Нарисуй меня
Шрифт:
Глава 32
Если бы взгляд мог убивать…
Но я лишь крепче сжимаю микрофон в руке. И смотрю прямо ей в глаза. Без усмешки или превосходства, из-за того, что я все знаю, без злобы, хотя у меня есть основания и не такое ей сказать. Но не здесь и не сейчас.
Пауза затянулась. Уже ее читательницы недоуменно переводят взгляд с нее на меня. Они не понимают, что происходит.
Первый шок давно прошел, но она не торопится отвечать, сначала взглядом меня сверлила, думала, наверное,
— Марина, вам стоит поблагодарить эту женщину, как бы странно это ни прозвучало. Она проверяет на прочность ваши отношения. Если ей удастся вернуть своего мужчину, значит, он и не был ваш. Иногда мужчины уходят в погоне за иллюзией, но, быстро поняв свою ошибку, возвращаются. Конечно, каждая ситуация индивидуальна. Мы можем ее обсудить на частной консультации. А теперь продолжим…
Она снисходительно улыбнулась и открыла свою книгу на новой главе.
Вот же стерва! Прав был Дугин.
Какое высокомерие! Ну конечно! Известный психолог, книжки пишет. Но и дура ведь тоже — так открыто угрожать, что вернет себе Макса… Думает, я испугаюсь и дам задний ход?
Это зря.
Она заканчивает обсуждение своей книги примерно через час, время от времени бросая на меня настороженные взгляды. Не переживайте, Ольга, я не намерена устраивать публичные разборки и рассказывать вашим фанаткам, какая вы стерва! Но и молчать не стану, если снова попытаетесь сделать мне гадость.
«Жду тебя» — два коротких слова в сообщении, и все мысли о злобной Васнецовой вылетают из головы как по мановению волшебной палочки. Не хочу здесь оставаться больше ни одной лишней минуты, да и не обязана.
Впереди Сочи. Шум моря и шуршание песка под ногами. А еще романтические закаты и солнечные ванны по утрам. И Максим Генварский.
— Мариш, помоги, а? — Дэн отлавливает меня уже на лестнице. — Вот эти пакеты отнеси Марго, она в первом зале.
— Без проблем!
Выхожу на улицу лишь через десять минут. Максим не один. Ольга, я не знаю, каким чудом, оказалась рядом с ним. Так и хочется отправить ее обратно к любительницам покопаться в своем мозгу.
Они не видят меня: Васнецова отчаянно жестикулирует, сейчас ни капли не похожа на самоуверенную мадам, которая рассыпает вокруг свои советы.
Генварский никак не реагирует, даже не пытается ее успокоить. А потом что-то говорит, всего пару слов, но после них Ольга сразу же отступает назад. Губы сжаты, а на глазах… слезы?!
Я подхожу ближе, Максим замечает меня первым и делает несколько шагов навстречу.
— Едем? — Всего одно слово, но оно не оставляет никаких сомнений в том, какие у нас отношения.
Молча киваю в ответ. На Ольгу не смотрю больше — она сразу же перестала существовать в моем пространстве, едва я услышала голос Генварского.
Смотрю в его глаза и вижу только себя. Нет там больше никого. Ни Васнецовой, ни Ксении.
Да!
— Все в порядке? — В голосе Максима легкое беспокойство. — О чем задумалась?
Я поворачиваю голову на его слова и любуюсь тем, как сосредоточенно он ведет машину. Четкий, даже чуть хищный профиль. У меня нет иллюзий — Генварский, когда ему нужно, может быть очень жестким.
— Почему именно Сочи? Это особый для тебя город или просто любишь море?
— Ни то ни другое. Но море любишь ты, хотя ни разу мне не говорила об этом.
А ведь он прав! Море люблю, хоть и редко на нем бываю.
— Как узнал?
— Твои недавние работы! — Он засмеялся и как-то озорно, по-мальчишески улыбнулся. — Ты рисовала море. Мягкое, спокойное и безграничное. И так радовалась, смешивая краски.
В его глазах зеленая гладь моря, которое ласкает, позволяет нежиться в своих волнах.
— Я… а ведь я даже не осознавала, как хочу увидеть море. То есть его я всегда хочу видеть, но…
— Вот и увидишь… — Он замолчал ненадолго, а потом добавил уже другим, отстраненным тоном: — У тебя будет отдельный номер. Как ты и просила.
— Спасибо!
На то, чтобы забрать мою дорожную сумку, уходит не больше получаса. К Максиму не заезжаем: он, оказывается, еще с утра загрузил вещи в машину.
На дороге нет обычных пробок, машина несется с приличной скоростью, обгоняя случайных соседей. А мои мысли быстрее любого транспорта, я уже представляю, как через несколько часов вдохну соленый прибрежный ветер.
— Я так полагаю, Алекс Грин ни разу так и не появлялся в больнице у твоей сестры? — Неожиданный вопрос вырывает меня из приятных мечтаний. — И за ее лечение он больше не платил?
— Нет, а как ты… Сегодня ее отец приезжал, мне Юра… Юрий сказал, что Владимир Петрович все оплатит. А почему ты спрашиваешь?
— Он собирается жениться, — ответил Генварский. — И увеличить с помощью отца невесты свои активы. Если это произойдет, то он сможет прекрасно обойтись без моей компании, чтобы выигрывать даже самые масштабные конкурсы.
Бедная По! Моя находка в квартире в «Алике» не оставляла никаких сомнений, что у нее были отношения с Грином. А теперь он женится.
— Может, поэтому он ничего не пишет мне? — осторожно предположила я. — Никаких заданий, что я должна для него сделать.
— Или понял, что я все знаю, поэтому никакие его игры уже не сработают. И ты меня не предашь.
— Никогда, — подтверждаю я, — это же очевидно.
— Очевидно. — Он тормозит перед шлагбаумом, ждет, когда можно будет снова проехать. — Сегодня днем у меня был довольно неприятный разговор с теперь уже бывшим сотрудником. Я думал, что сын Голованова нашел мои старые работы и решил приплести к нашим отношениям Ксению.