Нарушая правила
Шрифт:
Отец багровеет и злится.
— Не дерзи, Вика. Ты прекрасно поняла вопрос.
— Нет, — отвечаю спокойно. — Тебе не стоит беспокоится.
— Ты знаешь, что сейчас нужно быть предельно осторожной в своих действиях и высказываниях, молодая леди.
— Знаю.
— У меня на кону поставлено слишком многое, и мне бы очень не хотелось, чтобы твое имя стало достоянием грязных бульварных газет. А оно станет, если ты продолжишь вести себя подобным образом. Потому что вездесущие…
— Вездесущие журналисты с местного телевидения спят и видят,
— Вот и хорошо, — чеканит отец, — что помнишь.
Я закатываю глаза. Хорошо, что стою к отцу спиной и он этого не видит. Мысленно отмахиваюсь, вешая пальто в шкаф. Я привыкла. Ко всему этому за столько лет уже привыкла.
— Мой руки и давай за стол.
— Хорошо, сейчас. Только переоденусь, — бросаю на ходу, уныло переставляя ноги в сторону своей комнаты.
Знаете, многие люди обожают момент возвращения после трудового дня домой. Родные стены греют и бла-бла-бла. Но это не моя история. Мне хочется бежать отсюда без оглядки. Вот только, увы, некуда.
Если вы думаете, что быть дочкой отца-политики — это так прекрасно и такие перспективы, то я вас огорчу. Это не так! По крайне мере, в нашей семье должность отца скорее обуза. Иногда хочется биться головой о стену от всех правил, которые идут со мной рука об руку всю мою жизнь! Туда не ходи, с тем не общайся, этого не делай, здесь на останавливайся. Ар-р-р! А сейчас это все только обострилось в разы! Ибо отцу донесли, что к концу года губернаторское кресло опустеет и его нужно будет кому-то занять.
Перспективы, перспективы, перспективы… бесит!
Всю свою жизнь я стремилась быть хорошей. Сколько себя помню — я была та самая «дочь маминой подруги», которая учится на пять, сидит дома, с плохими компаниями не общается, смотрит только правильное кино, слушает только правильную музыку, днями и ночами зубрит правильные книжки и стремится к миру во всем мире. Идеальная пай-девочка Виктория! Девочка, которая в последнее время крайне задолбалась быть хорошей!
Давно я не чувствовала себя такой свободной и живой, какой была в ту ночь в клубе. В ту ночь с Ренатом. Да, наверное, вообще единственный раз в жизни — я жила! А не следовала установленным кем-то правилам. Эта мысль пьянит и дурманит. Подстегивает и зажигает.
Я хочу еще…
Еще один маленький глоток свободы!
Я беру в руки салфетку с номером и телефон…
Но я снова не решаюсь ему набрать. Черт!
Глава 10
Следующее мое утро на работе начинается с доставки цветов.
Я только успеваю переступить порог своего кабинета, как в дверях появляется курьер с изумительным букетом белых пионов.
Я растерянно глазею на парнишку. Парнишка глазеет на меня. Улыбается и тянет шариковую ручку со словами:
— Виктория Морозова? Доброе утро, доставка цветов. Распишитесь.
Я, окончательно выпадая из реальности, машинально
— Точно для меня?
— Конечно. Хорошего дня!
Опомниться не успеваю — курьера и след простыл. Остается только легкий морозец и совсем не легкий шок, который отпускает медленно и нехотя.
Нет, вы не подумайте, я люблю цветы. Обожаю сюрпризы. Жить не могу без подарков. Просто в данный момент мне некому их дарить, устраивать и презентовать. Поэтому букет вызывает скорее подозрение, нежели радость.
Записки в цветах, кстати, я не нахожу. Кто это так расщедрилась — могу только гадать.
Утыкаюсь носом в ароматные пышные бутоны, вдыхаю и ловлю шальную мысль: может Ренат… Но тут же себя осаждаю. С какой это радости ему слать мне цветы? Прошло четыре дня с момента нашего расставания — от парня никаких новостей. Да и мало того, что он не знает обо мне ничего, кроме имени. Так еще и образ романтичного тайного поклонника точно красавчику не подходит. Этот крайне прямолинеен. Скорее приедет с букетом сам, чем отправит его с курьером.
Тогда кто? Кто-то из коллег? Друзей? Знакомых? Или, может…
Выглядываю в коридор, высматривая среди работников «Квадрата» нашего генерального. Нахожу. Илья Владимирович в своем кабинете о чем-то ожесточенно спорит с кем-то по телефону. Ни взглядом, ни словом, ни улыбкой он не дает мне понять, что цветы от него. Да и с чего бы? Глупости, Вика!
Наверное, все-таки курьер ошибся адресатом. Но не выбрасывать же такую красоту? Да простит меня та, кому этот букет предназначался, но я выпрашиваю у нашего завхоза вазу и водружаю цветы на край рабочего стола. Пусть стоят и радуют глаз.
Вообще вторник выходит суматошным. И не только у меня. Встреча за встречей, проект за проектом. Короткий перерыв на кофе с Вадимом Сергеевичем и снова все по кругу….
Мне даже не удается урвать минутку, чтобы поговорить с нашим директором и сообщить, что я готова попробовать себя в новой роли и взяться за дизайн бара его друга. Он — Илья Владимирович — покидает офис слишком рано. А я снова задерживаюсь на работе допоздна. И снова в эту ночь засыпаю, прокручивая в голове номер Рената, так и не решаясь ему написать…
Экватор рабочей недели — среда — начинается для меня с нового «презента». На этот раз это оказывается набор шоколадных конфет из моей любимой фирменной кондитерской через дорогу.
Тут я убеждаюсь окончательно — нет, адресатом не ошиблись. Но и о том, что я «балуюсь» именно этой фабрикой, знает только узкий круг лиц. В основном коллеги по работе, которые наверняка видели меня, не раз бегающую в обозначенную кондитерскую.
Таким образом у меня намечается круг подозреваемых. Все из нашего коллектива. И окончательно умирает ма-а-аленькая и наивная надежда на то, что цветы были от Рената. Я хоть головой и понимала невероятность такой возможности, но по-детски верила. А вдруг?