Наследие
Шрифт:
– Ты сам мне об этом рассказал, почитай две тысячи лет назад, - лукаво улыбнулся Велес.
– Ты хочешь сказать, что, вернувшись назад в прошлое, я встретился с тобой и рассказал о том, что был в Кияре?
– Пораженный Стас замолчал.
– Именно.
– Велес невозмутимо налил в пустой бокал вина.
– Но, в таком случае, я должен был тебе рассказать и о том, что отказался спасать Белояра?
– Рассказывал.
– Бог бросал фразы отрывисто, потягивая и смакуя вино.
– Так какого рожна ты тут напророчил?
– Стас начинал закипать.
– Надо же было попробовать. Вино замечательное!
– Велес даже прищурился от удовольствия.
– Подожди. Но ведь если предположить, что отсюда я вернусь в прошлое и встречусь с тобой, то еще до того как рассказать
– Стас задумчиво почесал затылок.
– А если, допустим, я передумаю тебе об этом рассказывать, то, следовательно, изменю будущее, то бишь сегодняшний настоящий день? И тебя сейчас за столом не будет и пророчества твоего тоже не будет. Но в моей памяти ведь все это останется, - вслух рассуждал Стас, уже начиная путаться в построении логической цепочки умозаключений.
– Бред какой-то. Так ведь можно до бесконечности петлять.
– Может, именно поэтому наши далекие предки лемурийцы и наложили генетический запрет на путешествие во времени для своих потомков, - подняв указательный палец, многозначительно изрек древний бог.
– Но ведь на Архонтов этот запрет не распространяется? Да и на самих лемурийцев, насколько я понял, тоже?
– Архонты путешествуют во времени, используя мощь Кристалла Мироздания, который позволяет точно рассчитать и предусмотреть все возможные последствия и степень воздействия на окружающий мир, - поучительно начал Велес.
– Лемурийцы [169] сами по себе представляли мощнейшие вычислительные машины и руководствовались давно забытыми тайными знаниями мироздания, а также оперировали невероятными потоками энергии. Кроме того, они находились в полном единстве с окружающей Вселенной, и даже теоретически не могли причинить ей какой-либо урон. Ты же, князь, уж прости старика, словно тот слепой котенок в темной комнате, мечешься по времени и пространству, натыкаясь на стены. И я глубоко удивлен, как это до сих пор ты еще не разрушил существующий порядок вещей и не вверг Вселенную в хаос.
169
Лемурийцы - представители третьей коренной расы, обитавшей на Земле. Они являются прямыми предками человечества.
– Темнишь ты, уважаемый бог. Ведь твое пророчество направлено именно на то, чтобы я предпринял попытку изменения естественного течения времени и истории. Потому как ты, как никто другой, четко понимаешь, что несет за собой нынешнее распятие Буса Белояра, и при этом не боишься Хаоса?
– Хаос и так давно поселился в душах людей, - почти прошептал Велес.
– Но ты прав, я действительно решил попытаться использовать тебя и изменить реальность. И, как мне кажется, в лучшую сторону. Сильное государство ариев в союзе с готами на долгие века сохранит ведические знания и предотвратит распространение новой веры по землям предков. Ты в состоянии это сделать, и я еще раз попытаюсь тебя убедить оказать помощь своему народу.
– Не стоит этого делать, бог, - устало промолвил Стас.
– Я уже говорил твоему жрецу и повторю тебе: через три года Уральский хребет пересекут полчища гуннов и, сметая все на своем пути, дойдут до берегов Атлантики. Могучий вечный Рим падет ниц к ногам Аттилы и будет платить ему непосильную дань золотом. Вам не остановить новую религию, ибо Мессия рожден и уже принес себя в жертву ради любви к своему народу. Под его знаменем на Земле прольется море крови, под лозунгом "Не убий" иезуиты [170] сожгут на кострах сотни тысяч ни в чем не повинных людей, с воплями "Возлюби ближнего" монахи и попы будут выжигать каленым железом ведические знания и веру в вас - своих предков и богов. Поверь, я не в восторге от той истории, которую знаю и помню, но это история Земли, и я не вправе менять ее, как бы мне того ни хотелось.
