Направить в гестапо

Свен Хассель

— Герр лейтенант, — с надеждой заговорил он, — обязан доложить, что перед вашим приходом я задушил русскую кошку. И запросто мог бы передушить их всех, если б они поднялись сюда и дали мне возможность…

— Меня не интересуют кошки, русские или какие б то ни было! — Ольсен повернулся к остальным солдатам отделения и резко повел головой. — Навести ручные пулеметы и автоматы на люк. Если кто вылезет оттуда с каким-то оружием — стреляйте. А если вздумает фокусничать, все будут разорваны на куски. — Он быстро, решительно от кинул

крышку люка и крикнул в проем: — Так, вылезайте оттуда. По одному, с поднятыми над головой руками. Даю пять минут, потом ждите беды…

Мы стояли вокруг, ожидая. Первой появилась старушка. ее тонкие руки дрожали над напоминающей голый череп головой. Следом за ней вылезли пять женщин. Одна держала на руках маленького ребенка. Пауза, потом появились мужчины. Их было несколько, почти все юные. Хайде с Барселоной обыскали всех, а Малыш умоляюще попросил, чтобы ему позволили обыскать женщин, что лишь вызвало новую вспышку ярости у лейтенанта Ольсена — ему всегда бывало не по себе, если Малыш находился рядом.

— Только тронь одну из них хотя бы пальцем, и я пристрелю тебя, скотина, клянусь богом! Внизу есть еще кто-то?

Все русские мрачно покачали головами. Мы неотрывно смотрели на них, сомневаясь, можно ли им верить. Порта ткнул Малыша в бок.

— Может, испробуешь на ком-то из них свою удавку? Так мы, во всяком случае, добьемся правды наверняка.

Малыш, разумеется, обрадовался этому предложению. Он подошел к ближайшему русскому и ловко обвил ему шею стальной проволокой. Слегка натянул ее, потом ослабил. Порта улыбнулся.

— Ну вот, товарищ. Сам видишь, что тебя ждет, если будешь лгать, так ведь? Оставили вы кого-то внизу или нет?

Мужчина покачал головой, глаза его выкатились, кадык лихорадочно двигался вверх-вниз.

— Отпусти его! — рявкнул лейтенант. — Сколько раз еще говорить тебе, что я не потерплю таких фокусов. Черт возьми, мы солдаты, а не гестаповские палачи! — И снова повернулся к пленникам. — Так, теперь говорите правду. Остался кто-то в подвале или нет?

Все головы безмолвно задвигались в отрицании.

— Ну, ладно, Кальб, брось вниз парочку «коктейлей Молотова»!

Легионер пожал плечами и приготовился выполнить приказ. Тут одна из женщин издала пронзительный крик.

— Нет, нет!

Легионер покосился на нее.

— В чем дело, старая? Какие возражения против взрыва в пустом подвале?

Лейтенант Ольсен наклонился над отверстием.

— Так, мы знаем, что вы там — лучше вылезайте, пока целы.

По лестнице медленно поднялись двое молодых людей. Легионер посмотрел на них и кивнул.

— Еще три секунды, и было бы поздно.

Хайде с Барселоной ощупали обоих, ища оружие, и лейтенант Ольсен сурово посмотрел на русских.

— Надеюсь, теперь уже действительно все.

Легионер и я спустились в подвал. Присели за бочками и, не услышав ни звука, двинулись вперед. Обыскали подвал мы тщательно.

Он был большим, во всю площадь дома, там имелся десяток мест, где могли спрятаться люди, но мы никого не нашли. Когда собрались возвращаться наверх, внезапный шум заставил нас быстро обернуться, пальцы наши нервозно подрагивали на спусковых крючках.

Мы увидели Малыша, сияющего всем широким глупым лицом.

— Я только хотел посмотреть, не осталось ли тут еще женщин, — объяснил он, когда мы с Легионером исчерпали запас ругательств. — Хотел помочь вам поискать их.

— Пошел ты со своей помощью, — прошипел Легионер. — И зря беспокоился, здесь пусто.

Вытолкав Малыша первым, мы присоединились к остальным. Порта отыскал склад бутылок и осторожно пробовал на вкус содержимое каждой.

— Водка? — спросил он у русских. — Нет водки?

Они уставились на него молча, хмуро.

— Все обыскал? — спросил лейтенант. — Ладно, пошли отсюда.

И, оставив при русских нашу группу, вышел с остальными солдатами.

Я обратил внимание, что Хайде, сощурясь, пристально смотрит на двух молодых людей, которые поднялись из подвала последними. Барселона с Портой тоже, казалось, были зачарованы ими.

— Что такое? — спросил я.

— Эта парочка… — Барселона оглядел их с головы до ног. — Они не младенцы. Это профессионалы, готов биться об заклад.

Я оглядел обоих.

— Дезертиры?

— Какие там к черту дезертиры! — Барселона с презрением сплюнул. — Я знаю эту породу. Насмотрелся. Такие крысы водятся только в двух местах: НКВД или СС. Оттуда не дезертируют.

— Ну и что они могли делать здесь?

— Вот это я и хочу узнать.

Малыш вытащил удавку.

— Прикончить их? — спросил он с обычным рвением.

Тут вернулся Ольсен. Неприязненно посмотрел на Малыша.

— Что тут происходит?

Барселона повернулся к Порте.

— Попробуй допросить их по-русски, — предложил он. — Ты говоришь на этом языке лучше меня.

— Фельдфебель Блом! — Лейтенант подошел к нам. — Кто здесь командует? Ты или я? Если надо будет их допрашивать, я отдам распоряжение. А пока что, будь добр, оставь этих людей в покое.

— Слушаюсь, — ответил сквозь зубы Барселона.

Порта досадливо пожал плечами, взял свой автомат и последовал за нами из комнаты. У двери обернулся и угрожающе посмотрел на молодых людей.

— На сей раз, ребята, вам повезло, но больше не искушайте судьбу — во всяком случае, когда рядом я, понятно? — Те немигающе уставились на него. Порта неожиданно засмеялся. — Благодарите свою счастливую звезду, что с нами оказался офицер. Думаю, он не очень хорошо понимает, что это за война — но мы с вами понимаем. Ясно, товарищи?

Снаружи мы встали в одну колонну за лейтенантом Ольсеном.

— Куда, черт побери, подевался Малыш? — спросил Старик, когда мы тронулись. — И Легионер? Где они, черт возьми?