Наша цель

Дейс Джули

— Насколько всё плохо?

— По шкале от одного до десяти — нуль.

Поджимаю губы и спешу достать телефон из шорт, чтобы найти фотографии. Я уже видела, что происходит, но эта информация касалась реки Ганг. До неё можно доехать, но подобную идею я сразу отклоняю, зная её истинный вид. Несмотря на то, что население считает её священной, я слабо могу поверить в это. Со святым вряд ли можно творить то, что творят тут.

— Она загрязнена, Алекс, можешь не искать.

— Ты говоришь о Ганге, а я говорю о

Джамне.

— Они обе загрязнены. Обе в мусоре. Там купаются, испражняются, а потом пьют, рядом кто-то может стирать одежду, а на другой стороне проводить похоронные церемонии.

В тот же миг моё лицо меняется, и Том замечает это.

— Я же говорил.

— Я не хочу думать об этом.

— Согласен, — кивает он, — тебя уже ждут.

— Ждут?

— Да, — улыбается Том, в следующую секунду он вновь даёт газу, и мы трогаемся с места.

Весь путь я могу только гадать о том, что у него на уме. Если раньше я знала его будущие шаги, то сейчас не совсем понимаю и догадываюсь о задуманном. Этот новый Том становится для меня загадкой, которую хочется разгадать и узнать лучше.

Со временем понимаю, что дорога прокладывается к отелю, где меня что-то или кто-то должен ждать. На ум сразу приходят Картеры, но верится в подобное с трудом. Вряд ли они могли согласиться на перелёт в четырнадцать часов ради нескольких часов тут. Оно того не стоит, ведь мы можем сделать это в одно время и вместе.

— А ты не пойдёшь со мной? — хмурюсь я, когда Том остаётся сидеть на мопеде, в то время как я покидаю сидение.

— Нет, встретимся через пару часов, — улыбается он.

— Через пару часов? Но Том…

— Я должен кое-что сделать, а это только для тебя.

Выдыхаю и принимаю его условия.

Один шаг навстречу, но получаю поцелуй в лоб, а не в губы, что ещё больше загоняет сознание в тёмные уголки.

— Ты скоро будешь совсем другой.

— Мне перестают нравиться такие загадки.

— Ты передумаешь, — смеётся он.

С диким смятением плетусь в номер, продолжая решать ребусы и задавать вопросы, на которые найду ответы только с помощью Тома или кого-то.

Продолжаю мяться и у порога, не решаясь открыть дверь. Металлическая ручка кажется раскалённой кочергой, на которую боюсь положить ладонь и сделать одно движение вниз. Несколько упражнений на дыхание, чтобы успокоиться и наконец-то захожу внутрь, обнаружив в номере трёх женщин, облачённых в сари. Одна из них занимает место на стуле напротив туалетного столика с зеркалом и подсветкой, а другие расположились с двух сторон.

Вся тройка, одновременно обращает внимание на меня, и радушные улыбки расцветают на их лицах.

— Готова? — улыбается одна из них.

Ни слова, ни жесты не решаются литься из меня, я тупо уставилась на фиолетовый, зелёный и желтый цвет их платьев.

— Милая? — спрашивает вторая.

Выхожу

из транса и хлопаю глазами.

— А… — хочу задать вопрос, что происходит, но женщины моментально окружают меня, рассматривая со всех сторон.

— Лёгкие волны идеально подойдут твоему прекрасному личику, — вторит одна.

— Я подчеркну глубину глаз, — сопровождает вторая.

— Сядет великолепно, — подключается третья. — Подними руки.

С удивлением поднимаю их вверх, но женщина с улыбкой тянет их вниз и рассматривает тыльную сторону кисти, что-то тихо бубня себе под нос. В конце концов, за один миг, я телепортируюсь на стул и продолжаю в недоумении метать глазами между тремя наседками.

— Что происходит? — спрашиваю я.

— Готовим тебя к твое… — говорит женщина в фиолетовом, как её тут же перебивает вторая.

— Свиданию.

— Свиданию, — улыбается первая, повторная за той, что в зелёном.

— Просто расслабься и наслаждайся, — с улыбкой, говорит та, что в желтом. — Наша работа сделать тебя настоящей индианкой.

— Я ведь не могу отказаться? — риторический вопрос от меня, но они обоюдно кивают и смеются. — Ладно, это должно быть весело.

Получаю новые воодушевленные слова и расслабляюсь, опустив плечи. Улыбка трогает уголки губ, когда смотрю на собственное отражение и представляю образ, который воссоздадут мои феи.

Не знаю, что задумал Том, но приятно радует его забота и внимание. Но главный плюс в понимании меня без слов, я же знакомлюсь с новым человеком, который зародился после нашего расставания.

Ровно два часа я практически не шевелилась. Медленно волосы становились теми самыми волнами, ниспадающими на плечи; глаза приобретали блеск, а красная помада подчеркивала губы. Единственное, о чём я начинала задумываться в последние минуты — выбор одежды. Всё, что сейчас может меня украсить — белое платье, которое я захватила по счастливой случайности.

Когда мой живой салон красоты отходит назад и смотрит на меня восхищёнными взглядами, я улыбаюсь, смотря на себя.

С воодушевлением рассматриваю руки, круча их перед лицом. Кисти исписаны хной, где сочетаются цветы, животные и птицы. Наверно, единственная нехватка — точка на лбу. Конечно, глупо её рисовать, ведь она несёт в себе какой-то смысла, поэтому решаюсь на вопрос.

— Я могу поставить точку?

— О, дорогая, ты совсем скоро её получишь, — улыбается та, что рисовала на мне. — Бинди говорит о религиозном исповедании, социальном статусе и замужестве.

— Значит, я смогу её получить только в Нью-Йорке, — вздыхаю я, на что женщины добродушной улыбаются с озорством в глазах.

Женщина в зелёном уходит в ванную комнату и тут же возвращается. Но не одна. В руках у неё моё сари, купленное несколько часов назад и браслеты.

— Я… кхм. Я буду в нём?