Нарушитель сделки
Шрифт:
Майрон завершил рассказ. С минуту Ларри изучал свои большущие ладони, как будто никогда прежде не замечал их.
— А почему ты спрашиваешь меня? — буркнул он. — Почему не узнаешь об этом журнале у самого Отто Берка?
— Потому что он ничего мне не скажет.
— А с чего ты взял, будто я скажу?
— Ты же не законченный дурак.
Губы Ларри начали складываться в улыбку, но он быстро спохватился.
— В твоих устах это нешуточная похвала.
Майрон не ответил.
— То, о чем ты спрашиваешь,
Майрон кивнул. Ларри откинулся на спинку кресла.
— Берк получил журнал не по почте, а узнал о нем от частного сыщика.
Майрон поерзал, устраиваясь в кресле.
— Отто наводил справки о Кристиане?
— Такой безупречно честный человек, как Отто Берк, никогда не падет столь низко, — ровным голосом ответил Ларри.
— Ты сейчас прячешь руку под столом и скрещиваешь пальцы, — сказал Майрон.
Еще одна несостоявшаяся улыбка.
— То, что я скажу, не должно выйти за эти стены, Болитар. — Ты понял?
— Вот те крест, — ответил Майрон, осеняя себя крестным знамением.
— У Берка целая дивизия осведомителей, — пустился в объяснения Ларри. — Они разнюхивают обо всех, кому он платит, включая и твоего покорного слугу. Вся страна охвачена его сетью. Дело в том, что за любую гадость про игроков «Титанов» Берк доплачивает несколько долларов. Вот один из осведомителей и наткнулся ненароком на этот журнал.
— Каким образом?
— Не знаю. Может, он вообще любитель чтения.
— Тебе известно, как его зовут?
— Брайен Сэнфорд. Скользкий как угорь. Живет в Атлантик-Сити, промышляет в казино. Шпионит за игроками, и все такое. Если кто-то из «Титанов» бросает монетку в игральный автомат, Сэнфорд тотчас доносит об этом. И особенно рьяно — после начала всей этой бодяги с Майклом Джорданом. Берк любит быть в курсе всех событий, это дает ему преимущество на переговорах.
Майрон встал.
— Спасибо. Очень тебе признателен.
— Слушай, Болитар, на мою дружбу не рассчитывай, да и вообще я тебя ненавижу со всеми потрохами, уразумел?
— Но сейчас у нас с тобой короткая оттепель, верно, Ларри? — отозвался Майрон.
Хэнсон взгромоздил локти на стол и наставил на Майрона палец.
— Я по-прежнему считаю тебя жалкой кучкой собачьего дерьма. И докажу это при нашей следующей встрече.
Майрон развел руками.
— Валяй, Ларри. А сейчас, может, давай обнимемся?
— Ну ты и хитрожопый.
— Значит, нет?
— Окажи мне услугу, Болитар.
— Какую угодно, мой ясноглазый друг.
— Выметайся отсюда ко всем чертям.
Глава 43
Майрон позвонил Брайену Сэнфорду и нарвался на автоответчик, по которому и сообщил, что предлагает крупное дело, сулящее десять тысяч, и заедет в контору сыщика в семь вечера. Брайен наверняка будет на месте: за десять тысяч такой тип всадит пулю в кишки собственной матери.
— «Эм-Би спортс», — ответила Эсперанса.
— Ты показывала снимок Люси?
— Ага.
— Ну и?..
— Вы нашли покупателя.
— Люси совершенно уверена? — уточнил Майрон.
— Определенно.
— Спасибо.
Он повесил трубку. Надо было как-то убить час, и Майрон направился в контору окружного судебно-медицинского эксперта Адама Калвера. Его осенила догадка. Всего лишь догадка, но проверить ее стоило.
Контора располагалась в одноэтажном кирпичном здании, похожем на учебное заведение, — ни дать ни взять начальная школа. В ней стояли металлические стулья с жесткими сиденьями, какие можно увидеть в учительских. В приемной лежали журналы, вышедшие в свет еще до уотергейтского скандала. Плитки пола стерлись и пожелтели от времени, как на рекламном ролике мистера Чистюли, когда он показывает, что было «до» обработки порошком. В конторе не было ни единого предмета, даже с большой натяжкой достойного определения «декоративный».
— Доктор Ли у себя? — спросил Майрон секретаршу.
— Сейчас позвоню.
Солли Ли была облачена в больничный халат идеальной белизны. Китаянке было под сорок, но выглядела она гораздо моложе, хоть и носила бифокальные очки. Из нагрудного карманчика халата торчала пачка сигарет. Сигареты — в кармане врача! Это выглядело не менее нелепо, чем сочетание смокинга и кроссовок.
Майрон уже пару раз встречался с Ли: она неоднократно бывала на семейных торжествах у Калверов, а кроме того, десять лет служила Адаму незаменимой помощницей, была его правой рукой.
Майрон чмокнул Ли в щеку.
— Джессика сообщила мне, что вы расследуете гибель Адама, — без предисловий объявила она.
Майрон кивнул.
— Я могу отнять у вас несколько минут?
— Конечно. — Ли повела его в свой кабинет, тоже похожий на школьный. Никаких личных вещей — груды учебников по патологоанатомии, металлический стул, маленький магнитофон, которым Ли, возможно, пользовалась во время вскрытий. Дипломы на стене. Ли была женщиной незамужней и бездетной, поэтому на столе не стояло ни одной фотографии. Зато стояла громадная пепельница, до краев наполненная окурками.
Чиркнув спичкой, Ли прикурила и спросила:
— Ну-с, как я выгляжу?
— Доктор медицины — и вдруг смолит. Ай-ай-ай.
— Пациенты не жалуются.
— Веский довод.
Ли глубоко затянулась.
— Итак, что вы хотите знать?
— У вас с Адамом когда-нибудь был роман?
— Да, — без колебаний ответила она, глядя ему в глаза. — Года четыре назад. И продлился он аж неделю.
— Адам часто ходил на сторону?
— Бог знает. Наверное, нет. А почему вы спрашиваете?
— Пытаюсь сопоставить кое-какие обстоятельства.