Наша цель

Дейс Джули

– Я – гей, если ты помнишь, поэтому забочусь о собственном имидже. Кроме того, они могут пригодиться в машине. Не против, если мы перейдём на менее деловое общение?

– Нет, я только за, – кивнула я, когда он опустил солнцезащитный козырёк и открыл задвижку с зеркалом.

– Тебе нужна помощь душевная и внешняя, тебе так не кажется? Ты же девушка, сама понимаешь, как это выручает при тяжёлых жизненных обстоятельствах, а как я понимаю, сейчас ты именно в подобной ситуации.

В это же мгновение, в голове вспыхнула идея. Боюсь, что Лизи будет в ужасе, но у неё

не будет выбора не принять меня, я всё равно останусь собой. Или не останусь, ведь я уже не та Алекс, что была несколько месяцев назад.

– Мне нужно добраться до сто семнадцатой западной на седьмой авеню.

– Принято, – улыбнулся Фрэнк, выезжая на дорогу, пока я приводила себя в нормальный внешний вид.

Спустя несколько минут, он посмотрел на меня, пока мы встали на светофоре.

– Это семейные проблемы или личного плана?

– Личного, – кивнула я.

– Тогда не буду интересоваться. Хотя по логике вещей – могу. Я ведь посторонний человек, могу выслушать. Зачем платить деньги тому, кто тебя просто послушает, когда это можно сделать бесплатно!?

– Спешу напомнить, вы… ты платил, но это так, к слову.

– Да, так и есть, – засмеялся Фрэнк. – Но я вроде взрослый мудрый и опытный дяденька, вдруг смогу помочь.

– И сколько тебе лет?

– Двадцать семь.

– Как много, – улыбнулась я. – Наверно, войну и мир пришлось пройти.

– Почти, Алекс, – коротко улыбнулся и выдохнул он. – Порой возраст – это всего лишь цифра. Она вовсе не говорит о том, что ты испытал за этот короткий путь. Некоторые за двадцать семь лет проходят огонь и воду, пока кто-то кичится опытом сладкой жизни в пятьдесят.

– Согласна. Значит, ты мудрый и опытный?

– Именно так.

– А где доказательства?

– Вот когда ты расскажешь – я докажу, а пока мы всего лишь водим пальцами по воде.

– Возможно, так и будет.

– Стоит только начать, дальше, как в тумане, – ободряюще улыбнулся Фрэнк, взглянув на меня, – не помню, как начал и выложил всю жизнь.

– Я всё равно подумаю, – засмеялась я, – не уговоришь.

– Хорошо. До понедельника?

– Да. До понедельника через понедельник, – улыбнулась я, вылезая из салона, – спасибо за доставку.

– Рад помочь, – кивнул Фрэнк, после чего я закрыла дверь и обошла машину, а он вслед добавил, – и выслушать тоже рад.

Уголки губ поднялись, когда я бросила быстрый взгляд в сторону машины.

Войдя на порог, я не застала тех, кто когда-то помог Лизи и должен был помочь мне. Девушка с идеальными белоснежными волосами встретила меня радушной улыбкой.

– Добрый день, я могу чем-то помочь?

– Здравствуйте. Тут работала Карла, я могу её увидеть?

– Да, но её нужно подождать.

– Я готова ждать сколько угодно, просто пусть моим мастером будет именно она.

– Да, конечно, – тут же кивнула девушка, – не желаете чай или кофе?

– Да, спасибо, кофе.

С улыбкой, блондинка поспешила к кофемашине, а я подхватила журнал со столика, начав листать. Через пару минут кружка с парой конфет и кофе легла на журнальный столик передо мной, за что я поблагодарила

и сделала нервный глоток. Не знаю, как буду выглядеть после, но исправить волосы – не проблема. Я не понимаю, что нужно делать для возвращения прежней себя, но что-то подсказывает, что я уже не смогу быть прежней. Сейчас я чётко осознаю: человек может оставить тебя в любой момент так, словно в действительности ты никогда не был ему нужен. Как какую-то старую вещь или поломанную игрушку, тебя бросают в урну и уходят, не возвращаясь посмотреть, жив ли ты вообще. Обида душит меня, скребёт когтями по сердцу и разрывает изнутри, пока я судорожно беру нити, чтобы попытаться зашить лоскутки души. Но я не могу даже попасть в ушко иглы, чтобы для начала хотя бы сделать узелок, с помощью которого смогу остановить дальнейшие разрывы.

– Алекс? – послышался знакомый голос, из-за которого я чуть ли не вылила кружку с кофе на себя, – Боже, прости.

– Всё в порядке, я жива и без ожогов, – искренне улыбнулась я впервые за то время, как ушёл Том, – я рада тебя видеть.

– А я как рада, чёрт возьми, мы не виделись почти два года, – засмеялась Карла, махнув фиолетовыми кончиками волос, которые вверх переходили в розовый, – я уже думала ты не приходишь, потому что полысела или испортила волос и теперь боишься моего гнева.

Приняв объятия человека, который когда-то делал из моих волос конфеты, я выдохнула.

– Я хочу кардинальных изменений.

– Насколько кардинальных? – засмеялась она.

– Чтобы не узнать себя, но не так, как у тебя, что-то более уравновешенное.

– Я рассталась с Диком, это был крик души. Кстати, как поживает Том?

– Не знаю, мы расстались, – выдавив кривую улыбку, которая далась особым трудом, я заняла кресло напротив огромного зеркала. Кнопка самоуничтожения только что была нажата, но я всеми силами пыталась найти путь отступления.

– Расстались? – ахнула она.

– Да.

– Ладно, вижу, ты не горишь желанием трепаться на эту тему.

Кивнув, я послала ей благодарную улыбку.

– Делай всё, что посчитаешь нужным, даже блондинкой.

– Нет, – засмеялась Карла, – это не твоё, но у меня есть другая идея.

– Вся во внимании.

– Это будет держаться в тайне до последнего. Впрочем, как всегда.

– Боже, хорошо, – вздохнула я, когда меня отвернули от зеркала, где я успела попрощаться с бывшей собой.

Когда отросшие волосы после каре начали вновь покидать меня, падая на пол, с ними одновременно падала я, но морально. Тогда я рискнула и сделала стрижку, как у Лизи, и честно признаться, мне понравилось, но длинные волосы мне нравятся ещё больше. В любом случае, я доверяю Карле, которая не может сделать то, что мне не придёт по вкусу.

Задница буквально прилипла к стулу спустя три часа, за ними последовал ещё час. А потом ещё час. Итого я просидела на одном месте пять часов, которые смогли убить мои нервы. Карла уже доделывала свою работу, делая волны на волосах, а это говорило о завершении. Спустя десять минут, она откинула яркие волосы назад и лучезарно улыбнулась, рассматривая меня.