Наркопьянь
Шрифт:
Я буду пить.
Грязная история.
«Как ни теряй голову, при скорости двести в час любовь отступает на задний план».
Франсуаза Саган
Почему размеренной обеспеченной жизни некоторые люди предпочитают алкоголь или наркотики? Можно дать тысячу ответов на этот вопрос, но далеко не факт, что хоть один из них окажется верным. Возможно, их просто не устраивает размеренная обеспеченная жизнь. По крайней мере, Ботаник
Ботаник был в своем роде уникумом. Ему довелось целых три раза учиться на первом курсе биологического факультета, но ни один из них так и не закончился преодолением Рубикона, то есть переходом на следующий курс. И дело было вовсе не в том, что Ботаник был неспособен учиться, просто как-то не срасталось – и все. Ботаника интересовала жизнь во всем многообразии своих форм, именно поэтому он выбрал предметом своего изучения биологию, но, как только начинался очередной семестр, научные изыскания Ботаника сводились главным образом к изучению различных форм похмелья. И он ничего не мог с этим поделать, ибо было в этом что-то глубоко иррациональное, что-то такое, что не вписывалось в рамки ни одной известной ему теории.
Утро часто заставало Ботаника в столь печальном состоянии, что он скорее ощущал, нежели понимал, что смерть наступает гораздо раньше того, как особь прекращает свое биологическое существование. Он умирал почти каждое утро. И в первую очередь это касалось окружающего мира и людей. Они как бы уходят на второй план, исчезают что ли, и ты для них тоже – не больше, чем привидение. Взаимное исключение – так это можно назвать.
Вот и сегодня все игнорировали Ботаника, словно тот давно уже умер, и единственное, что отягощает окружающих своим присутствием, - лишь его труп. Ботаник попытался это осмыслить. Мысли собрались в комок и тут же разлетелись, как ворох сухой листвы, поднятый ветром. В глазах зарябило, Ботаник почувствовал, как судорога прошлась по его телу. Одна за другой умирали несчастные клетки его многострадального организма.
В первую очередь игнорировала Ботаника его девушка, по крайней мере, так ему показалось. Когда он смог встать и вышел на кухню, она вместо того, чтобы предложить ему хотя бы кофе (о пиве он и не мечтал), посмотрела на него, как на пустое место, и ушла в комнату. Что это с ней? – подумал Ботаник, провожая ее взглядом. Мы поссорились? Каждое утро Ботаник задавал себе вопросы, на которые не мог найти ответа (что я творил вчера? неужели это я? это было вчера? и т.п.).
Возможно, я угодил в параллельный мир, - решил Ботаник. Вообще-то он не был сторонником эзотерики, но долгие запои утвердили его в убеждении – параллельные миры существуют (особенно это касалось тех случаев, когда он просыпался с бодуна в незнакомых ему местах, среди незнакомых людей, не помня ни нынешнюю дату, ни кто он, ни что он, ни как сюда попал). Во всяком случае, в том состоянии, в котором пребывал сейчас Ботаник, идея о параллельном мире не казалась такой уж фантастической.
Ботаник обнаружил на столе пачку сигарет и, выудив дрожащей рукой из нее одну, закурил. По кухне поползли клубы табачного дыма. Черт, что же все-таки вчера произошло?
Вспомнить не удавалось. Ботаник посмотрел на улицу через окно: по ту сторону грязного стекла серой кляксой расплывался пасмурный
- Перекати мое тело, мама, - я обезвожен насквозь, - глухо пропел Ботаник.
Внутри зашевелился и полез наружу тяжелый комок горестных мыслей, Ботаник еле сдержал его. Скрученный спазмом пищевод выстрелил резкой болью, от которой Ботаник сморщился. Мое биологическое тело умирает, - обреченно констатировал он.
Сигарета в его руках давно уже превратилась в изогнутую полоску пепла, Ботаник швырнул ее в раковину. За окном заорала одинокая ворона, ее надтреснутый голос долетел до Ботаника чистейшим сгустком печали. Он уронил голову на руки, пряча лицо в потных ладонях. Ему было очень плохо. Он был солдатом разбитой армии, оказавшимся на территории врага.
Дверь в кухню с грохотом распахнулась, словно по ней саданули ногой. Этот грохот отдался в мозгу Ботаника очередной порцией боли. Он нехотя оторвал лицо от ладоней и поднял голову. На пороге стоял Ефрейтор, сжимавший в каждой руке по полторалитровой бутылке пива. На его лице застыло миссионерское выражение.
- Здорово, солдат, - прокричал, как показалось Ботанику, Ефрейтор, - что помираешь?
Ботаник чуть повел головой.
- Ну, это мы сейчас поправим, - усмехнулся Ефрейтор, проходя в кухню, - да… дал ты вчера джазу…
Ботаника обожгла неприятная мысль: он что-то знает. Что-то такое нехорошее, что творил накануне Ботаник. Он воззрился на Ефрейтора. Тот уселся на подоконник, открыл одну бутылку (другую бережно поставил рядом) и, сделав несколько глотков, протянул ее Ботанику, сам же полез в карман за сигаретами.
Ботаник глотнул из бутылки, не сводя глаз с Ефрейтора. Тот прикурил от зажигалки и теперь смотрел в окно, изредка затягиваясь. Ботаник глотнул еще и тоже достал сигарету.
- А что вчера было? – осторожно спросил он.
Ефрейтор выпустил облако дыма, потом протянул руку за бутылкой, Ботаник передал ее ему.
Ефрейтор надолго присосался к бутылке, Ботаник наблюдал, как судорожно ходит его кадык. Наконец, Ефрейтор оторвался, затянулся и посмотрел на Ботаника, ухмыляясь:
- Ты что вообще ничего не помнишь?
Ботаник принял из его рук бутылку, глотнул пива и отрицательно помотал головой:
- Не-а…
- Ну ты даешь… - изрек Ефрейтор. – И что, Алиска тебе ничего не сказала?
- Нет… Она, похоже, вообще со мной не разговаривает.
Ефрейтор засмеялся:
- Да уж… Неудивительно, что не разговаривает, ха-ха-ха…
- Почему? – Ботаник еще глотнул пива. Похоже, дело принимало серьезный оборот.
Ефрейтор засмеялся еще громче:
- Ха-ха-ха… ты… ха-ха-ха… ты…
- Что я? – нетерпеливо спросил Ботаник.
- Ты… ха-ха-ха… ты… - Ефрейтор заходился в припадке смеха, - ты… ты… ты ж насрал в ее комнате, - наконец выдавил он и вновь принялся смеяться.
- То есть? – Ботаник недоумевал, - В каком смысле насрал?
Ефрейтор выхватил из его рук полторашку, сделал несколько глотков, потом отдышался и, наконец, приняв серьезный вид, сказал:
- В прямом… ты реально наложил кучу посреди ее комнаты.
Услышанное повергло Ботаника в шок. Он всерьез начинал полагать, что превратности запоя вынесли его в какую-то иную Вселенную, где события были ему неподконтрольны.