Наследие да Винчи
Шрифт:
Но они понимали, что по радио информация быстро распространится по всей Болонье; и полицейские, желающие отомстить, бросятся преследовать угнанный мотоцикл. Если заденешь одного, пощады не жди.
Вэнс все разгонялся, обгоняя немногочисленные машины на утреннем шоссе. Когда впереди появились синие огни мигалок, Вэнс несся по белой разделительной полосе. Первая из машин, что преследовали их от отеля, начала заворачивать.
Если не можешь их побороть, присоединись к ним, подумал Вэнс, отпустил одну руку и начал крутить наугад многочисленные ручки на компактной приборной доске мотоцикла.
Вэнс даже рассмотрел выражения на лицах двух полицейских в приближающейся с ревом патрульной машине — и тут же, в самый последний момент, резко свернул налево и поехал наискосок через пьяцца делль Отто Агосто.
Сюзанна с ужасом смотрела на несущиеся машины, одной рукой схватившись за талию Вэнса, а другой — за свою сумочку, где лежали пистолет Тони и все деньги.
Две приближающиеся колонны полицейских машин чуть не столкнулись друг с другом, рьяно пытаясь одновременно въехать на пьяцца делль Отто Агосто.
Вэнс помчался к лабиринту извилистых узких улочек старого города; мотоцикл мог ехать быстро и в то же время хорошо маневрировать, и Вэнс понимал, что надо пользоваться всеми преимуществами.
Солнце едва поднялось и теперь заливало только верхние этажи домов вдоль виа Вентурини, когда мотоцикл влетел с ярко освещенной площади в глубокую утреннюю тень. Верхние этажи, выкрашенные в красный, благодаря теплым утренним лучам горели, а мотоцикл с ревом, отражающимся от стен, несся по прохладной тенистой улице, такой узкой, что там с трудом могли бы разминуться «фиат» и человек.
Мотоцикл пересек виа Риги и снова въехал в серый проулок. На перекрестке с виа Марсала Вэнс повернул налево и заметил справа полицейскую машину. Он подбавил газу Меньше чем в квартале от них показалась другая машина. Он снова свернул направо, и оказался на извилистой улочке, шедшей на юг. Вэнс припомнил, что несколько лет назад гулял по ней, и живот сжался в холодный кулак, когда он вспомнил, что свернуть с нее можно будет не раньше, чем через милю. Если с другой стороны тоже окажутся полицейские, это конец.
На ужасных поворотах шины «мото-гуцци» почти не касались неровной мостовой — Вэнс выжимал максимальную скорость. Они оказались на небольшой площади, выходящей на виа Замбони. Вэнс свернул налево, к Университету и, когда из-за угла со стороны участка вылетела очередная полицейская машина, резко дернул дроссель.
Эта «альфа» ехала быстрее, и, как ни разгонялся «мото-гуцци», патруль догонял. Когда один из полицейских открыл стрельбу, Вэнс начал вилять. Мотоцикл со своими перепуганными пассажирами с ревом несся мимо старинных зданий и бесконечных галерей, мимо пьяцца Верди, где широкая дорога с двусторонним движением превратилась в улицу с односторонним, и они ехали не в ту сторону. «Альфа» приближалась, и Вэнс заметил, как прямо у него перед лицом пуля врезалась в стену.
По бокам узкой улочки, как и на многих улицах Болоньи, с одной стороны шел длинный коридор-галерея, а с другой — каменные стены зданий.
Сюзанна закрыла глаза и прижалась к Вэнсу. Ему тоже хотелось закрыть глаза, когда он понял, что остановиться негде. Он накренил мотоцикл влево, чуть не выпустив руль, когда подскочил на невысоком бордюре, и направил «мото-гуцци» между вертикальных блоков, поставленных для того, чтобы автомобили не заезжали в коридоры для пешеходов. Мотоцикл понесся по затененной галерее. Рядом со свистом пронеслись две колонны.
Сзади раздались неистовые гудки и визг шин, потом послышался звон стекла: полицейская машина врезалась в «фольксваген».
Вэнс притормозил, чтобы снова выехать на улицу. Оставив позади возмущенные крики и вой сирен, они промчались до конца виа Замбони, потом выехали через Порта Сан Донато и поехали по открытой местности.
До автострады Al 4 они доехали без хвоста. Вздохнув немного спокойнее, Вэнс выключил мигалки и сирену, открыл дроссель и понесся на запад. У аэропорта Вэнс повернул к югу, затем ушел с автострады на первом же выезде.
Они сделали полный оборот вокруг города и направились к юго-западным холмам.
Дорога, изгибаясь, поднималась все выше. Сверху и снизу на крутых склонах ровными рядами рос виноград. Сначала шли фермы одного типа, затем другого. Скот, овощи, но больше всего было полей с белыми резными цветками одуряющего бутня.
Дальше, после участка с американскими горками, Сюзанна увидела его — массивное округлое кирпичное здание с выцветшим зеленым куполом-луковицей и многочисленными башенками и шпилями. Оно стояло на вершине самого высокого холма в округе и очень напоминало корабль пришельцев, разведывающих рельеф местности.
Вэнс съехал на обочину.
— Что это такое? — спросила Сюзанна, еле дыша.
— «Сантуарио ди Сан Лука», — ответил Вэнс и жестом велел Сюзанне слезать. — Готов спорить, что где-нибудь там внутри — или, возможно, в пристройке у подножия — мы обнаружим Избранных Братьев Святого Петра и, если повезет, рисунки да Винчи. — Вэнс выключил зажигание. — Это либо наше спасение, либо…
— Это спасение, — сказала Сюзанна, слезая с мотоцикла и помогая Вэнсу откатить его от дороги и спрятать в зарослях робиний и мелкого кустарника.
Потом они прошли полмили вниз по дороге и скрылись в зарослях, чтобы дождаться наступления темноты.
А в Болонье Энрико Кардуччи все еще пытался объяснить сержанту, зачем он тоже бросился в погоню на «фольксвагене», а не остался в отеле. Защищаясь, Кардуччи твердил:
— Сержант, это же вы ехали не в ту сторону.
Глава 21
При взгляде через долину «Сантуарио ди Сан Лука» казалось причудливой детской игрушкой. Но когда начало смеркаться и Сюзанна с Вэнсом подошли к зданию, его огромный силуэт на фоне неба достиг ужасающих размеров. В дневное время Святилище было излюбленным местом туристов: они стремились увидеть также галерею длиной в две с половиной мили, которая тянулась от южных городских ворот Болоньи, Порта-Сарагоцца, по крутому склону Монте делла Гуардиа.