Шрифт:
– Вот не сойти мне с этого места, если я вру! – почти выкрикнула моя подруга, увидев мою сомневающуюся физиономию, – с ним действительно что-то не так. Причем очень-очень не так!
Я позволила себе усомниться: «Чтобы такой человек как он, потерял в один миг все свои привычки и привязанности, а заодно и ставшую уже легендой деловую хватку?!»
– Не только это, моя милая! – усмехнулась Алинка, – помимо всего прочего, ему начисто отшибло память! Я его встретила
– Нет! – откровенно призналась я.
– Вот именно! Я конечно же подошла. Так, из чистого любопытства. «Привет! – говорю, – как дела?». А он мне называет свой адрес и спрашивает: «Извините, милая девушка, но где это?» Я думала – шутит. «Давай подвезу!» – говорю. Ведь знала, что он никому машину не доверяет. Он мне протягивает ключи – и вперед с песней. Довезла я его до дома и прощаюсь. Он на меня как-то растерянно смотрит и спрашивает: «Вы меня знаете?» «Ну, знаю», – отвечаю. «А кто я?» Меня чуть инфаркт не хватил. «Совсем обнаглел», – думаю! А потом вспомнила соседа твоего, у которого память периодически отшибает и который одни и те же вопросы по десять раз задает, и думаю: «А вдруг, амнезия?!» Завела я его домой. «Пока!» – говорю, – пора мне бежать! А он уставился на свою фотографию на столе, и сиплым голосом: «Неужели у гуманоидов бывают такие рожи?! Похож на транс-мутанта из П-Ж-Галактики!» В общем, я постояла, посмотрела, и ушла! В конце концов, пусть жена с ним разбирается.
– У него конечно же есть чувство юмора, но это что-то новенькое: транс-мутант – откуда там? – хохотала я.
– Из П-Ж-Галактики! – не удержалась Алинка, и мы обе хохотали, обливаясь слезами, еще минут пять.
Действительно, название это мало подходило для человека, который мнил себя финансовым гением и у которого, пользуясь случайным знакомством, мы многому научились.
Наше столь веселое времяпрепровождение было прервано настойчивым телефонным звонком.
– Девчонки! – послышался из трубки голос нашего коллеги. – Я тут на вашего знакомого уже полчаса налюбоваться не могу!
– На какого именно? – поинтересовалась я.
– Ну, этот, банкир он что ли?
– А, ясно! И что же ты там так им любуешься!….Обычный мужик…
– Ну, если сидящий на дереве в одних трусах банкир – это нормально!
– Что-что?! На дереве?
– Да, как раз напротив моего окна. И учти тот факт, что окно это на четвертом этаже.
– Да как же он туда залез?
– А я понятия не имею. Просто сидит здесь уже полчаса и издает
Разговор наш плавно перешел на тему нашего трудоустройства и, поговорив еще минут пять, мы распрощались, условившись сообщать друг другу все новости о банкире.
А в это время на Королевском Интеллектуальном Совете небольшой планеты, находящейся на недоступном пока для человечества расстоянии, обсуждались причины катастрофы, разразившейся на далекой голубой планете, населенной примитивной расой.
Небольшой, но очень важный для Королевства поток энергии отклонился по неизвестной причине от своей цели и был направлен на эту планету. Один из членов Звездного Парламента, спасшийся при вторжении в атмосферу, был затем потерян для наблюдателей. Внутренняя энергетика планеты заглушала его волны, не позволяя определить место нахождения объекта.
– Чтобы связаться с нами, он должен выйти хотя бы на уровень орбиты спутников этой допотопной сотовой связи, – усмехнулся УХР III Ч. – Но МЫХ IX – не специалист по Земным технологиям. Так что пока мы ему ничем помочь не можем. Давайте лучше обсудим, что делать с пришельцем. Он пока сидит в изоляторе с транс-мутантами из П-Ж-Галактики. И, похоже, жутко с ними ругается.
– А он, что, знает их язык?!
– Нет. Но насколько я знаком с диалектами тех и других, кое-что схожее есть. Пятнадцать звуков из всех, входящих в речь, у них полностью идентичны. Нормальному энергоиду этого достаточно, чтобы приспособиться к языку и понимать основной смысл.
– Но гуманоиду?!
– Нет, конечно. Но, тем не менее, он выражает недовольство и требует свободы.
– Но его астральное тело не способно преодолеть путь до, как там ее…?
– До Земли. Мы можем его послать лишь с потоком энергии для МЫХа IX, но когда еще тот появится?!
– Пусть его переведут в общий отсек. И присвойте, наконец, ему нормальное имя!
– Слушаю и усваиваю! – улыбнулся УХР III Ч Главе Интеллектуального Совета и приступил к исполнению поручений.
Через пару минут пришельцу популярно объяснили его место и роль в отсеке и присвоили новое имя – ВОХ XVII. Реакция, последовавшая за этим, состояла из нескольких десятков специфических звуков, стоявших в определенной последовательности, и в народе называвшихся нецензурной бранью.
Конец ознакомительного фрагмента.