Нас будет трое

Амелия Борн

Пыталась начать утро с привычного ритуала – заварить кофе, поджарить тосты… В этих простых, обыденных вещах я отчаянно искала иллюзию покоя, столь необходимого мне сейчас, когда предстояло сделать то, что должна.

Включив кофеварку, я прошла в ванную комнату и достала из шкафчика до боли знакомый тест. Как ни старалась сдерживаться, руки все же затряслись от волнения. Сделав несколько глубоких вдохов, я сказала себе: это просто еще один тест. Ничего нового. Ничего страшного.

Кроме его результата, на который

не было сил взглянуть. Я до боли закусила губу, готовясь принять вынесенный мне приговор. Приговор от бездушного куска пластика!

Тест буквально плясал в моих трясущихся руках, когда я перевернула его нужной стороной. Из-за этого я не сразу сумела осознать, что то, что там вижу – вовсе не обман зрения…

Две полоски. На тесте виднелись две красных, отчетливых полоски!

Потрясенная, я рухнула без сил на унитаз. Неужели правда? Не какая-то ошибка, не жестокий в своей обманчивости сон?

Я ущипнула себя, пытаясь поверить в реальность того, что видела. На глазах выступили слезы, но на этот раз не от боли и не от разочарования…

Неужели я действительно стану мамой?!

Глава 2

Когда изначальная эйфория, рожденная результатом теста, схлынула, я попыталась хоть немного вернуть себя с небес на землю. Тест мог ошибаться – это первое, о чем мне стоило сейчас помнить. Такое уже бывало…

И чем чаще я буду напоминать себе об этом, тем меньше будет разочарование, если вдруг все же окажется, что радость была преждевременной.

Но надежда уже прочно поселилась внутри. Надежда уже сводила с ума картинками счастливого будущего…

Я зажмурилась, представляя, как держу на руках ребенка. Как муж смотрит на нас обоих – с нежностью, столь хорошо мне знакомой, но теперь направленной еще на одного человека – продолжение нас обоих…

По всему телу прокатилась дрожь, когда я мысленно проговорила то, что так давно мечтала произнести вслух…

«Нас будет трое…»

Это было до того хорошо, что я вновь испугалась. Того, что праздную раньше времени. Того, что слишком далеко забегаю в своих мечтах, которые могли и не сбыться…

Эта мысль мигом меня отрезвила. Поднявшись на ноги, я в первую очередь направилась за своим телефоном, чтобы записаться на анализ крови на хгч – для верности и собственного спокойствия. Благо, что прямо в соседнем доме был филиал лаборатории, где можно было сдать экспресс-тест и получить результат буквально за два часа!

Кинув взгляд на часы, я записалась на сдачу теста через двадцать минут и второпях стала собираться. Сердце стучало от волнения, от надежды и предвкушения, смешавшихся в причудливый ритм. Удивительно, но даже хмурая зимняя картинка за окном вдруг заиграла новыми красками!

Два часа. Всего два часа… и я буду знать все почти наверняка!

Ожидание

сводило с ума. Я знала, что нужно на что-то отвлечься, переключить мысли, заняться работой, в конце концов. Но взгляд то и дело упрямо обращался к телефону, молчаливо умоляя о письме с результатом анализа. И хотя от этого гипнотизирования черного экрана не было никакого толку, по-другому я просто не могла.

Ну почему они так долго? Прошло уже полтора часа – целая вечность, когда ждешь подтверждения того, о чем почти уже не смела мечтать!

Я закусила губу и наощупь придвинула к себе чашку с кофе, бессмысленным взглядом уперевшись в монитор, на котором светился так и недоработанный мной проект…

Я честно пыталась взяться за дело – уже в миллионный раз за то время, что прошло с момента сдачи теста, но перед глазами стояли только две заветные полоски…

Руки сами собой сложились в молитвенный жест и я, словно резко лишившись последних сил, уронила на них голову. Подумалось вдруг – у Валеры буквально через два дня будет день рождения. Невозможно было даже представить лучшего подарка, чем те слова, которые я так отчаянно хотела ему сказать…

«Нас будет трое…»

Резкий звук телефона заставил меня вмиг встрепенуться. Сердце буквально сошло с ума, когда я увидела, что на электронную почту пришло долгожданное письмо…

Попасть по нужным кнопкам удалось далеко не сразу – дрожали руки, нервно тряслось все тело…

Но вот наконец нужный документ был открыт. Глаза сразу же нашли самую важную строчку…

И больше я уже ничего не видела. Потому что все, на что была способна – это плакать от счастья.

– Чему ты улыбаешься?..

Услышав вопрос, я подняла глаза на мужа, вышедшего из ванной комнаты. Ну какой же он был красивый! Прожитые вместе годы сделали его лицо самым родным, знакомым до мельчайшей черточки, но не отняли у меня способности тайком им любоваться, радуясь от того, что этот мужчина – мой.

Казалось, его внешность, достойная древнегреческого бога, со временем должна была сыграть против него, превратив красивые черты лица в маску стареющего юноши, но этого не произошло. Напротив – годы сделали его мужественнее, заменив обманчивую мягкость – сталью.

В этом лице легко читалась внутренняя сила и непоколебимая воля. Впрочем, это было в нем всегда. Валера словно бы родился с твердым знанием того, что хочет, и способностью идти до конца, пока этого не добьется.

Это касалось и карьеры, и личной жизни.

Казалось, муж знал, что я стану ему принадлежать задолго до того, как я сама это поняла. Но все это – его упорство, его целеустремленность, его твердость – были тем, что и привлекало меня в нем в первую очередь.

Я привстала в кровати и протянула к мужу руки, с трепетом проведя пальцами по гладкой коже груди…