170
Иезуиты, или Орден иезуитов - мужской монашеский орден Римско-католической церкви, основанный
– Может, ты и прав, Архонт, - задумчиво произнес Велес.
– И нам действительно пора покинуть эту Землю, как это сделали многие из нас. Девана, кстати, пять веков назад ушла со Святогором, и за ней последовали многие молодые боги.
– Старик вопросительно взглянул на Стаса.
– Может, все-таки есть слова, которые способны тебя убедить в обратном, князь?
– Однажды, в том далеком будущем, Святогор сказал, что время очень капризно и не любит вмешательств. Кроме того, сам временной поток обладает огромной инерцией, которая исправляет любое воздействие, возвращая течение в привычное русло. Начав сейчас корректировать исторические процессы, этим придется заниматься постоянно и непрерывно, и вот это действительно может привести к полному хаосу.
– Стас сделал большой глоток вина и поставил бокал на стол.
– Что я там тебе еще рассказывал две тысячи лет назад о сегодняшнем дне?
– Ты присутствовал на казни Белояра.
– С тобой или без?
– Говорил, что был там один.
– В таком случае, предлагаю прервать трапезу и отправиться туда вместе. А о том, что ты был со мной, Велес, я тебе две тысячи лет назад рассказывать не буду, - усмехнулся Стас.
– Я еще подумаю, стоит ли тебе вообще что-либо рассказывать.
В горах ранней весной сумерки наступают резко и внезапно. Покрытые снегом склоны уже отражали холодный свет полной луны и предоставляли не лучший обзор для двух путников, одиноко стоящих у подножия холма. Стасу и Велесу вовсе не нужно было яркое освещение, чтобы во всех деталях рассмотреть последний акт завершающейся трагедии. Вдоль укатанного снежного тракта в два ряда стояли высокие кресты, срубленные на скорую руку из анисового дерева, растущего вокруг в изобилии. Грубо откованными ржавыми гвоздями к поперечным перекладинам были прибиты кисти рук живых еще людей. Капли алой крови медленно капали из разорванных вен и сухожилий, окрашивая багряным цветом белый снег, с каждой минутой обескровливая тела, унося с собой остатки жизненной силы и энергии.
У каждого креста стояли по два хорошо вооруженных воина, державших в одной руке ярко горящий смоляной факел, а в другой - древко длинного копья. И сквозь этот строй, освещенный адским мерцающим огнем факелов и сопровождаемый стонами умирающих боевых товарищей, с огромным крестом на плечах, медленно переставляя босые ноги, шел последний царь Руксолани - Бус Белояр. Готы не поскупились на крест для властителя антов - четырехметровое вертикальное основание было выстругано из кедра, а массивная перекладина - из древесины благородного кипариса.
Сгибаясь под тяжестью ноши, уже далеко не молодой Бус начал тяжелый подъем на холм, у подножия которого стояли наши герои. Подгоняемый уколами копий, он медленно тащил на своих плечах тяжелое орудие собственной смерти, белая древесина которого отражала голубой свет полной луны и алые блики пламени факелов. Ни одного звука не сорвалось с уст гордого князя, когда массивные гвозди, разрывая плоть и сухожилия, соединили кисти его рук с кипарисовой перекладиной. Только слабый глухой стон раздался свысока, когда готы водрузили крест в вертикальное положение, и под собственным весом начала рваться его плоть. Две тонкие струи алой горячей крови окрасили в кумачовый цвет нетронутый снег Кавказа, расплавили его своим теплом и моментально впитались в мерзлую землю, оживляя ее после долгой зимней спячки.
Вместе с первым стоном Белояра на яркий круглый лик Луны стала наползать черная тень - начиналось полное лунное затмение, начиналась новая эра, начинался новый Сварожий Круг. Когда Луна оказалась закрытой на три четверти, среди войска готов произошло замешательство, горящие факелы заметались было в панике, но бойцов быстро успокоили их командиры. Это были суровые и дисциплинированные воины, закаленные в многочисленных боях и сражениях, привыкшие встречать смерть в лицо, но и умевшие уважать ее. На высоком вороном жеребце сквозь строй живых еще мертвецов мчался всадник в черных матовых доспехах с высоко поднятым, сверкающим в бликах пламени мечом.