ним откуда-то выбежал Демонтин, первым делом заметивший Эффи и что она все еще человек… Но, увидев Ваньку, он испытал смешанные чувства и даже, не веря своим глазам, улыбнулся… А с противоположной стороны, откуда к холму бежал тонкий ручеек, показалась белесая кудрявая голова Дэни и ее свадебное платье — а рядом с ней шел все тот же Богдан в строгом, но уже наполовину разорванном костюме, и Кира, нервно высматривающая Артура.

Равен, Арт, Лилия и Мара появились прямо буквально через полминуты после них, увлеченно разговаривая о чем-то, но, стоило им появиться, как голоса их тут же смолкли, оборвавшись все и сразу. И сразу же за ними прибыли Амелия, Раймон и Василиса… Вся поляна замерла при виде Ваньки,

а лес застыл в томительном ожидании чуда — оно было прямо перед их глазами…

Глава 6. Семья///Часть 3. Жертва

Глава 6. Семья

Часть 3. Жертва

– ------------------------Ruelle — Storm-------------------------------------------------

Возвращение Ваньки, хоть и в образе призрака, придало всем немного надежды — ведь с утратой его ушел, казалось, и весь прочий смысл. Все это долгое время они чувствовали себя так, будто что-то важное ушло из их жизни, и чувствовали это все. И на фоне всех этих безумных разговоров и расспросов, резко посыпавшихся на Ваньку, Демонтин быстро переглянулся с Эффи, сделал еле уловимое движение рукой и шагнул в сторону — Эффи последовала за ним.

И что было более странным — ее превращение в оборотня внезапно оборвалось, будто кто-то помог ей или избавил от этого… Но нет. Эффи внимательно прислушалась к себе и поняла, что это еще не конец. Демонтин не мог прекратить этого, ведь он и обратил ее, но Ванька… Ванька, будучи призраком и спасший многих в этом лесу — вполне мог.

Она поняла, что как бы то ни было — но сейчас было не лучшее время ссориться. Они с Демонтином оба совершили ошибки, и немало, и сейчас у них был исключительный шанс, хотя бы перед тем, как все закончится, исправить их. Хотя то, что Демонтин сделал, вряд ли можно было бы исправить… И он чувствовал себя немного неловко, осознавая, что причинил ей боль, и в этот самый момент она снова встретила того, кто всегда был с ней рядом.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил оборотень, оперевшись плечом на ближайшее дерево. Эффи смотрела на него уже без тени обиды, но каким-то растерянным и туманным взглядом, в котором ясно читалась обреченность и потерянность.

— Обращение еще не началось… Точнее, началось, но утихло на время. Мои кости пока в порядке.

— Прости меня… — еще тише сказал он, — Кажется, каким-то неведомым способом я обрек тебя на жизнь, еще больше наполненную страданиями, которой я и сам жил всегда.

— А может, это совсем недолго продлится? — Эффи усмехнулась и с искренней иронией развела руками. — Ты знаешь, что происходит. Мы можем и не выжить совсем. Может, мое обращение в оборотня и не имеет уже особого значения…

— Но имеет для меня, — Демонтин возразил, подошел ближе и наконец, взглянул ей в глаза. — Я не знаю, что хуже — исчезнуть навсегда или стать оборотнем… Но я точно знаю, что из этого действительно плохо. Умирают быстро. А оборотнем ты становишься на всю оставшуюся жизнь…

— Я это знаю, Демонтин. Но суть в том, что я уже не знаю, что на самом деле плохо, а что — хорошо.

Демонтин, помедлив, кивнул и уставился на листья под ногами, так хаотично разбросанные… Этот искусственный лес дышал каждым их словом, ожидал какой-то развязки, и он просто не мог оставить все как есть. На нем теперь лежало больше ответственности, чем прежде — а, значит, и она теперь будет самой большей ее частью.

— Если позволишь — я помогу тебе. Станешь частью нашего клана, я буду всегда присматривать за тобой. Никуда не денусь больше — те времена уже в прошлом, ты сама знаешь.