Наследие
Шрифт:
— Ну я уже тому рад, что хоть некоторые из нас мыслят здраво. Итак, — Ефремов повернулся к карте на экране, развернувшемся на всю стену отсека. — Мы вышли у звезды класса G4. У неё имеется три планеты. Предварительные данные — здесь. Так что если вы думали, что наличие на борту ИИ — это все сюрпризы, то вы очень и очень ошибались.
Он усмехнулся.
На мониторах появились параметры планет.
— С ума сойти, — сказал Виктор, всматриваясь в бегущие строчки. — Это что, розыгрыш?
— Ну я думаю, какие уж тут розыгрыши, — проворчал Джеймс. — Кислородный
— Слушайте, может мы ещё летим, и над нами просто ставят эксперимент? — негромко произнесла Аня.
— Это вероятнее, — заметила Елена. — Чем поверить в то, что мы вышли неизвестно где у потенциально обитаемого мира…
— Данные, конечно, предварительные, но всё указывает на исключительно благоприятный прогноз, по крайней мере, теоретически мы сможем высадиться на планете. Однако, не всё так просто…
— Может ваша… Иви, раз уж она все равно так сказать, встроена в корабль, поможет нам разобраться в ситуации? Выхода у нас всё равно нет. — сказал Джеймс, потирая виски. — Хотя, признаюсь, у меня до сих пор это в голове не укладывается.
— У остальных возражений нет? — обратился Ефремов к экипажу.
— Как замечательно, что теперь вы спрашиваете наше мнение по поводу незаконного искусственного интеллекта, который вы встроили в корабль вопреки куче законов и поставив под угрозу наши жизни и сам проект. — ядовито сказала Елена. — Что уж теперь?
— Можно было просто сказать, что не против, — невозмутимо сказал Ефремов, — Иви, подключись к нашей беседе. Теперь наконец пришло время и всем остальным познакомится с тобой.
— Очень рада поприветствовать вас лично. — прозвучал в кают-компании ровный, негромкий женский голос. — Хотя и при таких обстоятельствах.
У Елены выступили капельки пота на лбу. Ефремов успокаивающе поднял руку.
— Я вас уверяю, — начал он. — Она абсолютно безопасна. Абсолютно! Иви создана совершенно по другим технологиям, отличным от Второго проекта. Кроме того, многие из систем корабля проектировала именно она, иначе бы мы не добились такого серьёзного научного прорыва. Итак, Иви, расскажи нам подробнее, что произошло. Насколько я понимаю, ты не отключалась во время прыжка и данные бортового компьютера были тебе доступны?
— Все верно, — ответила программа. — компьютеры корабля необратимо повреждены и сейчас их не восстановить нигде, кроме как на Земле. Но теперь управляю я и контролирую все системы, так что о дальнейших сбоях не нужно волноваться. Я не стану пересказывать вам технические подробности, вы можете вызвать их в любой момент на свои коммы. Но в целом — прыжок был совершён, однако произошёл сбой, причины которого мне неизвестны. После чего наши генераторы потеряли очень много энергии. Возможно, мы попали в неизвестную аномалию во время перехода. На данный момент мы не можем вернуться домой. Видимо, наши данные о проколах пространства были неверны или неполны.
— Они испытывались, — возразил Хейден.
— В солнечной системе — да, но не в межзвёздном пространстве, — парировала Иви. — Прыжок на такое расстояние ранее не совершался.
— Ну что же, мы подождём некоторое время, чтобы зарядить аккумуляторы, а пока, как только определимся с местом, будем монтировать второе кольцо здесь, — сказал Виктор, оглядываясь на остальных, — Конечно это малоприятное событие, мягко говоря, план разведки сорван, но мы и так нашли пригодную для жизни планету и сможем вернуться, я бы сказал, с отличным результатом.
— Всё не так просто. L3, который установлен в наш реактор, тоже стал неактивен. Он больше не выделяет энергию под воздействием излучения. Мы фактически остались без энергоресурса. Я могу удерживать ядро в рабочем состоянии некоторое время, перенаправляя энергию с накопителей, но этого едва хватит на основные системы, не более. Ресурсов на монтирование кольца на данный момент нет.
— Это невозможно… — растерянно сказала Аня.
— Значит, возможно, — возразил Александр. — L3 изучен мало. Что произошло во время прыжка, неизвестно.
— К сожалению для вас, это так. Но не всё плохо, — продолжила Иви, — есть вариант замены элемента. Смотрите. — она вывела на экран схему системы. — У местного солнца три планеты. Первая слишком горяча, третья — потенциальна пригодна для жизни. Однако для зарядки аккумуляторов наиболее подходит именно второй мир — там я обнаружила наличие изотопа урана. Разработав шахту, мы сможем достаточно быстро добыть необходимое количество хотя бы для бесперебойной работы ремонтников. После этого высадимся на третью планету, и начнём установку кольца для обратного перехода.
— Сколько же времени нам понадобиться для этого, учитывая возможные мощности? — спросил Тейлор.
— Мне трудно ответить точно, мало данных. Даже если всё пойдёт по плану, нам потребуется годы на всю операцию. Я смогу перестроить реактор под уран, но конечно же его мощность будет несравнима с L3.
Люди молчали, переглядываясь друг с другом.
— Я думаю, нам сейчас нужно прийти в себя, — устало Хейден, — а потом уже решать! Но это единственное возможное решение на данный момент, видимо.
Виктор мельком взглянул на Анну, которая закусила губу, и смотрела в сторону. «Волнуется девочка, — подумал он. — Побольше всех нас, а старается не показывать. Нужно с ней поговорить. Вот зараза, да тут каждому по психотерапевту надо, одной Арсеньевой не обойдёмся».
— Вы правы, я не учла ваше состояние, — продолжила Иви, наверное, уловив общее настроение экипажа. — Вам рекомендуется отдохнуть. Вы пережили шок, а многие — и физические травмы.
— Тогда предоставим дальнейший анализ данных Иви, — сказал Ефремов. — Резюмирую — единственная возможность вернуться — это постройка второго кольца и нахождение координат нашего местоположения. Добыв необходимое количество урана, мы сможем обеспечить реактор энергией. Да, до L3 ему далеко, но это самый мощный из доступных нам источников сейчас.