Нанопанк

Лугинин Виктор

От всех мыслей закружилась голова. Вадим сдавил пальцами виски, стараясь утихомирить боль.

– Всё сделано, - сказала Таня.
– Я поставила пароль. И что теперь?

– Ничего не предпринимай без меня, - ответил Вадим.
– Я постараюсь узнать больше. Неизвестно, к чему может привести твой глупый поступок. Хорошо ещё, что Корпорация не следит за своими сотрудниками…

– Я не жалею о том, что сделала, - грозно бросила девушка.
– И не смейте обвинять меня…

– Таня, я устал, - перебил Вадим.
– Обсудим это позже…

Девушка

кивнула. Подошла к инженеру и дотронулась до плеч.

– Что ты делаешь?
– удивлённо воскликнул Вадим.

– Вам надо расслабиться, - ответила Таня, массируя плечи.
– Я два месяца училась этому на курсах. Не всегда же заниматься наукой.

Вадим хотел возразить и подняться, но что-то удержало его от этого. Руки девушки удивительно нежные, по телу прошлась волна удовольствия. Усталость таяла, словно кубик льда на жарком солнце.

– Почему ты не захотела работать в столице? Там же перспектив больше и оборудование лучше, - спросил Вадим.

– Да всё одинаково, - ответила девушка.
– В Москве семь центров обслуживания, огромный поток людей сутки напролёт. У меня просто не оставалось бы времени на собственные проекты. К тому же – здесь мой дом!

– Да, я читал подшивку в личном деле, - кивнул инженер.
– Ты странная женщина...

– О я уже и женщиной стала?
– пошутила Таня.

Вадим повернул голову. Их глаза непроизвольно встретились. Он ощутил жуткое, непреодолимое желание поцеловать её. Влечение подобно магии, когда двое людей испытывают одинаковые чувства, то не могут сопротивляться…

Таня потянулась к лицу Вадима и когда оставалось всего ничего…

Мелодичный звук нарушил тишину кабинета.

Таня оторвала руки от плеч Вадима. В глазах появилась растерянность, щёки порозовели. Словно девушка вышла из мечтательной прострации в реальный мир.

Вадим негромко кашлянул и сделал вид, что зашнуровывает ботинки. Стало неловко. И почему всё время прерывают на самом интересном месте?

Таня нажала на экран сенсорного стола. Мелодия пропала, а в воздухе возникла голова одной из секретарш на ресепшн, подружки уволенной Галочки.

– Татьяна, вы нам срочно нужны, - затараторила голограмма. В голосе слышались отчаянные нотки.
– Здесь посетитель… он требует вас…

– Кто?
– непонимающе осведомилась Таня.

Голова девушки на миг исчезла. Послышался неразборчивый говор.

– Да говорю я вам – погодите! Не надо мне угрожать…- Лицо секретарши вновь возникло в воздухе.
– Какой-то чокнутый, грозит нам карами господними… Что?! Кто я? Вавилонская блудница?

Таня ойкнула. Прижала ладонь ко рту.

– Боже мой, только не это…- пролепетала она.

– Татьяна, сейчас охрана вышвырнет его отсюда! Вы идёте?
– спросила голограмма.

– Мигом, только не делайте ему больно!
– В голосе Тани слышалась паника.
– Подождите…

Девушка выбежала из кабинета прежде, чем Вадим сказал слово. Ничего не оставалось, как броситься следом.

В кабину лифта он ворвался

за миг до того, как створки сошлись. Таня молча уставилась в пол.

– Кто это? Ты его знаешь?
– спросил Вадим.

– Ещё бы, - ответила девушка.
– Он мой отец!

Спуск длился секунд пять. Двери гостеприимно распахнулись.

– Как это понимать?
– растерялся инженер, выходя вслед за Таней.

– Долгая история, - ответила та, проскакивая поворот. Красное платье развевалось от ветерка, испускаемого кондиционерами.
– Когда-то он был пастором церкви евангелистов. Но три года назад его лишили сана и выкинули.

– За что?

– Сейчас увидишь…

Они выскочили в фойе. В зеркальном потолке отражались неясные тени посетителей. Шаги по мраморному полу отдавались приглушённым стуком, голографические экраны на стенках показывают последние чудеса нанотехнологий.

Возле круглого пьедестала, на котором стояли несколько девушек-секретарей, творилось невообразимое. Мужчина лет пятидесяти, в потёртом костюме, взлохмаченный и небритый, подпрыгивал на месте и кричал. Вадим мгновенно приметил важную деталь – руки человека сжимали толстый томик «Библии».

Мускулистый охранник с непропорционально большой головой стоял рядом. Он молча наблюдал за бывшим священнослужителем, сложив руки на груди. По выражению лица – ожидал приказа как цепной пёс.

Кучка посетителей на диванах с беспокойством перешёптывались. Вадим мельком отметил мать с грудным младенцем на руках. Не порядок!

– Вы не обманете меня!
– бесновался мужчина.
– Я знаю, кому вы тут служите! Идолопоклонники! Только Христос мог творить чудеса! Исцелять больных, воскрешать мёртвых, ходить по воде…

– Папа!
– крикнула Таня, подбегая к сумасшедшему.
– Что ты тут делаешь? Прекрати немедленно! Ты пугаешь всех…

Мужчина резко повернулся. Лицо блестело от пота, на губах выступила пена. Взгляд остановился на дочери и выражение глаз Вадиму не понравилось. Смесь безумия и презрения.

– Как ты могла!
– запричитал он, размахивая книгой вверх-вниз.
– Моя родная дочь в вертепе Сатаны! Посмотри… посмотри на себя! Разоделась как блудница! Вся красная, словно в крови искупалась…

Вадим отошёл к посетителям. Улыбнулся матери с ребёнком и шепнул:

– Вам стоит уйти. Лучше зайдите завтра.

– Но… нам назначено на сегодня...- пролепетала девушка.

Ребёнок на руках захныкал. Странно, что не проснулся раньше от подобных криков…

– Прививать решили?
– кивнул инженер.
– Завтра утром вызовите Вадима Колоса. Я обслужу вас без очереди.

Мать благодарно улыбнулась. И унеслась в сторону дверей, где на улице наверняка поджидал счастливый отец…

– Папа, хватит!
– Голос Тани срывался на крик.
– Ты же обещал, что не будешь выходить в город, пока я на работе… Помнишь, в «Первой Книге Моисеевой» - «Что вышло из уст твоих, соблюдай и исполняй!»