Насл?дство
Шрифт:
Катя надела ночную рубашку и забралась в кровать.
У нее еще есть время. Пара дней — точно. Она успеет за это время что-нибудь придумать.
По крайней мере постарается…
Глава 8
Екатерина стояла у кабинета, не решаясь войти. Прошлым вечером они с Михаилом достаточно наговорили друг другу гадостей, чтобы теперь испытывать неловкость при встрече. К тому же, она совершенно не знала, что ему сказать…
— Так вы входите или нет?
Чужой голос нарушил
Михаил, стоявший за ее спиной, хмыкнул. Но при этом присел на корточки и стал собирать листы с пола. Катя обернулась, охнула и ринулась помогать.
— Спасибо. Я сама. Не стоит…
«Ты умрешь».
Мережская почти схватила записку, но листок практически вырвали у нее из рук.
— Это что?
Вдова пожала плечами.
— Так, шутка.
Климский смотрел строго.
— Чья?
— Я не знаю.
Мужчина прищурился.
— Вы не удивлены, — заметил он.
Катя в этих словах почувствовала обидный для себя намек и попыталась отобрать злосчастный клочок бумаги. Мужчина перехватил ее руку. Девушка нахмурилась.
— Отдайте. Это мое. И вас это не касается.
— Касается. Сейчас меня касается все, что имеет какое-либо отношение к вам.
Вдова поморщилась. Во-первых, ее кисть так и не отпустили, а во-вторых, она знала, о чем он думает. Что это спланированное представление, чтобы его разжалобить. Ну, или что-то в этом роде.
Климский словно уловил ее мысли — отпустил ее руку, принял более дружелюбный вид. И все-таки взгляд у него был крайне внимательный, юрист ловил каждое ее движение.
— Это не первый подобный случай, как я понимаю. И сколько было таких посланий?
Она знала, что он ей не верит, хоть и пытается сделать вид, что интересуется ее безопасностью.
— Я не считала.
— Допустим. Где вы их находили?
Катя развела руками словно пыталась охватить весь дом.
— Да где угодно. На столе в спальне, на подносе, в бумагах, на подоконнике, в кровати, даже в шкатулке с драгоценностями.
— И как давно?
— После смерти мужа.
— Надпись одна и та же?
Катя выпрямилась, обхватила себя руками. Климский тоже встал в полный рост. Девушка бросила на него грустный взгляд, потом вздохнула и призналась:
— Разные. Но в основном про месть. За смерть Евстафия, насколько я полагаю. «Ты заплатишь», «Воздаяние близко» — в таком ключе.
А вот этому Михаил был склонен верить в большей степени. Но тогда перед ним вставал другой вопрос…
Юрист посмотрел на поникшую девушку и решил отложить тяжелый разговор хотя бы на полдня. Но Екатерина его опередила.
— Я не убивала его. Можете думать, что угодно, но это не изменит того, что я не причастна к смерти мужа.
В ее голосе сквозила безнадежность. Словно она точно знала, что ее не услышат. А Михаилу наоборот, вдруг
Он открыл дверь в кабинет.
— Прошу. Видите, даже стучать не пришлось.
Она не улыбнулась — молча прошла внутрь, стала к окну, вцепившись пальцами в подоконник.
— Михаил… Мне нужно получить от вас ясный, четкий ответ: не смотря на наши разногласия, не смотря на ваше отношение ко мне и моей семье, вопреки прошлым обидам — вы не бросите эту работу, пока все не закончится? Вы обещаете мне, что не уйдете раньше? Ради Лизы, обещаете?
Михаил кивнул. Потом сообразил, что она его не видит, ведь стоит лицом к окну и спиной к нему и сказал:
— Обещаю.
— Спасибо.
Дверь кабинета осталась приоткрытой, и Аглая зашла, не стучась. Лицо у нее было пунцовое — то ли бежала, то ли недовольна чем-то, а может, и все вместе.
— Хозяйка, там батюшка ваш прибыл. Требует вас немедленно.
Катя вздрогнула. Обернулась, бледная, словно мертвая, посмотрела на Михаила.
— Учтите: вы дали слово.
Юрист кивнул.
— В какой гостиной, Аглая?
— В большой. Ульяна несет чай.
— Он вряд ли понадобиться, — пробормотала Катя и пошла следом за экономкой.
Мрачная, словно ее вели на казнь.
Аристарх Ляпецкой стоял, облокотившись на пианино и нетерпеливо стучал инкрустированной золотом тростью по лакированной ножке инструмента.
— Доброе утро, отец.
Мужчина недовольно оглядел дочь, подошел к дивану, сел. Похлопал рукой рядом с собой.
— Сюда. Села, быстро.
Екатерина подчинилась.
— Я кое-что не понял. Пока я мотаюсь по всей стране в попытке разрешить твои проблемы, оказывается, что ты ставишь мне палки в колеса. Стоило мне вчера вернуться домой из длительной деловой поездки, как мне сообщили, что ты выгнала врача, которого я для тебя нанял за бешеные деньги. Это какое-то недоразумение, или ты решила вогнать нас с матерью в гроб своим непослушанием?
— Нет. Но отец, зачем тратиться, если я тебе и так скажу, что я не беременна?
— А меня два месяца назад заверили в обратном. И знаешь ли, я этому профессионалу больше верю, чем взбалмошной непоследовательной девчонке. Твой поступок отвратителен. Ты не только пренебрегла моими наставлениями, но и выставила наш род в крайне невыгодном свете перед светилом современной медицины.
— Я…
— Молчи. Не желаю слушать твои жалкие оправдания. Сегодня у меня назначена с ним встреча, завтра он приедет к тебе опять. И ты его примешь как радушная хозяйка и послушная дочь. А после завтра я пришлю к тебе юриста, и ты передашь ему все бумаги покойного. Поняла?
Екатерина на мгновение зажмурилась. Собралась с духом, выдохнула, открыла глаза и выпалила:
— У меня заключен уже договор с юристом.
Аристарх, пригубивший было чай, поперхнулся.
— Что???