Нападающий
Шрифт:
Однако Ашер уже находился в правильном положении и наслаждался трудностями моего брата.
— Это простая растяжка, Дюбуа, — протянул он. — Но ничего страшного, если ты не сможешь этого сделать. Мы не можем иметь все природные таланты.
Лицо Винсента покраснело. Он ненавидел быть вторым, особенно после Ашера. Я никогда не говорила этого вслух, но подозревала, что именно поэтому он сделал то, что сделал на последнем чемпионате мира.
Если бы он был против кого-то другого, он бы не притворялся, что получил травму. Он презирал такое пикирование, но его соперничество
— Я не удивлен, что у тебя такая низкая планка того, что ты считаешь талантом, — резко ответил Винсент. — Сенсация, Донован, трюки и яркие голы не означают, что ты лучше других.
— Это не то, о чем думали члены жюри «Золотого мяча», когда вручали мне мою четвертую награду в прошлом году. — Ашер четыре раза выигрывал престижную награду «лучший игрок сезона»; Винсент выигрывал ее дважды. — Кроме того, похоже, что для тебя планка недостаточно низкая. — Ашер ухмыльнулся, глядя на форму Винсента.
Костяшки пальцев моего брата побелели, сжимая станок.
— Ты...
— Хватит! — резко сказала я. — Давайте вернемся к работе. Если хочешь спорить, делай это в свободное время.
Они погрузились в упрямое молчание, но, надо отдать им должное, они не пытались снова затеять драку друг с другом во время тренировки.
Я изменила некоторые растяжки для Винсента, и следующий час мы провели, отрабатывая различные техники работы ног, в которых футбол и балет пересекались больше всего.
Никто из них раньше не занимался кросс-тренингом с танцами, поэтому в первый день я не стала нагружать их слишком сильно. Тем не менее, к концу нашей сессии все были измотаны и обливались потом.
— Беру назад все, что я говорил о том, что футбол более напряженный, чем балет. — Винсент выпил бутылку воды. Его лицо блестело от пота. — Не могу поверить, что ты полжизни занималась этим ради развлечения.
— Это было не просто развлечение. Это была моя работа, — напомнила я ему. Меня пронзило острие боли при слове «была», как в значении «бывшая», как в значении – это больше не было моей работой. Во всяком случае, не профессиональная танцевальная часть.
И да, я считала балет забавным занятием, когда была моложе. Мне нравилась дисциплина, хореография и костюмы, но больше всего мне нравилось открывать для себя то, к чему у меня был природный талант. Пока мои сверстники переживали о том, что они будут делать после окончания школы, мое будущее уже было предопределено.
А потом дождливая летняя ночь украла это будущее, и мне остались лишь осколки того, что могло бы быть.
Волна покалывания пробежала по моей коже. Я повернулась и протерла станок, надеясь, что Винсент не заметил перемены в моем настроении.
Мне нравилось, что он не ходил на цыпочках вокруг моего прошлого, как это делали наши родители, но иногда я была не в том состоянии, чтобы говорить об этом.
— Если занятия слишком сложны для тебя, можешь прекратить, — сказал Ашер. Он схватил салфетку, чтобы помочь мне очистить станок, и на этот раз покалывания, охватившие мое тело, не имели ничего общего
Взгляд Винсента стал острым.
— О, со мной все будет в порядке. Я больше беспокоюсь о тебе. — Он бросил пустую бутылку в дорожную сумку. — В конце концов, только у одного человека в этой комнате есть Кубок мира, и это не ты.
Температура резко упала до субарктического уровня.
Лицо Ашера застыло, и я подавила дрожь. Даже я знала, что в его присутствии нельзя поднимать тему чемпионата мира, а я едва знала этого человека.
— Возможно, и нет, но мне хотя бы не придется жульничать, чтобы победить.
— Кто жульничает? Не судья. Не...
— Прекратите! — во второй раз за день вмешалась моя реплика. — Я проигнорировала вашу предыдущую ссору, но больше так не будет. Это тренировка, а не драка в клетке. Не знаю, как вы действуете в своем клубе, но в моей студии вы будете вести себя как взрослые и как профессионалы. Если вы не можете или не хотите этого делать, то я с радостью передам это сообщение вашему менеджеру, потому что я не подписывалась быть вашей нянькой, посредником или терапевтом. Ясно?
Ашер и Винсент уставились на меня, забыв о назревающей ссоре.
Я редко кричала, но из-за моей нежелательной реакции на Ашера и перспективы терпеть их препирательства целое лето, я уже почти устала.
— Ясно? — повторила я.
— Кристально, — первым ответил Ашер, и его прежняя хмурость сменилась чем-то вроде одобрения, когда он осмотрел меня.
Мне почти больше понравился хмурый взгляд.
— Ты поняла, сестренка. — Винсент нахально улыбнулся, когда я посмотрела на него, но больше не пытался провоцировать Ашера. Ну, Ашер спровоцировал его первым, но он усугубил ситуацию, заговорив о чемпионате мира. — Увидимся за ужином в четверг?
Меня не проведешь. Он хотел напомнить Ашеру, что он был лишним в этом трио, но, если он думал, что я буду оказывать ему фаворитизм только потому, что он был моим братом, он жестоко ошибался.
Тем не менее, я кивнула.
— Помни, теперь твоя очередь выбирать.
У нас с Винсентом был постоянный ужин четверга для брата и сестры каждую неделю (исключая поездки и клубные обязательства). Я жила в Лондоне с нашей матерью, пока он переехал в Париж с нашим отцом после развода родителей, поэтому мы виделись только по праздникам, когда росли.
После того, как он перевелся в «Блэккасл» несколько лет назад, мы попытались наверстать упущенное время. Ничто не сравнится с семьей, особенно когда тебя окружают столько бездельников и фанатов звезд, сколько было у Винсента.
— У меня интервью для «Матч» через час, так что увидимся позже. — Он бросил на Ашера предостерегающий взгляд, прежде чем уйти.
Я покачала головой. Упоминание «Матча» было явно нацелено на Ашера. Эти двое боролись за прессу и спонсорство вне поля так же, как и за славу на поле. Для них все было соревнованием по измерению члена, и они постоянно пытались переплюнуть друг друга.