Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2
Шрифт:
— Господи-ин, просыпайтесь, пожалуйста! Очень надо! Там такое...! Такое! Ну-у, господи-ин, вставайте, давайте!
— Чё опять? — пробурчал недовольно, все ж несколько дней уже не добирал по сну, и организм отчаянно требовал продолжить.
— Там Руди! Он это... это! — тыкал пальцем в сторону двери в гостиную парень.
А вот это уже напрягло и я, единым движением откидывая одеяло и вскакивая с постели, устремился в смежную комнату. Там же...
Да — Руди! И смех, и грех, как говорится.
— У него крылышки появились! — наконец-то по-человечьи
Ну, так я и сам теперь видел.
Те бугорки над передними лапками, что я приметил еще в первый день нашего знакомства, лопнули, чешуя раздвинулась и выпустила перепончатые, прозрачные даже на таком блеклом свету, мелкие недокрылошки. И вот теперь этот чудик, как никогда похожий на мультяшного персонажа, пытался взлететь!
Впрочем, «взлететь» в его случае, это сильно сказано. Скорее, он взлягивал как козленок, высоко вскидывая тяжеловатый зад, и трепыхал растопыренными перепонками, которые край годны были к полету для воробья, но никак не для тварюшки, размером с молодого кота.
Сказать, что я был удивлен — это ничего не сказать! Нет, я в общем-то уже подозревал, что в тех бугорках «спрятано», тем более что ни драконица, отпустившая дитятко ко мне, ни эльф, больше других понимающий, что к чему, в этих выпуклостях ничего страшного не видели. А уж далее по смыслу... но вот чтоб так быстро! Все ж, как я понял, ребенку всего дней пять-шесть от роду.
Хотя... если учесть, как он растет, то кто его знает, может так и надо. Все ж всего за три дня, как мы встретились, дракончик увеличился в размерах раз в пять, если не больше. Просто дни эти были настолько переполнены всякими делами и событиями, и я столько успел за это время пережить и осознать, что казалось, прошла не одна неделя с момента нашего знакомства.
— Все же ты много жрешь, — выдал я первое, что пришло в голову, глядя на корячки Мелкого, — такой зад в полет поднять, суметь еще надо.
Тот прекратил попытки взлететь и уселся на упомянутый зад, а вот глаза его стали грустными-грустными.
— Не расстраивайся, — подошел я к нему и, присев рядом на корточки, потрепал по голове, — всему свое время. А насчет «пожрать» я пошутил, кушай, сколько влезет, может, и крылья быстрей отрастут.
Нет, я как бы был вполне искренен в своем высказывании, но выходило, что ляпнул такое все же зря — чувствовалось, приятель расстроился неслабо и к шуткам не готов. Да и потом, что я понимаю в физиологии драконов? Может все идет правильно.
Когда с этим происшествием утрясли, стало понятно, что ложиться снова, смысла не имеет — часы показывали начало шестого и через полтора часа должны были уже подавать завтрак. Так что, с учетом всех утренних обязательных дел, на «хорошо поспать» времени все равно не оставалось, и я решил не откладывать намеченное с вечера в долгий ящик, а разобраться с проблемами сейчас.
— Жок, кто там, говоришь, у вас барбером служит? — спросил я валета.
Тот опять непонимающе выкатил на меня глаза — забыл значит, и мне пришлось напомнить, почикав снова, как ножницами, двумя пальцами возле своей
— А-а, понял! — обрадовал меня наконец-то валет. — Мох может постричь!
— Зови.
Призванный в покои Мох оказался тем шустрым слугой, что примелькался еще в первый день по прибытии, и который, похоже, у них тут был на все руки мастер. Явился он, вооруженный совершенно зверского вида ножницами, каковыми на моей кухне Леночка Гавриловна с одного щелчка расхеракивает курицу, что понятно, ввело меня в некоторую опасливую оторопь.
Но догадываясь, что если не он и не этим, то — никто и ничем, и ходить мне придется и дальше с драными, разноцветными лохмами, я был вынужден довериться хотя бы такому парикмахеру, несмотря на его по инквизиторски устрашающий инструмент.
Когда минут через пять появилась надежда, что рука обскубающего в достаточной мере крепка и уши мои останутся на месте, я осмелел и решился поуказывать мастеру, велев стричь так, чтобы рыжины не осталось совсем.
— Может, немного оставим? Если по самому пожженному месту равнять, то коротко очень будет...— попросил Мох неуверенно.
— Сказал же, стриги по максимуму! Что я как в перьях хожу — будто на башку подушку выпотрошили!
Тот перечить дальше не решился и, продолжая причитать шепотом, дело все же завершил в соответствия с моими требованиями.
Ну, что сказать по итогу? Разглядывая себя в поднесенное Жоком зеркало, я наблюдал на голове коротенький ежик, сквозь который просвечивалась кожа. И хотя моя «родная» стрижка и до этого-то была недлинной, все ж таким я выглядел несколько экстремально для себя. Примерно в таком виде я когда-то отправлялся в армию — красоты, конечно, не много, но по удобству — ничего так, а потому, вполне приемлемо.
С этим и отодвинул зеркало:
— Ну, что скажешь? — спросил я валета.
— Очень коротко... — почему-то с совершенно несчастным видом ответил тот и, поджав губы, всхлипнул.
Не понял.
Перевел взгляд на Моха. Тот на меня вовсе не смотрел, да и трясся весь... похоже, что от страха.
— Что не так с моей стрижкой?! — начал я закипать от такой их реакции.
Ответил мальчик:
— У нас так остригают только убифцев... самых страшных, что сгубили много людёф...
— И что? — не понял я проблемы. — Я-то не преступник. А волосы имеют способность отрастать, если вы не в курсе.
— За три недели, когда вам придется ехать на турнир, они не успеют отрасти до положенной длины, допустимой хотя бы для мага-иноземца... — отмер-таки Мох.
— А сначала предупредить, не вариант было?! — взвился я.
— Я просил разрешить немного оставить... — прошептал, еще больше бледнея, совсем не бойкий в данный момент слуга.
— Не, ну а ты, чего язык в жопу опять затянул?! — рявкнул уже на мальчишку, не сдержавшись. — Вчера же договорились, что говоришь все, как есть! — меня эти их средневековые приколы с господами и слугами уже достали!
— Я думал... — вот, еще и заблеял опять! — если Мох не может вас уговорить, а он старший...