Нас не поймут
Шрифт:
Я надеялся, что смогу подавить в себе ревность, потому что даже когда Лера куда-то шла с подругой, я нервничал. Во мне росла паника. Что если… она встретит того, с кем захочет быть, что если я ей не подхожу. Понимал, что вел себя как подросток, а не взрослый мужчина, но любовь точно влияла на меня не самым лучшим образом. Я нервничал и бесился. А Лера с каждым днем доказывала мне, что ей никто не нужен, и у нее все нормально.
— Болконские, — из кабинета вышла медсестра и позвала нас на прием. Я взял Леру под руку и мы вошли в небольшое светлое и просторное помещение. — Девушка, ложитесь
— Здравствуйте. Удобно, мамочка? — тут же спросила женщина, взяв Леру за руку. Малышка кивнула и устроилась еще удобнее.
Я смотрел, как доктор наливает на уже проступивший животик гель, берет какую-то штуку, похожую на микрофон и начинает размазывать ею гель и водить по животу. Я смотрел сначала именно на нее, а потом доктор сказала, что можно смотреть на экран. И я впервые увидел своего ребенка. Хотя как ребенка… какое-то серое пятнышко на экране. Мне, конечно, показывали, где ручки, где ножки, даже половые органы показали, сказав, что у нас мальчик, но… я так ничего и не понял.
По обследованию сказали, что все хорошо, ребенок развивается без пороков и отклонений, предложили пройти на тридцатой недели 3D или 4D УЗИ. Я, если честно, не понимал, что это, а вот Лера с радостью согласилась и всю дорогу домой щебетала о том, что скоро, совсем скоро мы сможем увидеть нашего малыша, посмотреть, как он двигает ручками, увидеть личико. Нет, я, конечно, знал, что техника развивается, но чтобы настолько.
— То есть как увидеть? — спросил я у Леры. — На экране и он не будет черно-белым?
— Конечно, не будет! Это специальное устройство, как съемка видео через живот.
— А это не вредно? — Лера закатила глаза.
— Все это делают, и я хочу.
— Но это вредно, верно? — спросил у нее, потому что мне в первую очередь было интересно знать, каково будет ребенку, а уже потом когда я его увижу. Месяцем раньше, месяцем позже - какая разница, ведь главное здоровье.
— Не вредно, Андрей. Это обычное обследование. И его проходят многие, как и обычное УЗИ, понимаешь?
— Да.
На 4D УЗИ мы таки пошли. Лера хлопала в ладоши и радовалась, как ребенок, а я удивлялся, что можно вот так посмотреть на своего ребенка до рождения, что можно видеть его ручки и ножки, глазки, буквально увидеть живого ребенка, как будто если он рядом.
После обследования чувствовал себя слегка пришиблено. До родов оставалось еще полтора месяца, и это минимум, а я уже хотел взять ребенка на руки, понянчиться с ним. Лера была в приподнятом настроении и это, пожалуй, то, что меня радовало больше всего. До самих родов мы ходили на курсы для беременных, я помогал ей заниматься и во всем поддерживал. Ближе к родам понял, что хочу присутствовать. И присутствовал. Поддерживал свою малышку как мог, делал все, чтобы ей было легче.
***
Лера
Мы с Матвеем - нашим с Андреем сыном - ожидали, когда же наш папочка соизволит приехать к нам и мы, наконец-таки, сможем полететь в Россию, чтобы
Не мешало бы, конечно, познакомить его и с бабушкой, вот только моя мама не изъявляла такого желания, и я решила, что не буду настаивать. В этом нет никакой необходимости, если она не хочет, то и Матвею не нужно. Мы решили остаться в Америке и не переезжать в Россию. Я собиралась доучиться здесь и пойти работать хореографом или учителем танцев. Я поглядывала на часы и понимала, что Андрей уже изрядно опаздывал, и меня начало это бесить, потому что мы договаривались на определенное время, да и Матвей уже начал нервничать и похныкивать.
Андрей появился спустя полчаса, прямо перед самой регистрацией, извинился, взял сына на руки и мы пошли на посадку. Не помнила, как мы долетели, потому что внимание было полностью занято Матвеем и его комфортом. Мы переживали, чтобы он вел себя нормально, чтобы ему было комфортно и удобно.
Стас встречал нас в аэропорту. Жить мы собирались в том же доме, который снимал Андрей два года назад. Собственно, он теперь принадлежал Стасу, и он учтиво предложил нам “перекантоваться” у него, чтобы и свежий воздух, и тишина, и тихое место. Мне там нравилось и я с радостью согласилась, собственно, как и Андрей.
К дому мы доехали быстро, а когда дверь открыла беременная… Катька… я опешила. Несколько минут тупо смотрела на нее и не понимала, что вижу. Нет, я знала, что брат напорист и прочее, но чтобы настолько. И чтобы он ничего не сказал мне! А подруга. Нет, какова, а! Я знала, что она рассталась с Леоном, но не думала, что она замутит с моим братом. Я быстренько повернулась к Стасу и ткнула в плечо, обвинив в том, что он самый жестокий брат, ведь у меня родится племянница, а я даже не в курсе!
Через пару часов, когда Матвей лег спать, и мы смогли спокойно отдохнуть, я таки вытащила Катьку на откровенный разговор. Взяла ее под руку и утащила в сад.
— Ну, рассказывай, — тут же потребовала я. — Что это? Как? Когда? Почему я не в курсе? И как… как забеременела. Да все рассказывай! Все!
Катька рассмеялась, взяла меня за руку и стала рассказывать, как ее угораздило начать отношения с моим братом.
— Он у тебя такооой, — мечтательно протянула подруга. — Мы с Леоном расстались перед свадьбой, и потом твой Стас решил за мной поухаживать. Ну, сначала он просто поддерживал меня, а потом… короче, мы переспали. Ну и вот, — она указала на свой животик. — Мы начали встречаться, а потом я узнала, что беременна. Все, — она засмеялась.
Не то, чтобы это меня шокировало, но я прекрасно помнила, как Стас уплетался за Ангелиной, как хотел быть с ней, говорил, что в любом случае ее добьется. И я переживала, потому что не знала, как у них все сложится. Это у нас одна разница, у них все совсем по-другому. Когда девушка старше, это совсем другие отношения, брат не настолько серьезным был, хотя… судя по животу Кати, он был очень серьезно настроен.
— Я его так люблю, Лера.