Наследие да Винчи
Шрифт:
Они молча вышли из автомобиля и двинулись по аллее лунго Ларио-Триесте. Дойдя до широкого променада, с которого открывался вид на волнорез и пирс, Сюзанна подошла поближе.
— Вполне можем слиться с толпой, — сказала она, беря Вэнса под локоть. Вокруг гуляли парочки, молодые и старые. Рука у нее была теплая и твердая. Вэнс и Сюзанна остановились у перил и сделали вид, что рассматривают лодки, а сами изучали толпу: не увязался ли кто за ними. Вэнс вздохнул. Ранее чуждый мир интриг и насилия становился знакомым. Он начал приспосабливаться к жестокости и лжи; становился осмотрительным и чутким, замечая важные детали в том, от чего раньше бы просто отмахнулся.
Но в нем развивался не только инстинкт самосохранения. К этому времени Вэнс стал
Сюзанна стояла рядом, и Вэнс ощущал ее руку и бедро. С озера дул прохладный вечерний бриз, играя с волосами Сюзанны. Было хорошо. Городские огни резво танцевали на гребнях волн, пятна света мчались вперед, пока с блеском не разбивались о волнорез и не исчезали вместе с пеной, которая что-то тихо нашептывала.
— Я тут подумал обо всем, — повторил он мягко и почти неслышно. — Прежде всего, вы были правы. Безумием было думать, что я справлюсь со всем этим один. Надо бы отправиться в полицию прямо сегодня, но я чертовски устал.
Сюзанна посмотрела на него. За усталостью скрывались сила и решительность — она уже начинала узнавать этот взгляд. Да, некоторое время назад она с уверенностью считала, что лучше всего пойти в полицию. Лучше, если бы этим занимались профессионалы; лучше, если их подстрелят, а не дилетантов. Но сейчас Сюзанну что-то тревожило — она пока еще не могла уловить, что именно. К тому времени, как Вэнс понял, что она права, Сюзанна передумала. Она решила, что идти в полицию — не лучшая идея.
По-прежнему рука об руку, Вэнс и Сюзанна двинулись к ярко освещенной пьяцца Кавур. По обеим сторонам улицы тянулись кафе с рядами столиков, фонари и кустарники в бетонных клумбах.
Они перешли через дорогу у северного края площади и подошли к кафе «Метрополя», остановившись, чтобы пропустить толпу детишек с родителями к отделу с мороженым. Одна полная элегантная дама спорила по-итальянски:
— Но, cara, ты испортишь аппетит! Ты же еще не поужинала!
Сюзанна с Вэнсом переглянулись и рассмеялись.
— Такое чувство, что мы завтракали миллион лет назад, верно? — сказал Вэнс, изумленно покачивая головой.
— Я, по крайней мере, — согласилась Сюзанна, — умираю с голоду. — Они перешагнули через бордюр и направились к «Метрополю». — Постойте! — вдруг резко сказала женщина, потянув его за руку назад, и Вэнс едва не потерял равновесие. — Что вы видите вон там? Между «Метрополем» и турбюро?
Вэнс прищурился. Из-за обилия света и цвета сложно было разглядеть слабо освещенные объекты.
— Полицейскую машину, — ответил он наконец. — Точнее две. И что?
— Полицейские обычно паркуются перед «Метрополем»?
— Черт.
— Идем. — И она потащила Вэнса через дорогу к автобусной остановке.
— Куда?
— Ко мне в отель.
Вэнс невнятно согласился и молча пошел за ней.
Меньше чем через десять минут подошел оранжевый автобус; они молча сидели рядом, когда автобус, скрипя, вез их вдоль западного побережья озера, мимо виллы Олмо, через кучки домов с пыльными красными черепичными крышами, разбросанные вдоль дороги, зажатые между озером и крутыми склонами. В темноте проплывали огромные виллы, нижние части которых были искусно скрыты от посторонних взглядов тщательно спроектиро-ванными участками. Столетиями озеро Комо притягивало богачей, как магнит. Они строили, особняки у озера и переезжали в них жить, ибо уединение там было гарантировано. Власти ни о чем не спрашивали. Ходило множество историй об оргиях, тайных собраниях, значительных политических сделках, о дележе территорий между влиятельными людьми. Большинство из них были правдой.
Наконец, кашляя, автобус спустился в Черноббьо и с лязгом остановился. Вэнс и Сюзанна быстро вышли.
Женщина снова взяла Вэнса за локоть, и они
Постепенно расстояние между уличными фонарями увеличивалось, деревенские строения сменились с одной стороны деревьями, с другой — стеной. Вскоре они свернули направо, на дорогу к вилле д'Эсте.
31
«Гроздья гнева» (1940) — экранизация классического романа американского писателя Джона Стейнбека, поставленная режиссером Джоном Фордом.
Ставшая отелем вилла была построена во второй половине XVI века по заказу Толомео Галлио, необычайно богатого кардинала Комо и влиятельного государственного секретаря при Папе Григории XIII. [32] За много столетий вилла неоднократно переходила к влиятельным и богатым владельцам, в том числе — к Каролине Брунсвикской, бросившей супруга, короля Великобритании Георга IV. [33]
Распутство этой женщины породило множество легенд об ее неугомонных сексуальных похождениях. Последним частным владельцем была русская императрица Александра Федоровна, мать царя Александра II. [34]
32
Григорий XIII (1502–1585) — Папа Римский с 1572 г., один из вдохновителей Контрреформации. Стремился распространить католицизм в Русском государстве. Провел реформу календаря (1582).
33
Георг IV (1762–1830) — английский король с 1820 г. Официально женился на принцессе Каролине Брунсвикской (1768–1821) в 1795 г., но пара практически не жила вместе, и после восхождения на трон Георг безуспешно пытался с нею развестись. Ее скоропостижная смерть через три недели после коронации Георга — одна из загадок английской истории.
34
Александра Федоровна (Фредерика Луиза Шарлотта Вильгельмина, 1798–1860) — дочь прусского короля Фридриха-Вильгельма III, принцесса Прусская, супруга русского императора Николая I (1817). Александр II (1818–1881) — российский император с 1855 г.
В 1873 году из виллы сделали грандиозный роскошный отель — он до сих пор остался одним из последних на озере мест, сохранивших утонченную атмосферу королевского великолепия, хотя и цены тоже были королевские.
— Как вы, черт возьми, добьетесь того, чтобы меня впустили? — спросил Вэнс. Они прошли мимо лужаек для гольфа через прекрасный коридор из деревьев, где освещение было продумано так, чтобы человек чувствовал себя в уединении. — На мою одежду непременно обратят внимание. — Приключения дня оставили свой отпечаток: белую рубашку Вэнса покрывали мелкие брызги крови. Полувоенные штаны цвета хаки порвались на колене, когда он поскользнулся. — Вы-то пройдете, вы же постоялец, к тому же ваша одежда не слишком пострадала. Похоже, я взял весь огонь на себя.
Сюзанна хмыкнула, велела ему не беспокоиться, и рассказала, что она придумала.
Через двадцать минут Вэнс спустился в номер Сюзанны с металлической пожарной лестницы. Пока она закрывала за ним окна и задергивала шторы, Вэнс отряхнулся.
То была изысканная комната в английском стиле: мебель темного дерева, мягкие кресла с кожаной обивкой, тяжелые шелка, атлас, парча и толстый ковер, в котором легко могли бы утонуть маленькие собачки или дети. Рисунок на обоях под панелями на стене был строгим, сами стены цвета миндаля украшены декоративной лепниной в тон.