Наследие
Шрифт:
Друзья зашептались, все посмотрели на Сашу. На Холли надежды не было, Жеро пропал — вернее, пропал его дух, — и теперь все искали совета женщины. По правилам возглавить тройственный ковен должен был Филипп, но он как-то незаметно отдал ей первенство.
«Он не боится ответственности, — думала Саша. — Просто понимает, что он и его ковен тут новички и остальным будет лучше, если я их поведу. Я хорошо их знаю. Я старше, а кроме того я — женщина».
Она покачала головой. Да, Филипп мудр не по годам.
— Аманда права.
Саша вздохнула.
— Попробуем сегодня вечером.
— Сегодня вечером, — сказал Майкл, улыбаясь герцогу. — Сегодня мы разделаемся с остальным ковеном.
Лоран кивнул.
— Я так понимаю, твоя жена с ними. На щеках колдуна заиграли желваки.
— Бывшая жена. Думаю, нам с ней поздно о чем-либо разговаривать.
Герцог тихонько рассмеялся.
— В мое время люди не знали, что такое «бывшая». Жена оставалась женой либо становилась жертвой.
Майкл улыбнулся.
— А в твоей эпохе определенно что-то есть. Думаю, и нам пора вернуться к старым, добрым семейным ценностям.
— Кстати, о семье. Я бы на твоем месте приглядывал за страшим сыном.
— За Илаем? — Колдун махнул рукой. — Да он безобиден! А кроме того, у него смелости не хватит, чтобы пальцем меня тронуть.
— Как знать. Ему не понравилось, что ты оставил Жеро погибать во времени сновидений.
Майкл рассмеялся.
— Что-то не верится. Мальчишки друг друга ненавидят. Надежный человек мне рассказывал, что Илай пытался убить Жеро. Последний раз, кажется, яд подсыпал в еду.
— Может, это и правда, но я бы все равно глаз с него не спускал.
Герцог многозначительно поднял бровь, глядя на своего живого родственника.
Майкл поджал губы. Лоран редко ошибался. И все-таки это было уж слишком. Надо бы поразмыслить обо всем на досуге. А сейчас пришло время готовиться к ночным жертвоприношениям.
Илай вертел в руках атам, глядя, как свет играет на отточенном лезвии. Он помнил день, когда они с Жеро благословили клинок, смочили в собственной крови. Крови Деверо.
Он разозлился и швырнул кинжал на стол у кровати. Илай долгие месяцы пытался убить Жеро, а теперь, когда брат, скорее всего, погиб, не находил в этом никакой радости.
Почему отец его бросил? Ведь Жеро всегда был его любимчиком.
Если уж Майкл Деверо погубил Жеро, о спасении которого умолял сэра Уильяма, что уж говорить об Илае? Тот всегда знал, что отец жесток, опасался его. Но убийство родного сына… В такое просто не верилось. Теперь Илай понял, что под угрозой и его собственная жизнь.
Сила Майкла была велика, но он не мог свергнуть сэра Уильяма в одиночку.
«Мы с
Молодой человек вздрогнул. Если он и боялся кого-то больше отца, то это был Уильям Мур. Илай тряхнул головой. Нет, связываться с главой Верховного ковена он не станет. Хватит с того и пустых уверений в преданности, которыми пичкают его члены ковена. Из двух зол выбирай меньшее.
Он взял атам. На рукояти сверкали драгоценные камни.
«А ведь я буду скучать по этому негодяю», — с удивлением понял Илай.
По крайней мере, с братом он всегда знал, чего ждать. А еще ненависть придавала смысл его жизни — тот самый смысл, которого сейчас так не хватало.
Он посмотрел на часы. Через тридцать минут предстояла встреча с Джеймсом. Надо успокоиться, чтобы не вырвать ему глотку.
«Жеро, по крайней мере, не уводил у меня девушек», — с горечью подумал Илай.
Саша в который раз вытерла руки о мантию — ладони ужасно потели. Полчаса назад Пабло сообщил всем, что Майкл что-то затевает.
Неужели хочет напасть? Надо поскорее привести Холли в чувство. Чтобы успокоиться, Саша постаралась дышать глубже. Центр комнаты очистили от мебели. На полу целебными травами выложили пентаграмму, у вершин которой поставили свечи. Женщина сжала рукоять серебряного атама. Как жаль, что Кари дали успокоительного и отправили наверх спать. Ее исследовательские таланты могли бы им пригодиться.
Арман и Томми положили Холли в центр пентаграммы. Девушка по-прежнему смотрела в одну точку и бормотала что-то себе под нос.
В комнату медленно и тихо вошли остальные. У каждого в руке была свеча. Они встали как можно дальше от пентаграммы, ведь никто не знал, что может произойти. Саша заметила, что все, кроме Дэна, взяли кресты. Томми приподнял свой с улыбкой, будто хотел сказать: «Это ведь не повредит».
Все заняли свои места, и Саша начала:
— Богиня, услышь нас. Мы, слуги твои, собрались в священный Круг. Благослови нас и благослови избранную тобой.
— Благословенна будь, — отозвались остальные.
— Она — в центре пентаграммы, и пять сил призываем мы на помощь. Огонь, изгони тварей, что завладели этим телом. Могучий ветер, отнеси их туда, откуда они пришли. Земля, исцели тело, которому ты подарила жизнь, и привяжи душу, пусть не покинет она этот мир. Вода, напои дух ее. Долго скиталась она в пустынном, высохшем краю. Душа, возвратись на свое истинное место! Холли, вернись к нам!
Травы вспыхнули, пентаграмма засветилась. Холли молча смотрела в огонь. Внезапно она запрокинула голову, потом оглядела всех с ненавистью.