Наместник

Останин Виталий Сергеевич

Некоторое время все они молчали, переваривая новые вводные. Первым тишину нарушил копьеносец.

— Вам наверняка понадобятся услуги местного, — без вопроса в голосе проговорил Яо. До сих пор он в беседу не вмешивался, считая, видимо, себя лишним на данном совещании.

— Несомненно, — тут же откликнулся я. — Да и человек с вашими боевыми навыками будет очень полезен в команде. Финансовые вопросы обсудите с господином Снегирёвым, хорошо?

— Моей стране угрожает опасность, — ответ, произнеси его русский, подразумевал бы продолжение — мол, как я в таких обстоятельствах

могу думать об оплате? Копьеносец же лишь кивнул, но вознаграждение не отверг. Китайцы!

При этом я был рад, что щёголь с нами. Хотя бы и из-за денег — боец такого уровня цены не имел.

— Глеб? Алмаз?

— Я согласен с твоими доводами, Игорь. Но стоит получить разрешение у князя, — безопасник незаметно, как он думал, стрельнул глазами, в сторону «мамы». Татарин просто чуть качнул головой, давая понять, что он поддерживает моё решение.

— Алексей Вячеславович?

— Если князь даст добро.

— Тедань?

— Не подоспей ты в «Белом лотосе», мы с сестрой были бы уже мертвы. Я с тобой.

Ну вот и отлично! Я считал очень важным, чтобы все участники команды согласились на мою, прямо скажем, аферу добровольно. Которая, сумей мы всё сделать правильно, принесёт мне куда больше очков, чем просто арест Топляка.

Последней я задал вопрос Ирине Олеговне. Точнее, не вполне понимая, как к ней обращаться на людях, пристально посмотрел ей в глаза и вопросительно вскинул брови. С одной стороны, она не входила в мою группу и здесь находилась с иной целью. А с другой — она была родной сестрой князя. И все в кабинете отлично это понимали.

— Это рискованный ход, Игорь, — ответила Снежная королева, и в этот раз воздух между нами не потрескивал от мороза. — Но ты прав — данная стратегия может принести куда большую выгоду Благовещенску, нежели арест беглого подданного. Только поставь в известность Николая.

Я бросил взгляд на часы. По местному времени было уже заполночь, а значит дома...

— Звони сейчас, — правильно истолковала мои сомнения Ирина Олеговна. — Князь будет менее раздражён, будучи разбужен, нежели узнав об изменении ситуации с задержкой в шесть часов.

И вот тут я с ней был полностью согласен. В первом варианте меня ждало только недовольное сонное бурчание, а вот во втором — полноценный разнос.

Когда долгие гудки сменились хриплым ото сна голосом Пояркова, вопрошающим: «Что там у тебя стряслось в два ночи?» — произнес:

— Давайте я через минуту перезвоню, а вы пока проснётесь. Нужно чтобы вы меня понимали.

План мой был прост и, я надеялся, элегантен. Пытаться следить за Топляком сейчас, после схватки в «Белом лотосе», было пустой тратой времени. Он настороже и вряд ли покинет свою охраняемую башню. А у нас нет полномочий вламываться на территорию жилого комплекса и тащить его на допрос — другая страна и так далее. Искать его подельников тоже глупо. Ну вот знаем мы, что он в связке с Арцебашевым работает, и что? Что это нам даёт? Как искать воеводу, который не хочет чтобы его нашли?

А вот провести полноценное расследование «эпидемии» ванов — так, с легкой руки

татарина, мы стали называть случаи их немотивированной агрессии — это могло стать вполне перспективным направлением. Точнее, не расследование даже, а сбор информации и доказательств того, что ваны не сами по себе свихнулись. И со всем этим идти к наместнику.

Правда, времени у нас почти не было. Если я понял правильно, Потрошители собирались в скором времени покинуть гостеприимный город пяти козлов. Предварительно избавившись от неудачных «экспериментов». К тому же Арцебашев меня видел...

— Прямо к наместнику? — переспросил Николай Олегович, когда я поделился с ним своими мыслями. — В открытую?

— Почему нет? Так мы куда убедительнее докажем свои добрые намерения, чем подписав ворох бумаг.

Если, конечно, драгоценный Чжу Юань не будет рассматривать нашу инициативу как попытку вмешательства во внутренние дела государства. Если чиновники «Нового пути» не воспримут нас врагами. Если...

— Может сработать, — я почти увидел, как князь, находящийся в трёх тысячах километрах от меня, согласно кивнул. — Авантюра, конечно, но у тебя в этом опыт богатый.

Как будто я тогда из любви к искусству действовал!

— Я одобряю. Действуй.

Я уже собрался было нажать иконку отбоя, но Поярков ещё не закончил.

— Как у тебя с Ириной?

Я скосил глаза в сторону «мамы» и про себя выругался. Вот зачем было так явно палиться? Теперь она будет куда внимательнее прислушиваться к нашему разговору. Не то чтобы князь может сказать мне что-то такое, что не доведёт потом до неё, но неловко говорить о человеке, который находится в трёх шагах от тебя. Мне лично — неловко.

— Нормально.

— Слушай её, Игорь. Она, хоть и теоретик, но знаний у неё на трёх практиков хватит. Если она говорит что-то, значит так нужно. Поверь. Если в тебе пифия просыпается, кроме неё тебе никто не поможет.

Теоретик? Она не пифия? Но она же сказала?.. Вот именно, дятел, она открытым текстом сказала — была пифией! А ты прослушал, внимания не придал. Да уж, всё страньше и страньше, как сказала Алиса...

— Я понял.

— Ну... хорошо. Докладывай тогда по результатам.

— Спокойной ночи.

— Шутник.

Короткие гудки известили, что князь отключился. Я оглядел людей в комнате и коротко кивнул.

— Князь дал добро. Это значит, что у нас очень много работы. И очень мало времени.

Поспать мне удалось менее четырёх часов. Пока распределил задачи между членами команды, пока согласовал с Яо стоимость его услуг, пока перемолвился парой слов с послом... В общем, до кровати я добрался только к двум часам ночи, а потом ещё чёрт знает сколько ворочался, будучи не в силах отключить мозг от обдумывания сложившегося положения. Только расслабишься, и бац! — уже размышляешь о Потрошителях. Волевым усилием прогонишь эти мысли, но только для того, чтобы вспомнить в деталях размытую фигуру Тени, бросающую в Яньлинь веретенообразные сгустки тьмы.