Напролом

Сухов Евгений Евгеньевич

— Слушай, ты, мухомор вонючий, мне начхать на твой марафет и бабки, понял? Меня интересуют «арбузы». Кто тебе их поставляет? Если ответишь, я уйду. Догоняешь? Если будешь в молчанку играть, начну тебе пальцы по одному отстреливать.

Гном тяжело дышал. Не отрываясь, смотрел на черное дуло пистолей, направленное ему прямо в переносицу. Потом с усилием выдавил:

— Всего один раз принесли. Правда, много.

— Кто?

— Назвался Андреем. Забил со мной стрелку в городе. Он местный, только долгое время в Мурманске отсутствовал.

Сказал, что из-за границы наркоту новую притаранил. Товар дал под реализацию. Сказал, что хочет наладить рынок сбыта. Я его своим толкнул. Те потом еще приходили. Ни шмалью, ни «герычем» больше не интересовались, только этими «арбузами». Говорили, что возьмут любую партию, очень хорошо расходится. Что тебе еще надо?

Стас убрал пистолет от лица барыги и засунул его в кобуру.

— Насчет этого Андрея. Как он выглядит? Вообще, что ты про него знаешь?

Гном пожал плечами:

— Ну как? Лет около сорока. С тебя примерно ростом, только ты здоровый кабан, накачанный, а он поуже будет, жилистый такой. Смотрит волком.

— Блатной? Ты же их перевидал, сможешь отличить урку от фраера.

Старик покачал головой:

— He- a. He блатной, это точно. По базару чувствуется и вообще… по повадкам. Скорее на бывшего мусора смахивает. Или военного.

— На военного? — недоверчиво переспросил Стас.

Гном, осторожно поглядывая на него, сделал по комнате пару шагов. Стас не одернул его, и хозяин немного осмелел. Полез в карман тулупа за сигаретой, засунул в рот измятую «Приму» и, наклонившись, прикурил от газовой конфорки. Затем распрямился и издал резкий свист. Стас удивленно посмотрел на него. Старик злорадно ухмыльнулся.

— Ты что? — не понял Стас.

Мягкий топот — и в дверь скакнуло огромное черное тело. Среагировав на свист хозяина, Черныш с одного маху заскочил в дом. Гном крикнул:

— Взять его, Черныш! Взять его!

Пес с рычанием бросился на чужака. Метил клыками сразу в горло. Стас успел отпрыгнуть в сторону, и собака рухнула на пол. Приземлившись на четыре лапы, Черныш тут же развернулся к нему.

Выхватывая из-за пазухи пистолет, Стас поразился размерам животного. Впрочем, разглядывать его времени не было. Оглушительно рявкнув, пес кинулся вперед, Стас стремительно убрал ногу, и стальные челюсти впустую клацнул и в двадцати сантиметрах от его колена.

Стас выстрелил в тот момент, когда собака уже почти вцепилась ему в пах.

Животное заскулило и завертелось волчком. Стас выстрелил еще раз. Пуля пропорола мохнатую тушу насквозь и угодила в стену. Собака рухнула на грудь. На пол хлынула кровь.

— Хватай его! — завизжал Гном.

Очнувшись от хозяйского голоса, верный пес снова ринулся вперед. Прежней прыти у него, конечно же, не было: две страшные раны сделали свое дело, но круглые желтые глаза собаки горели яростным азартом. Стас отступил на шаг и уперся спиной в стенку. Отступать было некуда, и ему ничего не оставалось, как уткнуть ствол напиравшему животному

в лоб и нажать на спусковой крючок в третий раз. Этот последний выстрел оказался для Черныша роковым.

Когда лапы несчастного животного перестали дергаться в агонии, Стас переступил через него и медленно двинулся к барыге. Гном мгновенно заверещал:

— Не надо! Не надо, милый! Я же старик, не бери грех на душу!

У Стаса палец прыгал на спусковом крючке, и даже скулы сводило от желания пристрелить мерзавца.

— Урод! — прошипел он, прижимая нагретый от выстрелов ствол к щетинистой роже наркоторговца.

Тот, морщась от прикосновения горячего пистолета и от запаха пороха, продолжал выть:

— Не убивай! Только не убивай! Я тебе все скажу! Все! Всех поставщиков сдам, всех мусоров, что у меня кормятся! Я все знаю! Не убивай меня!

Стас, чтобы избежать соблазна, убрал указательный палец со спускового крючка.

Его колотило от волнения, уши заложило от грохота выстрелов, собачий оскал до сих пор стоял перед глазами. А что, если бы пистолет дал осечку? Лучше не думать об этом. Этот пес в буквальном смысле слова разорвал бы его на куски.

— Козел! — уже спокойнее выругался Стас. — Может, все-таки пришить тебя? Зачем ты вообще землю топчешь? Знал же, что я с пистолетом. Зачем собаку позвал? Ведь на верную смерть.

В испуганном взгляде старика мелькнула досади, Барыга, конечно же, рассчитывал, что пес успеет порвать чужака. Хотя бы ценой собственной жизни.

Тут с улицы послышался протяжный крик:

— Гном! Что там у тебя творится?

Голос был хриплый, прокуренный. Потом зазвонили в дверь.

— Кто это? — спросил Стас.

— Так это… Поглядеть надо. — Гном показал рукой и сторону комнаты. — Через окно из хаты обычно смотрю. Клиент, наверное. За товаром. Больше некому.

Стас лихорадочно размышлял. Что делать? Судя по всему, ничего больше вытянуть из него не удастся. Какой-то Андрей. Фамилию свою тот вряд ли бы назвал, да и имя, скорее всего, вымышленное. И Гном его, конечно, особенно расспрашивать не стал. Зачем? Во-первых, товар отменный, во-вторых, дали под реализацию, то есть убытков быть не может — сколько продадут, столько и продадут. Да, скорее всего, это тупик. Хоть на ремни этого старого паскуду порежь, а больше все равно ничего не узнаешь. Или врет? А вдруг у них оговорена следующая встреча?

Звонки и стук в дверь не прекращались. Это действовало на нервы.

— Этак они калитку сломают, — заметил Гном, — лучше открыть.

Стас хмуро, с сомнением посмотрел на него. Нужно было немедленно решать, что делать. Интересно, сколько их там, за забором? Если один, то не проблема. Л вдруг целая кодла пожаловала?

— Ладно, пошли. — Стас взял старика за рукав бушлата и потянул за собой. — Сейчас ты им отворишь. Так?

— Ну. Отворю. — Гном заметно приободрился. Ему уже порядком надоел этот настырный мужик с пистолетом в руке.