Наше море
Шрифт:
В это время луч прожектора с таманского берега упал на море, сейчас же вспыхнул второй луч. Он быстро побежал по воде и осветил корпус немецкой быстроходной десантной баржи.
Мацута с досадой прикусил губу. Ему было хорошо известно, как опасна встреча с этими кораблями, вооруженными 75-мм пушками и крупнокалиберными пулеметами.
За первой баржей в кильватере следовала вторая. И сейчас же с таманского берега загрохотали залпы нашей береговой артиллерии.
Головная баржа резко отвернула вправо и вдруг потеряла ход, наскочив, видимо, на банку или отмель. Вторая БДБ хотела ей помочь, но
Орудийные залпы ложились возле баржи, сидевшей на мели. Снова вспыхнул прожектор и тотчас погас. В отсветах его было видно, как спускают шлюпки вражеские матросы.
– Везет нам сегодня!
– весело сказал Щепаченко.
– Да… - подтвердил Чугуенко, хотя знал, что дело не в везении, а в том, что самолеты, прожекторы и наши береговые батареи помогают отряду тральщиков выполнить трудную и опасную работу.
Особенно отличились в эти дни на тралении, проявив исключительное мужество и боевое мастерство, подрывники мичман Рябец и старшина Лепетенко. Отлично работали экипажи тральщиков лейтенантов Кременюка и Акулова, мичманов Голова и Леонгарда.
…Траление фарватеров в Керченском проливе было закончено в срок. Корабли флота с десантными войсками на борту сосредоточивались в портах посадки, откуда должны были устремиться к берегам Крыма.
Глава одиннадцатая.
Нас ждет Севастополь!
Поздней осенью в Керченском проливе беспокойно и хмуро. Ветер поднимает холодные крутые волны, небо плотно закрыто [158] Глухов, выйдя из землянки, остановился, вглядываясь в разбушевавшееся море и прислушиваясь к гулу далеких орудий. Из-за штормовой погоды десантная операция на крымскую землю, назначенная на 28 октября, вчера вторично была отложена.
Осенние злые ветры гуляют по широким просторам Азовского моря и гонят оттуда мутную всклокоченную воду в пролив.
Глядя на раскачивающиеся на взлохмаченной волне сторожевые катера, Глухов был доволен, что удалось до наступления шторма перейти морем из Геленджика на этот пустынный рейд у озера Соленого. И не просто перейти, а перевезти армейские части и морскую пехоту. Сейчас войска Северо-Кавказского фронта готовились к десанту на крымскую землю.
– Не утихает норд-ост, - проговорил старший лейтенант Чеслер, выходя вслед за Глуховым из землянки.
– Вопрос решен, будем высаживаться с попутной волной, - не оборачиваясь, ответил Глухов,
Петр Чеслер был освобожденным командиром звена, но в отряде находился лишь один катер его звена, поэтому Глухов поручил ему исполнять обязанности начальника штаба отряда. Чеслер только что доложил Глухову, разложив на шатком деревянном столе морскую карту, новые [159] данные о противодесантной обороне Керченского полуострова. Днем из Тамани, захлебываясь на встречной волне, вышли в разведку три торпедных катера. Как только в проливе появились их белые буруны, более десяти батарей противника - среди них были и недавно установленные - открыли огонь. Наблюдатели засекли обнаружившие себя огневые
Сейчас артиллерийские дивизионы береговой обороны подполковника Малахова обстреливали побережье.
Когда утих орудийный гул, над проливом на малой высоте промчались штурмовики.
Обсуждая с Чеслером детали предстоящей операции, Глухов ясно представлял себе его беспокойство. Подход к мелководному побережью в штормовую погоду был очень рискованным. Попутная волна легко могла выбросить катера на отлогий берег. Кроме того, противник выставил в проливе много якорных, магнитных и противокатерных мин.
Это затрудняло плавание не только больших кораблей, но и мелкосидящих судов. Поэтому по пути предстоящего движения десантных кораблей были протралены фарватеры на возможное приближение к берегу противника. Тральщики нашей бригады, такие как КТЩ, мотоботы, производили тральную разведку, определяли границы вражеских минных полей и вытраливали их или выставляли ограждения.
Но Глухов и Чеслер понимали: десант сегодня ночью должен быть высажен любой ценой.
К октябрю 1943 года в результате наступления Красной Армии на Украине фашистские войска были отброшены за Днепр, а крымская группировка противника оказалась блокированной с суши.
Советское командование приняло решение высадить десант на Керченский полуостров для содействия войскам 4-го Украинского фронта в освобождении Крыма.
Основные силы десанта, 56-ю армию, предполагалось высадить на главном направлении северо-восточнее и восточнее Керчи на кораблях Азовской военной флотилии под командованием контр-адмирала Горшкова, а самую южную - третью десантную группу, куда входил и отряд Глухова, - в район Эльтигена. Здесь должна была высадиться [160] 18-я армия. Первой через пролив шла 318-я дивизия с приданными батальонами морской пехоты.
Дивизия усиленно готовилась к выполнению этой задачи. Огромную работу по подготовке личного состава десанта проводил политический отдел 18-й армии. По предложению Л. И. Брежнева моряки с кораблей нашего соединения, участники черноморских десантов, были направлены в армейские части. Там они поделились боевым опытом; рассказали, как вести себя десантникам при переходе морем и особенно при высадке десанта. Эта кропотливая работа способствовала успеху операции.
Для того чтобы высадить дивизию из трех полков с приданными частями, создавалось шесть десантных отрядов.
У причалов озера Соленое сосредоточились катера первого десантного отряда под командованием капитана 3 ранга Глухова и второго отряда - капитана 3 ранга Жидко.
Остальные четыре отряда катеров базировались на порты Тамань и Кротково.
В Тамани и здесь, в солончаковой степи у Соленого озера, всюду - в армейских частях и в морской пехоте, на сторожевых катерах и десантных ботах - шли последние приготовления.
Глухов в бинокль старался рассмотреть, что делается там, куда недавно улетели самолеты. Где-то далеко на северо-западе должна быть широкая гора Митридат, у подножия которой лежит древний город Керчь. Сейчас на Митридате стоят немецкие батареи, вспыхивают огни прожекторов, зеленый парк вырублен и ржавой проволокой изуродованы песчаные пляжи.