Наперсточники

Щеглов Дмитрий

Посередине эстрады стоял обычный стол, а директор отеля, Авто Сашаевич, уже настраивал микрофон. Настя убежала вперед и заняла четыре места в первом ряду. Там уже сидели хмурые Фитиль, Кузьма и Бугай. Истамбул, похоже, еще с вечера заняла место, потому что сидела прямо по центру напротив стола. На спинки двух откидных стульев рядом с собою она, как в театре, вместо программок положила обрывки газет.

– Занято, – предупреждала она желающих присоседиться. Ко мне подошел владелец из семьдесят пятого номера и вернул вчерашний долг,

двести пятьдесят рублей.

– За шляпку, – напомнил он.

У Истамбул моментально испортилось настроение, я ведь только что полученные за шляпку деньги ей не отдал, а сунул их себе в карман. Она достала записную книжку и стала проверять записи. Потом повернулась назад:

– Калькулятора не найдется?

Спросила она как раз у той пары, с кем вчера сцепилась.

– Что, мозгов не хватает две цифры сложить? – послышалось ответное алаверды.

Зря они ее задели. Человек и так мучается, переживает, не надул ли я ее, пока она бегала завтракать. Ответ не заставил себя ждать.

– Из моих мозгов можно на весь отель рагу приготовить, а из ваших двух и тефтелька не получится.

По заполненным рядам пронесся смех. Грубый юмор Истамбул имел успех и разрядил наэлектризованную атмосферу. Пара благоразумно промолчала. А Истамбул решила их доконать. Двести пятьдесят рублей, исчезнувшие в моем кармане, не давали ей покоя.

– Если бы шляпу мужу купила, никто бы не увидел…

– Что не увидел? – у зардевшейся женщины не хватило выдержки.

– Рога! – послышался возглас из задних рядов.

– Никто бы не увидел, что у вас мозгов не хватает, – Истамбул победно смотрела на униженную пару.

Народ любит бесплатные представления. Одни смеялись, другие в задних рядах пожимали руку юмористу.

– Что ты каждый раз с базарной бабой связываешься? – громко, чтобы все слышали, упрекнул несдержанную жену побагровевший муж.

Истамбул только этого и надо было. Она встала с места и, обернувшись к притихшим рядам, ожидающим очередной язвительной реплики, переспросила:

– Я базарная? – и, дождавшись тишины, клюнула очередной раз брюнетку: – нет, ошибаешься, дорогая. Я в лучшие дома России вхожа, у меня знакомая – графиня Шереметьева… А вот и она сама идет… Графиня, вот ваши места.

Только ради одного этого момента Нинэль стоило сюда приехать. Рядом с нею шел Горилла в черном смокинге. Графиня Шереметьева сегодня была одета в длинное, до самого пола, облегающее фигуру серебристое платье. Первым встал тот юморист, кто упомянул про рога, и зааплодировал. Затем поднялись и остальные мужчины, чтобы получше рассмотреть красавицу графиню. Нинэль величественно кивнула головой, а Горилла хрустнул шейными позвонками. Истамбул, стряхивая несуществующие пылинки с сидений, усаживала почетных гостей. Когда Горилла с цветущей графиней сели, Истамбул продолжила:

– А еще у меня знакомые – прокурор. Анна Николаевна, встаньте, пожалуйста, пусть на вас посмотрят.

В это время появившийся как

из под земли Гарик обходил ряды и предлагал всем ложки. На удивление Фитилю, вытянувшему длинную шею, их быстро расхватали. Даже небольшая драка возникла: юмористу не хватило. Фитиль дернулся было с места, собираясь сбегать в отель за своими, но Бугай властной рукой посадил его на место. К микрофону, покосившись на Анну Николаевну, подошел Авто Сашаевич.

– Дорогие леди и джентльмены, дорогая графиня, мы начинаем беспроигрышную лотерею. Кто-то из нас, здесь присутствующих, уедет на шестисотом «мерседесе». Я объявляю условия розыгрыша.

Из задних рядов донеслись выкрики:

– Ты нам машину сначала покажи!

– Где машина?

Авто Сашаевич хорошо знал свое дело. Ни тени тревоги не возникло на его лице. Он добросердечно улыбался.

– Не волнуйтесь, сейчас объявлю условия конкурса, а машина через полчаса будет здесь, мне уже позвонили. Так вот, в розыгрыше будут участвовать номера тех номеров, в которых вы живете или за которые вы заплатили. Согласны?

– А если я за два номера заплатил? – послышался голос юмориста.

– Значит, в розыгрыше будут участвовать ваши два номера. Согласны с таким условием?

– Согласны, согласны! Давай дальше.

Авто Сашаевич откашлялся. По всей видимости, наступала неприятная минута.

– Чтобы принять участие в розыгрыше, за каждый номер надо заплатить по одной тысяче рублей.

Что тут началось! Как кричали! Как обзывали его жуликом! Собрание стало походить на обсуждение сложного законопроекта в думе. Неслись самые несуразные выкрики. Наконец, общими усилиями возбужденные отдыхающие сформулировали один вопрос:

– А за что мы платили?

Авто Сашаевич держал в руках типовой бланк договора.

– Вы платили только за отдых, так в договоре написано, а за розыгрыш вы еще не платили. За каждый номер по тысяче рублей. Вот я сам живу в тридцать первом номере и тоже хочу участвовать в лотерее. Я первый плачу. Кто следующий?

Дурной пример заразителен. Второй оказалась графиня Шереметьева. Она отнесла за себя и за Гориллу две тысячи рублей. Авто Сашаевич, видно, знал постояльцев в лицо, не зря он встречал их на крыльце. Он выдал ей два жетона под номерами восемнадцать и девятнадцать. Затем вперед протиснулся юморист. Он тоже отдал две тысячи рублей и получил свои жетоны.

Я хотел было тоже достать тысячу рублей, но Настя зашептала мне на ухо:

– Не надо, Гарик мне под большим секретом сказал, что бесполезно играть.

Анна Николаевна тоже не собиралась вытаскивать тысячу рублей. Я понял, что своим примером она хочет отвадить нас от азартных игр и всяких лотерей. Только бы не увела нас отсюда. В это время из столовой наконец появился Данила. По его сытому лицу было видно, что он отвел душу и за вчерашний день тоже.

– Чего орут? – спросил он.

– Деньги за участие в розыгрыше платить надо.