Наследие Мастера
Шрифт:
И всё же лучше до конца времён оставаться камнем, и верить, до последнего верить, что ловушка не сработала. И тот, на кого она рассчитана жив. И, возможно, счастлив.
А мне остается лишь одна пытка - воспоминания. Самые болезненные, самые мучительные, иногда счастливые, но с неизбежным плачевным финалом. Они приходят разрозненно, неожиданно. Слишком реалистичные, словно проживаешь всё заново. А самое страшное - неизбежность. Осознание того, что ничего уже не изменить и не исправить.
***
–
– Срочно?
– протянула я разочарованно. Как не вовремя-то! Я же на фехтование опаздываю, учитель Тарго этого жутко не любит!
– Срочно, Вив, - мажордом сочувственно улыбнулся и аккуратно прикрыл дверь в мои покои.
Я скорчила недовольную рожицу и сердито топнула ногой. Вот вечно так! И ведь отец отлично знает, что у меня урок. Что такого срочного могло случиться?! Опять какие-нибудь послы с неженатыми сыновьями, которых нужно развлекать и мило улыбаться? Как же я всё это ненавижу! Виктория старшая, пусть бы и старалась на благо короны!
Так нет же! Она у нас посвящённая Света, вся из себя просветленная-препросветленная, в государственных делах не участвует. Так что отдуваться, как всегда, Вивианне!
Глянула в зеркало: узкие зелёные брюки, коричневая фехтовальная куртка, волосы собраны в тугой узел - чтобы не мешали. Совсем не в соответствии с дворцовым этикетом, но переодеваться не хочется. Ладно, и так сойдёт! Отцу не привыкать, а если кто особо чувствительный в обморок грохнется - так ему и надо! Эх, рапиры для полноты образа не хватает! Жаль, оружие за пределы фехтовального зала выносить нельзя.
Лихо скатившись по перилам длинной парадной лестницы, вприпрыжку припустила через огромный дворцовый холл, взлетела по другой лестнице, чуть не сбив с ног замешкавшуюся горничную.
За спиной раздались негромкое ворчание. Впрочем, беззлобное: несмотря на мои без двух дней двадцать, вся дворцовая челядь продолжала относиться ко мне как к любимому, хоть и не в меру избалованному ребёнку.
В кабинете отец работал с бумагами. При моем появлении он на секунду отвлекся, указал на стул и снова уткнулся носом в какие-то документы.
Я послушно уселась и приготовилась ждать, время от времени с беспокойством поглядывая на часы - времени до тренировки оставалось всё меньше.
Смешно! Отцовского гнева я не боялась, а вот заслужить недовольный взгляд учителя...
Прошло пять минут, десять... Я начала нетерпеливо ерзать на стуле. Отец со вздохом отложил бумаги.
– В твоём присутствии совершенно невозможно сосредоточиться, Виви!
– произнес он укоризненно.
– Неужели так трудно подождать пару минут?
– Не пару, а пятнадцать, - уточнила я.
– И вообще, у меня тренировка!
Отец скептически осмотрел мой наряд.
– Думаю, твой учитель в состоянии подождать полчаса.
– А-а, тогда ладно...
Строгий учитель, уроженец какого-то из свободных миров, никогда не делал скидок по половому признаку, так же ему глубоко плевать на все мои титулы и придворное воспитание... Но если распоряжение исходит от самого правителя, проблем не будет. Хотя лично я лучше бы фехтовала, чем выслушивала очередные нотации.
Отец снял очки, потер глаза...
– Через два дня твой день рождения, Виви, - зачем-то сообщил он.
А то я забыла бы! Совершеннолетие - день выхода из-под родительской опеки, принятие полной ответственности за свою жизнь и свобода. Полная, неограниченная свобода!
И я уже знала, как этой свободой распорядиться. Академия Координационной Службы - я уже несколько лет ею грезила! Только надо предупредить дядюшку, чтобы не вздумал упоминать о нашем родстве. Не хочется, чтобы кто-то подумал, что я пролезла туда исключительно из-за родственных связей.
– Как обычно, мы устроим большой праздник, на котором будет множество приглашенных...
– ...и мне снова нужно будет нацепить невероятное платье, сделать причёску, - в тон продолжила я.
– Да! Да! Знаем, проходили!
– И это тоже,- кивнул отец.
– Но я, собственно, хотел поговорить о другом, - он сделал многозначительную паузу.
– Как ты знаешь, двадцать лет - особая дата. С этого дня ты становишься взрослой. И поэтому пришло время подумать о замужестве.
Я ушам своим не поверила.
– О чём?!
– О замужестве, - повторил он.
– Но отец... Я... У меня совсем другие планы!
Он горестно вздохнул.
– Безусловно, Виктория куда лучше, чем ты, подготовлена к роли будущей правительницы. Даже её служение, в конечном итоге, было бы только на пользу. К сожалению, твоя сестра уже много лет помолвлена с наследником Ирратского трона, и изменить что-либо в данном соглашении я не в силах.
– А сама-то она об этом знает?
– хмыкнула я, памятуя, в какую панику приводит сестрицу само упоминание о браке.
– Безусловно, - сухо кивнул отец, - и как послушная дочь, она с достоинством примет свою судьбу.
О, да! Хотелось бы посмотреть! Я очень живо представила себе, как отец на поводке тащит Вик к алтарю, а она упирается всеми четырьмя конечностями и верещит от ужаса.
Однако фраза "послушная дочь" содержала лёгкий упрек в мой адрес. Подразумевалось, что я, как и положено послушной дочери, должна подчиниться воле родителя. Всё во мне протестовало против такой несправедливости. Но как человек, воспитанный по принципу "кто, если не я", отлично понимала, что в конечном итоге смириться придётся. Оэльдив превыше всего! Тогда я в это верила.