Напарник чародея
Шрифт:
Добежал до выхода и с облегчением забрался в машину. Сбежал позорно, но все равно — сбежал!
Торговец, соединенный с терминалом посадочным коридором, возвышался на своих пружинных упорах над поверхностью астероида. И внутри прозрачного пластикового туннеля виднелась одинокая фигура с саквояжем в руках.
— Добрый старина Фесс! Верен хозяину до конца, — Род остановил машину рядом с семейным роботом, нажал кнопку, чтобы уравнять положение, и подсоединился к шлюзу. После проверки герметичности шлюз открылся, и Род пулей
— Спасибо, Фесс!
Беглец взялся за саквояж.
— Посадочный аппарат торговца «Мюррей Рейн» стартует в пять, — невыразительным голосом произнес ближайший громкоговоритель.
«В пять чего?» — подумал Род, но тут заметил, что именно Фесс держит в другой руке. Род уронил саквояж, сорвал с себя фрак и кружевную рубашку и бросил их на пол. Потом принял у робота свежую рубашку, надел, протянул руку за курткой — и застыл. Только сейчас он заметил, кто прячется в тени за Фессом.
Виконт с легкой улыбкой вышел на свет.
— Ты мог бы и сказать мне, сын.
— А кто тебе сказал? — выпалил Род, свирепо взглянув на Фесса,
— Я должен был выполнить долг перед хозяином, Род, — виновато сказал робот.
— Конечно. Он так устроен, — заметил виконт. — Не вини Фесса, сын: его главная особенность — верность мне; у него нет выбора, он должен поступать, как требует его программа. А он понимал, что я захочу узнать о том, что ты улетаешь.
— Фесс, я никогда больше не смогу тебе доверять.
— Сможешь, сын, когда станешь его хозяином. Он будет так же фанатично верен тебе, потому что ты теперь его хозяин.
Род нетерпеливо покачал головой.
— До этого, по крайней мере, пройдет лет тридцать, папа, и унаследует робота Дик... Минутку. Ты сказал, что я теперь его хозяин?
— Да, с этого момента, — и он обратился к роботу: — Фесс, я передаю тебя моему младшему сыну Родни. Служи ему так же верно, как служил мне. С этого момента ты подчиняешься только его приказам.
— Но, папа, я не могу его взять с собой. Я улетаю в космос!
— Каждому члену экипажа положен багаж, сын, а у тебя с собой только небольшая сумка. Я думаю, масса Фесса вполне укладывается в нормы багажа. И он может улечься в любое отведенное для твоего багажа место.
— Можно попросить его сложиться... Минутку! Ты говоришь о том, что он улетит со мной на торговце?
— Да, именно это я имел в виду. Я знаю, наступила пора, когда тебе нужно разрешить действовать самостоятельно. Но, по крайней мере, хочу убедиться, что ты будешь защищен в пути.
— Ты меня отпускаешь? Не пытаешься заставить меня вернуться?
— Заставить вернуться? Сын, ты не знаешь, сколько раз я хотел сесть в корабль, когда был в твоем возрасте. Да, мне будет тебя не хватать, очень, но я тебя отпускаю. Ты молод и наверняка пробьешься! Желаю удачи!
— И тебе удачи, папа, — Род обнял отца. Через секунду отец ответил ему тем же. Завыл громкоговоритель, Род отступил. Встревоженный,
— Ступай с Богом, сын. И да пребудет с тобой Господь. Пусть попутный ветер дует тебе в спину! Желаю, чтобы твои желания исполнились.
— Спасибо, папа, — прохрипел в ответ Род. — И твои тоже. Будь здоров.
— Я стартую, — проревел громкоговоритель. — В люк, парень, или опоздаешь!
И неожиданно Род обнаружил, что совсем не хочет улетать. Но отец повернул его и прошел вместе с ним к шлюзу.
— Не забывай, где у тебя носовой платок, и пиши нам. И не забудь Фесса.
— Не забуду, папа. И тебя тоже. Никогда, — Род обернулся, чтобы помахать рукой, но люк уже закрылся, отрезав его от отца — и Максимы.
Рядом с Родом встал Фесс.
— Теперь ты мой хозяин, босс Род сахиб. Приказывай, и я выполню твой приказ.
Род стоял неподвижно, он только начал осознавать все случившееся.
Потом медленно, с улыбкой, повернулся.
— Ну, для начала перестань называть меня боссом, сахибом и прочими подобными словечками.
— И ты больше никогда его так не называл? — спросила Корделия.
— Нет, Корделия, хотя я называл его обычно «милорд», если он не приказывал называть по-другому.
— Ну, это не совсем законно, — проворчал Род. — Вернее, было незаконно, пока Туан не произвел меня в дворяне.
— Но это напоминало тебе о твоем происхождении, Род.
Грегори нахмурился.
— Но теперь ты не называешь его «лордом».
— Не называю, Грегори. Когда мы высадились на Грамари, твой отец приказал мне называть его только по имени, пока мы остаемся здесь. А как ты видишь, мы еще не улетели.
— И не улетите, — Гвен взяла Рода за руку.
— Конечно, пока ты здесь, — улыбнулся Род.
Дети успокоились, и Корделия спросила:
— Тебе понравилось принадлежать папе, Фесс?
— Корделия, — ответил робот, — это как атомный взрыв.
Глава девятая
Замок погрузился в тишину, если не считать криков ночных птиц, пролетающих мимо окон. Не слышно было даже шороха мышей, ищущих крошки на полу. Из узкого окна на пол упала полоска лунного света, проползла по паркету и исчезла.
И вдруг раздался какой-то странный легкий звук, но он быстро перешел в настоящий вой, разрывающий барабанные перепонки.
Гэллоугласы вскочили, оглядываясь. Род прижал к себе Грегори, Гвен — Корделию. Схватив свободной рукой Джефри за плечо, Род ощутил легкую дрожь.
И тут он увидел Магнуса.
Мальчик сидел неподвижно, все его мышцы были напряжены. Не мигая, он смотрел на то, чьего появления ожидали все — на призрака.
Даже сейчас, с растрепанными волосами и лицом, искаженным ужасом, женщина в белом одеянии, колыхавшемся вокруг бесплотного тела, была прекрасна и таинственна в лунном свете.