Наша цель
Шрифт:
Том быстро кивает, подведя меня к дивану, садит на мягкую поверхность, через секунду его фигура скрывается за поворотом, а я подношу ладонь ко лицу.
Я была бы рада, если бы этот стакан воды вылили мне на голову, чтобы пробудить ото сна. В горле пересохло, и пытаясь откашляться, я получаю новую засуху. Мир сошёл с ума. Трудно поверить в происходящее. Вероятно, моя чёрная полоса завершилась, и за ней следует непрерывная белая. Я не знаю, где у неё конец, но хочется, чтобы его не было.
Том резко вылетает
— Алекс, скажи, что с тобой всё в порядке.
Вижу, как он проглатывает слюну, состоящую скорей всего из волнения, и мне хочется броситься к нему на шею.
— Боже, — выдыхаю я, медленно поднимаюсь с дивана и ставлю стакан на журнальный столик.
Исполняю своё желание, повисая на его шее, в которую утыкаюсь носом.
— Я давно должен был всё сделать, — шепчет он, — мне нужен был пинок. Я его получил. Я больше не подведу тебя.
— Он был нужен нам двоим, — хмыкаю я.
Сжав кольцо собственных рук на шее, втягиваю мускатный аромат его тела и блаженно выдыхаю, вдыхая его вновь.
— Тебе нравится?
— Я буду жить с тобой даже в коробке из-под телевизора, — честно отвечаю я. В этом нет ни капли лести, я уверена в своих словах.
— Мне нужно знать, что тебе нравится, ещё не поздно всё отменить. Был другой дом на соседней улице от Лизи и Джареда, но…
— Но?
— Я не ощущаю там себя в своей тарелке, Лизи говорила, что нужно чувствовать своё. Я чувствую его тут.
— Мы сделаем любой дом — своим. Он уютный.
— Да, — соглашается Том, с улыбкой смотря на меня. — Экскурсия?
— С удовольствием, — киваю я.
Рассматриваю каждую точку дома, и останавливаюсь на том, что кухня — это лучшее место. В ней столько света, семейности, тепла и уюта, кажется, закрывая глаза, я чувствую ароматы свежей выпечки, словно где-то рядом мама. Конечно, это лишь плод моих фантазий и бурное воображение, но он не отменяет того факта, что это особое очарование домашнего очага проникает в каждую клеточку тела. Том прав, незримое спокойствие ложится на плечи, когда ты переступаешь порог. Смотрю на пустой дворик, представляя, как легко его можно обставить и внести нотки комфорта, а не пустоты.
Остановившись за спиной, Том обнимает меня и кладёт ладонь на живот. Он часто это делает, и порой кажется, что он даже не задумывается, работая на автомате, словно за короткой срок выработалась привычка. Смотрю на задний двор, и улыбка трогает мои губы.
Наш дом.
Никаких съемных квартир. Я знаю, что могу прийти в свой дом, куда не явится владелец и не попросит освободить жилплощадь. Я могу сделать тут всё, что пожелаю, вплоть до сноса стен и возведения новых. Ждать его с тренировки или игры, вместе ужинать. Нет лучшего чувства, чем то, когда тебе есть куда
— Мы можем поговорить? — тихо спрашивает Том, из-за чего я откидываю голову назад и смотрю в его глаза, не совсем понимая выбранную интонацию.
— Да, разве не для этого люди умеют говорить?
— Я улетаю через неделю… на месяц.
— Хорошо, — киваю я.
— Хорошо? — удивляется он.
— Ну, я ведь ничего не могу поделать. Это твоя работа, и ты любишь её.
— Да.
— Я буду скучать, — грустно улыбаюсь, смотря в его глаза, — но буду ждать.
— Я тоже буду скучать, Алекс.
Тянусь к его губам, на которых оставляю поцелуй.
— Твое хобби стало работой, это ли не лучшее из чувств?
— Да, но ещё лучше знать, что ты ждёшь меня.
Растягиваю губы в улыбке и отклоняюсь на его грудь, положив поверх рук Тома — свои. Молчание между нами такое уютное и приятное. Его губы оставляют десятки поцелуев на моём виске, закрываю глаза и впитываю каждую секунду, чтобы запомнить его аромат и объятия на ближайший месяц.
— Мы должны сказать родителям.
— О чём? — спрашиваю я, вырываясь из блаженной эйфории.
— О беременности, о свадьбе, о покупке… обо всём. За это время произошло очень много, они имеют право знать.
— Хорошо.
— Когда?
— Я… дай мне минуту.
Вытаскиваю телефон из сумочки и нажимаю клавишу вызова возле имени друга-начальника в одном лице. Слушаю гудки, и через четыре, раздаётся его уставший голос.
— Решила помочь?
— Ты знаешь, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью в любое время, — улыбаюсь я.
— Спасибо, — вздыхает Фрэнк, — я почти закончил. Что-то случилось?
— Я хотела попросить…
— Чего ждёшь? — в голосе слышится очевидная улыбка, и я выдыхаю.
— Я могу уехать на день?
— Ты же знаешь, что у вас свободный график.
— Да, но мне нужно уехать в Вашингтон на день.
— Тебя подвезти?
— Нет, — улыбаюсь я, — просто хотела убедиться, что могу сделать это.
— Ты знаешь, что можешь улететь хоть на Луну, но в среду вернуться назад и сдать работу.
— Ты самый лучший начальник, — смеюсь я.
— Знаю, — хохочет Фрэнк, но смех стихает, на смену ему приходит некая обеспокоенность: — у вас всё хорошо?
Том выгибает бровь и смотрит на меня с долей замешательства, на что я лишь улыбаюсь.
— Всё хорошо, просто нужно уехать домой, нужно кое-что сделать.
— Без проблем.
— Спасибо, тебе точно не нужна помощь?
— Хочешь повышение? — подначивает он, из-за чего я хихикаю.
— Нет, меня вполне устраивает должность, которую занимаю сейчас. Хочу знать, что у тебя всё под контролем.
— Рад это слышать. Всё в порядке, осталось чуть-чуть и ужин.
— Скоротать твоё одиночество?